Шерстяная «сказка» (СИ) - Страйк Кира - Страница 63

Сама церемония, торжественная и красивая, оставила в моей памяти неизгладимое впечатление. Один момент меня немного смущал: я – православная, должна была пройти обряд католической церкви. А менять вероисповедание вот так наспех, просто чтобы подстроиться под ситуацию, оно как-то неискренне. Не думаю, что такое решение могло бы порадовать высшие силы.

Короче говоря, для себя я решила вопрос тем, что накануне сходила в нашу семейную часовню и попыталась договориться с местным воплощением бога, что он прикроет глаза на это несоответствие. Я ведь не по своей воле угодила в такую спорную композицию. Засим решила надеяться, что небо меня простит, и с очищенной совестью вступила под своды храма.

В католической церемонии приглашённые ждут жениха и невесту внутри церкви на специальных сиденьях. Традиционно гости и родственники невесты размещаются с левой стороны храма, а жениха – с правой. У нас, по понятным причинам, такого разделения не получалось. И, чтобы правая половина не оказалась пустующей, присутствующие рассредоточились хаотично, как им было удобно.

Первым к алтарю провели Андрэ. Приняв на себя роль посажённой матери, это сделала

Кларисс. Меня в руки жениха вручал Ральф. Ну и, естественно, наше появление с братом на украшенной корзинами цветов дорожке не могло не произвести фурор. Дело даже не в том, что я была небывало хороша. Чего уж скромничать, хороша, конечно. Однако ведь любая невеста всегда прекрасна. Просто, кажется, я своим нарядом ввела новую свадебную моду.

Швея, которая шила подвенечное платье, сильно удивилась моему выбору, но сделала свою работу на совесть. Раз уж они тут все так любят вышивку, я тоже решила от неё не отказываться. Но фасон наряда от принятых канонов отличался радикально. Эпатировать, так эпатировать. Никаких оборочек. У меня ведь там была запланирована элегантная шляпка с вуалью, а с ней какие могут быть рюшки? Я вообще отказалась от пышных нижних юбок и придумала облегающий по фигуре силуэт, расширяющийся к низу и уходящий в небольшой шлейф.

Ну вот, добавим сюда верхнее накладное ажурное платье с длинным рукавом, широкий пояс в тон сине-голубым цветам в шляпке и получится то, в чём я появилась перед Андрэ и всей остальной высокой публикой. Дамы были обескуражены и весь остаток церемонии не столько следили за её ходом, сколько шушукались, обсуждая мой смелый выход.

Не знаю, как бы при иных обстоятельствах приняли такое вызывающее пренебрежение к действующей моде, но так уже повелось, что наше семейство стало для общества законодателями дерзких нововведений. Потому все исключительно восторженно ахали и завистливо поглядывали на цветы работы Ральфа, украшавшие не только мою изящную шляпку, но и причёски Рози и Кларисс.

Мужа я решила не подвергать никаким новомодным репрессиям. Он в своём элегантном аби был и так эталоном мужской красоты. Аби – это такой однобортный кафтан, короткий спереди, с длинными полами сзади. Под него надевался расшитый жилет. Рукава аби были относительно узкими, с небольшими обшлагами, длиной до запястья — из-под них полагалось выпустить манжеты белоснежной сорочки, частично прикрывающие кисть руки.

Одним словом, и нарядно, и в то же время довольно лаконично.

Зато Мариэль в своём нежно-бирюзовом воздушном платье была настоящей принцессой.

Сколько на все приготовления потратили денег – рот не выговаривает. Но мужчины категорически запретили экономить на таком значимом событии, вот я, как послушная сестра и жена, спорить и не стала.

Далее всё по плану: литургия, клятвы, затем небольшая проповедь, обмен кольцами, гимны и Святое Причастие для жениха, невесты и всех желающих из зала. А после, на выходе из храма, традиционный рис вперемежку с цветочными лепестками в причёски новобрачных, широкое застолье и, конечно же, подарки: наборы посуды, шторы, столовое серебро, вазы - всё, что обычно с пользой для хозяйства принято дарить молодожёнам. Это ладно, логично и предсказуемо. Но чего я совсем никак не ожидала - сюрпризов от молодёжи. Вот где меня удивили, и умилили, и уморили все наши дети.

Первым меня увлёк в сторонку Анри. Племянник с трогательно серьёзным видом бережно достал небольшую иконку и протянул мне. Это оказался святой Николай – покровитель детей, путешественников и, как выяснилось, новобрачных. Его личная икона, которую мальчишка всегда возил с собой. Я просто дар речи потеряла. И первым порывом было отказаться принимать такую… не знаю, сокровенную вещь. Но парень был совершенно непреклонен:

- Тётушка Корин, я прошу вас… Не отказывайте мне. Я знаю, мама мне всё рассказала…

Это самое малое, чем я могу отблагодарить вас за своё спасение. Меня, быть может, именно он в болезни сберёг до самого дома. Теперь и вам предстоит большое испытание, и я очень хочу, чтобы святой Николай охранил вас в вашем долгом пути.

- А… как же ты сам?.. – растерялась я.

- На благое дело отдаю в ваши добрые руки. Без всякого сожаления. Да и я больше не ребёнок. Взрослым юношам покровительствуют другие святые. Сегодня в храме я разговаривал с отцом-настоятелем и узнал, кто теперь станет моим небесным защитником.

Анри так волновался и так огорчился моими возражениями, что я просто не смогла не принять этот подарок от чистого мальчишеского сердца.

А следом в укромный уголок меня утащили Ноэль и Мариэль. Не представляете, как я хохотала, когда они продемонстрировали мне свой свадебный подарок. Вот что значит друзья, у которых одинаковое мышление. То есть, мысли с идеями у Анри и Ноэля, как обычно, сошлись.

А вот исполнение, соответственно разнице характеров, оказалось диаметрально противоположным.

Короче говоря, Лапьер-младший с самой радужной улыбкой вручил мне амулет на удачу –

запаянный в стекло листок клевера с, не поверите, четырьмя лепестками. И вся эта красота крепилась на запястье красной нитью.

- Он что там живой, что ли? – разглядывая неожиданный презент, поинтересовалась я.

- Самый, что ни на есть настоящий. – с нескрываемой гордостью сообщил мой юный друг-авантюрист.

- А откуда такая идея?

- Это не моя. Один друг ирландец из нашей академии однажды сказал, что мне следует завести такой оберег, чтобы уравновешивать внутренние силы. Вот смотрите: лепестки четырехлистного клевера у них символизируют четыре стихии: огонь, землю, воздух и воду, и связанные с ними черты характера — пылкость и горячность, спокойствие и внутреннюю силу, легкость и широту разума, и мудрость и переменчивость соответственно. Так я взял и завёл. И

знаете, мне кажется, он действительно приносит мне удачу.

- Только не говори, что это твой талисман. – насторожилась я.

Ну ладно ещё икона Анри – это просто святая вещь. Не нательная, не им для себя созданная. Но амулеты, насколько я маленько в курсе, вообще нельзя никому отдавать.

- Конечно, нет. – к моему облегчению ответил Ноэль. – У моего, к сожалению, только три лепестка. Сколько не искал – так и не нашёл вот такой заветный четырёхлистный и самый волшебный. А Мариэль для вас нашла. Мы с ней целое поле на коленках исползали, и она его отыскала. Я отнёс кустик к стекольщику, и он уже поместил листок в секло…

Ну вот это чудо Мариэль теперь не разрешала мне снимать с руки, а Кристи с доброй усмешкой называла помогай-браслетом. Над оберегом Ноэля, в отличие от подарка Анри, мои спутницы иногда позволяли себе немного пошутить. Так теперь и ехала: на кисти народный ирландский талисман, а в личной сумочке - икона. А что делать? Никому ведь и не откажешь.

53

Как и предполагалось, в очередной заминке не было ничего опасного. Пользуясь остановкой, в нашу карету заглянул Андрэ – проведать своих девочек и уточнить, вдруг нам чего для полного счастья не хватает.

На появление любимого дядюшки Мариэль моментально проснулась и оживилась, уступая ему место поближе ко мне с единственной «корыстной» целью тут же залезть к нему на колени и оказаться в самой нашей любимой композиции – объятия на троих.