"Фантастика 2023-100". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Голотвина Ольга - Страница 457

Ионея приложила максимум усилий, чтобы сохранить невозмутимый вид. Хорошенький выбор между «плохо» и «паршиво».

— Еще варианты?

Лысый снова мотнул головой.

— Боюсь, что третьего варианта у вас нет. Решайте.

— Мне надо подумать, — размеренно сообщила правительница.

— Думайте, — на удивление легко согласился Командор. — Но думайте быстрее. У вас не так много времени. Когда надумаете, просто нажмите кнопку. Я буду ждать.

Ионея кивнула. Стекло вспыхнуло и погасло, сделавшись темно-серым.

— Подождешь, — сердито пробормотала правительница.

— Госпожа.

Она дернулась от неожиданности. Резко обернулась. В дверях стоял Бруно. Ионея кивком разрешила говорить.

— Гости с Запада размещены со всеми возможными удобствами.

— Хорошо.

Старик переступил с ноги на ногу.

— Что-то еще?

— Прибыли люди, которых я отправлял за господином О'Гирой. Они привезли журналиста, он ждет аудиенции. Пригласить?

Ионея окинула взглядом огромный переговорный зал. Зацепилась за стоящий на столе ящик с экраном.

— Не сюда. Пусть его приведут ко мне в кабинет. Ваше присутствие при нашей беседе с журналистом обязательно, Бруно. И попросите, чтобы в мой кабинет перетащили этот ящик.

8

Город изменился. Он изменился в тот день, когда после проведенного ими обряда упал магический барьер, а на улицы ставшего видимым Витано с Пустоши хлынули любопытные мертвяки и всякого рода нелюди из окрестных деревень. Тогда живое смешалось с мертвым и непонятным. Витано охватили страх и паника, затем ярость. После пришли апатия и временное затишье. Кто-то ушел из города, кто-то пришел. Людей на улицах не прибавилось. Одни все так же работали, другие побросали жилье и ушли за город — к солнцу, свободной земле и натуральному хозяйству. Витано изменился неуловимо, но продолжал жить.

Винни покинул город спустя несколько недель, когда огласили приговор магам, что правили городом до переворота. И хотя на их совести были тысячи жизней и еще несколько, за которые он, Винни Лупо, лично готовился мстить, приговора он не одобрил и остаться не смог. Было в этом что-то глубоко бесчеловечное, жестокое и неправильное. Это на словах просто сказать, что убьешь того, кто отнял жизнь близкого человека. На деле все выходило иначе. Вроде и возможность самому руки не пачкать появилась, но Винни казалось, что, отнимая жизнь пусть даже у самого гнусного негодяя, он сам становился ничем не отличим от него. В самом деле, в чем разница? Ведь смерть убийцы не вернет того, кого он убил. Ограбленный вор не перестанет сам грабить. И изнасилованный насильник лишь озлобится еще сильнее.

Нет, в этом мире было много неправильного, но бороться злом со злом, отвечать насилием на насилие, несправедливостью на несправедливость… Винни много думал об этом в последнее время и все больше утверждался в мысли, что любая месть, любая казнь, любое жесткое наказание не останавливает зло, а лишь плодит его. Убийца повинен в смерти. Но чем виновата мать убийцы? В чем провинился его отец? Братья, сестры, любимая? И кем для них станет палач? Таким же в точности убийцей. А что надо сделать с убийцей?

Нет, так ничего не изменить. Надо разорвать порочную цепь. Найти в себе силы остановиться. Вспомнить, что ты человек. Пусть даже мертвый, но человек. Он помнил об этом, потому покинул город. Попрощался с Дерреком, Наной. С Мессером прощаться не стал — не смог. Ушел тихо, один. Нана потом рассказывала, что мертвый маг сильно переживал. Винни не знал, насколько стоит этому верить, и не хотел об этом думать. Он поселился в лесу. Его теперешнее состояние — не живое, не мертвое — располагало к одиночеству. Простые человеческие потребности заботили его нынче мало. Винни отошел в сторону от людей живых и неживых, построил шалаш и проводил в нем большую часть времени. Иногда выбирался на прогулки по лесу. Ни с кем не общался. Новых знакомых не заводил. Из старых появлялась только Нана. Сперва раз в неделю, а то и реже. Потом чаще. Она приходила, рассказывала новости. Говорила обо всем. О том, как Мессер принимает просителей со всей округи и торопится помочь всем и каждому, о том, как Деррек уговаривает его официально возглавить город. О том, что, хоть все и считают Мессера правителем, он по-прежнему не хочет принимать на себя власть. А вот о том, что между ней и Дерреком отчего-то нет прежних отношений, молчала.

Винни говорил мало. Он вообще в последнее время все больше слушал. Себя, лес, Нану, нечастых случайных прохожих, что натыкались на его шалаш. И он научился не просто слушать, но слышать. К примеру, Нане не нужно было ничего говорить про Деррека, а Винни — спрашивать. Все становилось ясно без слов. И то, о чем девушка-оборотень молчала, и то, о чем она сама даже не догадывалась.

Впереди замаячила толпа. Половину улицы перегородил подиум, на котором стоял стол и пара стульев. Над столом развевалась тряпичная растяжка: «Ты еще не записался в народную армию?» Под этим нехитрым лозунгом сидели двое суровых мужчин в военной форме — наскоро переделанной из формы городской охраны.

— Записываемся, — хрипло орал один из них, с вислыми, как у старой собаки, щеками. — Не проходим мимо! Свобода Витано — наше общее дело. Всех касается.

Другой записывал тех парней и мужчин из толпящихся рядом, кто не выдерживал грубого агитационного натиска. В обмен на автограф выдавал талон на обмундирование и паек.

— Эй, парень! Не проходи мимо! За светлое будущее надо бороться! Записывайся, и лорд Мессер вернет тебе жизнь.

Винни молча вильнул в сторону, перебежал на другую сторону узкой улочки и поспешил к площади.

Город снова неуловимо изменился. Люди, вернее, его обитатели, жили, работали. Занимались делом. И улицы, как и прежде, были не сильно многолюдны. Но появились эти агитационные растяжки. В воздухе великого города чуялось что-то неведомое, напряженное. Будто сам Витано, а не его жители готовился к войне. На площади постаментов с лозунгами обнаружилось целых три. Винни прошмыгнул мимо, юркнул к знакомому зданию и беспрепятственно вошел внутрь. Охраны у дверей не было с того самого дня, как в город вошли мертвые. Мессер никого и ничего не боялся и от людей не прятался. Во всяком случае прежде.

— Стоять, — нагнал Винни властный голос, когда парень добрался до нижних ступеней лестницы.

Он остановился, обернулся. К нему направлялся невесть откуда вынырнувший мужик в форме личной охраны.

— Кто такой?

— Винни, — спокойно отозвался парень. — Винни Лупо.

— Куда?

— Внутрь.

— Зачем?

— К лорду Мессеру.

— Лорд Мессер не зверушка из зверинца. К нему просто так не ходят.

Винни поглядел на мужика, вздохнул. Город изменился значительно сильнее, чем казалось на первый взгляд. А вместе с ним изменился и Мессер, раз обзавелся охраной. Немудрено, все меняются.

— Я по делу, — сухо сказал он.

— По какому?

— По личному. — Охранник начинал раздражать, а ситуация казалась невероятно, до абсурда глупой. — Передайте лорду Мессеру, что к нему пришел Винни Лупо. Он поймет. Или просто проводите меня наверх.

Мессер принял Винни в своем кабинете. Здесь все было привычно. Темно и прохладно, как в склепе. Пахло книжной пылью, хотя все кругом сверкало чистотой. Лорд сидел за столом и, хотя его предупредили, что Винни зайдет, навстречу не поднялся. За плечом мага черной тенью возвышался Деррек.

— Здравствуй, — поздоровался тем не менее вежливо он своим мягким бархатистым голосом. — Наконец-то ты зашел.

— Здравствуй. — Винни прошел и сел, не дожидаясь приглашения, кивнул вампиру: — Привет, Деррек.

— Давно не виделись, — предельно мягко отозвался тот.

Все выглядело неестественно, натянуто. Не как встреча старых друзей. Все происходящее, от агитаторов на площади до улыбки Деррека, от невесть зачем появившейся охраны до бархатного голоса Мессера, казалось фальшивым. Винни подозревал все это, но представлял себе встречу совсем иначе. Как? По-разному, но не так. Теперь подозрения оправдывались, и от этого становилось смешно и грустно.