Великий фетиш - де Камп Лайон Спрэг - Страница 40

Конрой свирепо на неё взглянул.

— Я не сую нос в ваши дела, миссис Смолл! — рыкнул он, и погрузился в дело по дому Ригуло.

Конрой приехал в дом Ригуло в 9 вечера и выпил бокал пива, который ему поднёс Ригуло. Миссис Ригуло извинилась и ушла спать. Конрой не заметил её отсутствия, так как говорила она в основном банальнейшие вещи.

— Вы знаете, какой вы ценный арендатор, — сказал он Ригуло. — Всегда вовремя платите. Мне бы не хотелось потерять вас.

— Просто я так воспитан, — сказал Ригуло. — Я не принимаю одолжений. Но послушайте: я не могу жить в доме с привидениями. Если я буду дрожать так, что не смогу рисовать, то у вас не будет ни арендной платы, ни арендатора, ничего, — Он посмотрел на часы. — Одиннадцать тридцать. Кажется, пора выключить свет.

Казалось, то время, которое они просидели в темноте, тянулось дольше, чем на самом деле. Затем вдоль деревянных стенных панелей понеслось тихое бормотание. Источник звука, казалось, перемещался туда-сюда; звук становился всё громче. Конрой почувствовал, что кровь у него приливает к голове, а руки и ноги холодеют.

— Давай, бледнолицый, убирайся!

— Как ты смеешь!

— К чёрту правила. Я чувствую себя хорошо. Вууп!

Видение внезапно появилось.

Конрой был так же храбр, как и большинство людей, и не было ничего страшного в полном, среднего возраста призраке в двубортном костюме. Но у Конроя были свои первобытные страхи. Он встал, напрягая мускулы, чтобы не стучали колени.

— Кто вы? — спросил Конрой.

— Хех-хех, — сказал призрак. — Вы и есть тот бесчестный владелец дома? Ещё один маменькин сынок, как и Жулик. Поберегись! Я тебя схвачу!

Призрак загримасничал и вытянул руки.

Конрой терпел это так долго, как мог. Затем что-то щёлкнуло, и он осознал, что уже выбежал из комнаты. Хохот привидения позади заставлял его бежать быстрее.

Но Конрой сбежал недостаточно быстро, чтобы не понять: этот призрак определённо будет стоить ему денег..

На следующее утро, после некоторых сомнений, Конрой набрался смелости и сходил в детективное агентство. Он бы никогда не позволил себе такие расходы, если бы не сарказм миссис Смолл.

— Что ж, мне сделать это вместо вас? — спросила она.

Детективом оказался дородный мужчина по имени Эдвард Калески, который, похоже, нисколько не изменился со времен палеолита.

— Привидения? — сказал он. — Вы смеетесь надо мной, мистер Конрой?

— Я никогда не шучу, — ответил Конрой.

— Я имею в виду, они настоящие или поддельные?

— Это вы и должны выяснить. Может быть, это совпадение, но человек по имени Мелвин Пай был убит грабителем в том доме десять лет назад. Всё, что я о нём знаю — его имя, потому что мы не владели этим кварталом десять лет назад.

Калески прибыл к дому Ригуло, не сомневаясь в своей правоте. Он был хорошим детективом, с воображением, позволяющим догадаться, что могут сделать другие люди, но не слишком развитым — поэтому необычайные события не вызывали у него нервной дрожи. Он немного страдал от того, что работал «в захолустье» — так детектив называл район, где перед домами были разбиты лужайки.

Дом № 10915 был маленьким, кирпичным георгианским особняком, в точности напоминавшим все прочие дома в квартале, за исключением деталей окраски. Предупредительный Ригуло впустил Калески и устроил его со всеми удобствами.

Привидение, однако же, в положенный час не появилось. Вместо этого, когда наступила полночь, у Калески дыбом поднялись волосы — такие крики доносились из-за соседней двери. Он вскочил и столкнулся со входящим призраком.

— Уии! — воскликнул призрак. — Заблудился. Все эти проклятые дома похожи. Понимаешь, Жулик?

Дух икнул.

Калески осторожно вытащил дубинку и размахнулся. Он не был готов к тому, что оружие пройдет сквозь призрака без сопротивления. В результате он сам пролетел вперед, ударился коленкой о лестницу и тяжело упал.

Он сел, морщась от боли, и застонал. Ригуло внезапно появился у двери.

— Дубинки не могут навредить призракам, — сказал он.

— Убирайся, ты, дешевый арендатор! — проворчал призрак, кидаясь на Ригуло, который исчез на лестнице. Призрак посмотрел на Калески.

— Сыщик, да? Пронырливый полицейский пришёл испортить мое веселье! Я расправлюсь с тобой! Я приду к тебе домой, крича «бууу!» Я заползу к тебе в постель и буду случать зубами. Моя голова появится у тебя на каминной полке и расскажет твоим родственникам, что я о них думаю. Я… я отпущу тебя! Убирайся! Мне плевать!

Казалось, призрак борется с чем-то; вскоре он исчез из вида.

Калески поднялся и похромал к себе в номер, чертыхаясь вполголоса.

На следующее утро Калески позвонил Конрою и рассказал ему о случившемся. Конрой посочувствовал ему, но у него были свои проблемы. Арендатор № 10917, к которому по ошибке вторгся призрак, тоже угрожал съехать.

Следующие два дня Калески провёл, проверяя дом и сад Ригуло. Однажды он уже разоблачил медиумов, поэтому знал, что искать. Но он не нашёл признаков спрятанного громкоговорителя или прожектора. Также он навёл справки о Ригуло. У арендатора было весьма прозаичное прошлое. Родился в Южной Каролине, двадцать лет работал художником в городе.

Но теперь Калески без предубеждения относился к делу призрака покойного Мелвина Пая. Он узнал дату его убийства у миссис Смолл. Газеты того времени, хранившиеся в библиотеке, сообщили немало деталей о Пае, да и полицейское управление поделилось информацией. Убийство не было раскрыто, но его явно совершил грабитель, которого застали врасплох. В то время Пай был казначеем маленькой сети кафе.

Калески заглянул в эти заведения. Большая часть персонала сменилась со времен Пая, но теперешний глава сети был вице-президентом, когда Пай ещё работал, и помнил его.

— Да, он был семи пядей во лбу, — объяснил президент. — Но не думаю, что он далеко бы пошёл; у него в характере было кое-что странное — нечто вроде раболепия. И ещё он был очень вежлив. Он не курил, не пил, не ругался, ничего подобного. Он был хорошим казначеем, внимательным и добросовестным.

Эта характеристика Пая не подходила к призраку, если только характер казначея не ухудшился после смерти. Калески доложил Конрою о результатах работы.

— Всё это очень хорошо, — вспылил Конрой. — Но это не избавляет нас от призрака. Номер десять-девять-пятнадцать сейчас свободен.

— Тот парень с юга уехал?

— Да. Он потерял работу, сказал, из-за того, что был на нервах и не мог рисовать. Винит меня в этом. Сказал, что переедет к каким-то родственникам.

— Что вы собираетесь делать с домом?

— Я переду в него сам. Я живу в одной из квартир в своём многоквартирном доме, но я бы лучше арендовал квартиру, чем дом с привидениями.

— Вы нервничаете.

— Дело в деньгах, Калески. Что вы собираетесь делать?

Калески, задумавшись, потирал челюсть.

— Ещё не знаю. Может быть, я перееду с вами? Это сократит расходы.

В первый вечер привлекательная женщина, ещё достаточно молодая, чтобы называть её девушкой, позвонила в дверь. Когда Калески открыл, она с криком отпрыгнула назад.

— Что такое? — спросил Калески.

— О, я подумала, вы призрак.

Она представилась как мисс Уинстон; женщина пришла, чтобы приготовить им обед.

Калески вернулся к своей сигаре и спортивной газете. В кухне слышался голос мисс Уинстон.

— Но, Джордж, — говорила она, — что я должна была подумать, когда дверь открылась, и передо мной появилась волосатая горилла.

Калески, который, к счастью, не был тщеславен, ухмыльнулся.

Мисс Уинстон осталась, чтобы посмотреть охоту на призрака. Только смотреть оказалось не на что. Когда настала полночь, Калески достал камеру со вспышкой и выключил свет.

Как всегда, начался спор. Когда появилось привидение, слабо светясь, Калески щелкнул камерой.

— Ох-ох! — сказал призрак. — Делаешь мои фото. Настоящий, подлинный, истинный призрак Мелвина Пая. Опасайтесь подделок. Надеюсь, тебе весело, сыщик.