Великий фетиш - де Камп Лайон Спрэг - Страница 47

— Но, — ответил Бакминстер, — каждый раз, когда он заканчивает первый урок, он звонит мне и говорит: «К чёрту этот, дай мне другой». Извините, мисс Коуп, — последнее относилось к секретарше Эндрюса. — И что мне делать?

— Позволь ему уйти. Он не из того типа людей, кто может извлечь пользу из заочных курсов.

— Но мне надо зарабатывать на жизнь. Привет, Гарри! — это относилось к Гаррисону Гэлту, продавцу из И.Д.О.М. в Бруклине, который только что зашел, чтобы забрать ежедневный список запросов от будущих студентов своего округа, присланный из головного офиса в Патерсоне.

Эндрюс неумолимо продолжал:

— Знаю, ты хочешь свою половину от десятидолларового задатка. Но я получил специальные указания из головного офиса прекратить записывать тех легковесов, которые просто не умеют сопротивляться продажам. Они подсчитали, что ведение их курсов стоит больше, чем их плата. Кроме того, это плохо отражается на Институте Домашнего Обучения Меркьюри.

— Во всяком случае, — надулся Бакминстер, — я никогда не записывал Эрла Броуда, как сделал один из наших конкурентов.

Эндрюс, как педантичный человек, проигнорировал это замечание. Он спросил:

— Что на счет Гриннига? Он хочет перейти с нефти на пчеловодство?

— Он не на нефти, — ответил Бакминстер. — Он на новом курсе, некромантии.

— Что?

— Да, ты не помнишь? Новая задумка Школы Профессиональной Практики. У нас даже нет книг по курсу, но когда Гринниг увидел его в нашей рекламной листовке, он просто захотел на него попасть. Поэтому я написал в Петерсон и попросил: не могли бы они послать Гринншу первую учебную брошюру, как только она выйдет из печати.

Гэлт вставил слово:

— Кстати о Школе Профессиональной Практики; один из моих клиентов сказал мне, что думал — придётся иметь дело с юридическими махинациями, например, с подделкой чеков. Поняли? Он думал, что я имею в виду недобросовестную практику!

— Ха-ха, — развеселился Бакминстер. — Некоторые парни говорят на таком диалекте, что удивляешься, как они сами себя понимают. Что ж, пока, мистер Эндрюс, мне надо…

— Запомни, Клем, больше никакой замены курсов! — перебил его Эндрюс. — Что это за некромантия, кстати? Что-то, связанное с расовыми отношениями?

Бакминстер пожал плечами:

— Понятия не имею. Как и Гринниг. Поэтому он и хотел туда.

— Он сумасшедший, — сказал Эндрюс. — Как и начальство в Петерсоне, полагаю. Некромантия! С тех пор, как Старик заболел, головным офисом фактически руководит Сертл.

Джулиан Сертл был главой Школы Профессиональной Практики.

— Пока, Клем, — сказал Гэлт. — Когда-нибудь Опасный Датчанин вспомнит обо всех задатках, на которые ты его раскрутил, и пырнёт тебя.

— С Гриннигом всё нормально, — ухмыльнулся Бакминстер. — Он ввязывается в драки, потому что он всего лишь ребёнок, который не смог вырасти. Да, так и есть, взрослый ребёнок. Но мы с ним хорошо ладим. Пока.

И Клем Бакминстер, непримечательный субъект лет сорока с густыми, но седеющими волосами, вышел, тихо напевая:

— Мы с Гарвардом и Йелем покончим,

Обучение по почте получим…

Сначала Бакминстер искал Карла Гриннига на обычном рабочем месте, поняв из его дикой речи, что Карл звонил оттуда. Но директор магазина компании «Союз Нефтяных Горелок» сообщил Бакминстеру, что компания работает, но странного механика нет на месте по причине болезни.

Поэтому продавец из И.Д.О.М. двинулся к Ист Тре-монт Авеню, а потом повернул на север, к пансиону, где жил Гринниг. Это было большое деревянное, каркасное здание с подъездом и деревянным орнаментом в виде завитков.

На первом перёкрестке полицейский остановил машину Бакминстера решительным знаком: «Другой дорогой, приятель!» Бакминстер и сам видел позади копа спины небольшой группы людей, а над их головами верхнюю часть пожарной машины, стоявшей напротив дома Гриннига. Он повернул машину к обочине, припарковался и направился к месту действия, заметив, что несколько окон в доме разбиты, и тёмные полосы дыма поднимаются вдоль деревянных стен.

— Мистер Бакминстер! — послышался голос. Это был Карл Гринниг, здоровенный, сильный, белокурый молодой человек с чёрными глазами и парой багровых пятен около челюсти. Он ухватил Бакминстера за предплечье огромной рукой.

— Да? — сказал Бакминстер, подавив желание поморщиться от боли. — Был пожар?

— Пожар? Подождите, я расскажу вам…

Объяснение Гриннига потонуло в череде звуков: выкрики из толпы, сдавленные проклятия пары пожарных, которые побежали от дома к пожарной машине, откуда они извлекли несколько химических огнетушителей, а потом бросились обратно. Люди показывали на вихрь дыма, который внезапно вырвался из одного из разбитых окон. Бакминстер слышал, как люди бегают по дому; вскоре дым прекратился.

Крепкий, встревоженный штатский вышел из дома, и протиснулся сквозь толпу. Бакминстер узнал мужчину, это был владелец дома Гриннига. Гринниг выкрикнул:

— Эй, мистер Фелдмэн! Что там на сей раз?

Фелдмэн сделал движение, как будто вырывал несуществующие волосы:

— Книга! Книга упала со стола, я поднял, обычная книга; а когда я открыл её, из неё вырвалось пламя! Прямо рядом с джентльменом из страховой компании. Он не поверил собственным глазам! Я… я схожу с ума! — Владелец дома удалился, совершенно сбитый с толку.

— Видите, мистер Бакминстер? — прогромыхал Гринниг. — И так всё утро. Сначала календарь на стене подлетел, ууух. Потом матрас загорелся. Эта книга — двадцатый чёртов пожар. После того, как пожарная служба приехала в пятый или шестой раз, они просто оставили здесь пожарную машину и посадили парней с химическими огнетушителями в каждую комнату.

— Ты не пострадал во время пожаров? — спросил Бакминстер, осмотрев лицо механика.

— Не, это после драки с парочкой матросов. Пустяки, их было всего трое. Но мне надо было увидеть тебя как можно скорее.

— Что я могу сделать с… — начал продавец курсов по почте, но Гринниг предупреждающе шикнул на него.

— Поговорим в другом месте. Пошли, может быть, никого нет в гараже старика Фелдмэна, — и Гринниг почти насильно потащил Бакминстера к дороге, рыча: — Прочь! Вы, детишки, — на пару маленьких мальчиков, которые наблюдали за этими событиями с крыши двухместного гаража. Он втолкнул продавца внутрь.

— Понимаете, мистер Бакминстер, — сказал механик, — это всё тот курс некромантии, который вы мне продали.

— Что? — спросил Бакминстер.

— Из-за него все пожары. Но вы об этом ничего не сказали, — угрожающе добавил он.

— Я не знал, — поспешно заявил Бакминстер. — В конечном счете, нам тоже надо защищать репутацию. Но как курс мог вызвать пожары? Не неси чушь. Если он тебе не нравится, почему бы не сменить его?

— Я хочу не сменить курс, а остановить пожары! — настаивал Гринниг.

— У нас есть шикарный новый курс по авиационной механике, — сказал Бакминстер. — Хочешь стать авиамехаником? Большое будущее; не то что возиться с этими вонючими нефтяными горелками. Ты мог бы делать реальные деньги на…

— Послушайте, — проговорил Гринниг с неестественным спокойствием. — Каждый раз, продавая мне новый курс, вы говорите, что он обогатит меня. И что же? Я не богат. Если они так хороши, почему вы не возьмете один? Почему вы всё ещё продаете их за комиссию и питаетесь кофе и пончиками?

Бакминстер печально потряс головой:

— Для меня слишком поздно. Надо было начинать, когда я был молодым парнем, как ты, вместо того, чтобы играться и тратить деньги. Мое будущее в прошлом (всё это было близко к правде). Теперь, поговорим о том ави…

— Заткнись! — заорал Гринниг. — Не хочу ничего слышать о новых курсах.

Крупный механик выудил из кармана брошюру формата шесть на девять с толстой обложкой из зеленой бумаги.

— Посмотри на это!

Бакминстер прочитал:

Институт Домашнего Обучения Меркъюри

Некромантия