Феникс (СИ) - Колышкин Владимир Евгеньевич - Страница 128

   - Рукописи не горят... - заявляю я не очень уверенно.

   - Смотря какой огонь.

   - Значит, Великая марсианская цивилизация умерла?

   - Часть "подземников", возможно, уцелела. И существует по сею пору... Но наверное это не знает никто. Нужно проводить глубокие исследования подземелий, а там такие катакомбы и лабиринты, черт ногу сломит. Один раз группа энтузиастов, в числе которых был и я, попыталась проникнуть в один подземный город. Никто из нас не вернулся.

   - Как?.. А, ну да...

   Мы выползаем наружу, нюхаем воздух, как заправские песчаные драконы. Пахнет холодной пылью и чем-то сладковато-гнилостным. Возможно, так пахнет погибшая цивилизация. Арьергард урагана еще погромыхивает слегка, но черные щупальца его уже втягиваются за горизонт. Ветер стихает до печальных вздохов.

   Мы превращаем свои тела в "летающие пиявки" и, делая интенсивные реактивные вдохи-выдохи, толчками поднимаемся в стратосферу. Тут основные наши тела подбирают ставшие ненужными органопроекции, и мы по гиперболической траектории начинаем удаляться от ржавой планеты. Меня распирает давнишнее желание наконец-то увидеть воочию эти таинственные спутники Марса.

   - Сейчас поглядишь, - соглашается брат. - Снаружи, в общем-то, ничего интересного: глыба и глыба. А вот внутри... но глубоко проникнуть туда тоже пока что никому не удалось.

   Из-за ржавого горба планеты, покрытой морщинами высохших каналов и пятнами от ядерных взрывов, похожими на старческую пигментацию, вынырнул и резво побежал по черно-фиолетовому небу каменный обломок с переменной светимостью - от темно-бурого цвета до серебристо-пепельного. Фобос походил на огромную картофелину, испещренную червоточинами кратеров - следы метеоритных бомбардировок. Впрочем, не только метеоритных. Огромный кратер виднелся с тупого конца "картофелины". От кратера отходили глубокие борозды, оставленные на теле спутника, очевидно, осколками породы, которые взметнул атомный взрыв. Мелких кратеров было много и некоторые из них располагались подозрительно правильными рядами на одинаковом расстоянии друг от друга, что свидетельствовало об их, несомненно, искусственном происхождении. Возможно, это были шахты для реактивных снарядов. Стало быть, марсианская "Махабхарата" является исторически подлинным документом, очевидно, все так и было на самом деле, как об этом писал неизвестный автор.

   - Я же говорил, что ничего интересного... - произносит брат.

   В это время над одним весьма неприметным кратером что-то вспыхивает, и облачко, быстро рассеиваясь, поднимается над поверхностью спутника. И вслед за этим еще несколько огоньков проблескивают в соседних кратерах, стыдливо прикрывшись облачками. Мое многоглазое зрение вдруг замечает маленькие хвостатые звездочки. "Что это?" - хочу спросить я брата. Но он не отвечает, потому что события начинают развиваться с кошмарно-калейдоскопичной быстротой.

   На теле брата открывается необыкновенного вида глаз. Словно мифический Вий приподнял свое страшное веко. Глаз будто налит кровью. Нет. Глаз выглядит стеклянным и светится изнутри тусклым рубиновым светом. Красная вспышка, и сейчас же вдали, где летели снаряды, полыхнуло и стало расширяться шарообразное облако. Я понял только одно - Андрей каким-то образом подбил один снаряд. Но другие приближаются с пугающей быстротой. Через мгновение взрывается второй снаряд. Отличная стрельба! Если так пойдет дело... нет, с третьей целью вышла осечка. Снаряды применяют хитрую тактику уклонения: вертятся спиралью, идут зигзагами, бросаются непредсказуемыми рывками из стороны в сторону. Поймать их в прицел, очевидно, непросто.

   - Уходим! - взрывается в моей голове голос Андрея. - Живо! К планете! Куда?! Вправо уходим, вправо!

   Я мчусь как угорелый к поверхности Марса, словно его бескрайние пустыни дадут мне укрытие от летящей по пятам смерти.

   - Защиту! - ору я. - Нельзя ли включить защиту?!

   - Не поможет. У некоторых заряды ядерные...

   Я понимаю, что защита бесполезна. Да и стрелять она не позволит, вспоминаю я наставления Андрея.

   - Разбегаемся! - командует Андрей, - и его громадное тело, летевшее рядом, отваливает в крутом вираже, проваливается в звездную пустоту.

   Я шарахаюсь в противоположную сторону, тоже кручусь, как могу, по большей части, наверное, бесполезно. Андрей знает, что я - необстрелянный новичок и поэтому руководит мной. Я беспрекословно подчиняюсь. Еще бы я стал прекословить. Проклятые реактивные снаряды не отстают. Два из них идут за мной неотступно, повторяя все мои пируэты, от которых у меня кружится "голова". Они похожи на маленьких злобных сперматозоидов, сладострастно преследующих яйцеклетку.

   Андрей сбивает еще один снаряд. Вдали распускается еще одно солнце, гораздо ярче, чем настоящее, материнское. Заряд был ядерным. У меня кровь стынет в жилах и хлорофилл бледнеет. Теперь я увидел, чем сбивает врага мой брат: рубиновым лучом, очевидно, лазерным. Во всяком случае, мне показалось, что на фоне расширившегося облака промелькнула раскаленная иголка. Вот главная причина трудности попадания в цель. Луча, которым ты бьешь по врагу, в космосе не видно, нужна какая-нибудь среда, чтобы луч стал заметен.

   Между тем я уже в атмосфере, работаю краями распластанного тела, как элеронами, горизонт перекашивается то влево, то вправо так, что от перегрузок у меня застилает зрение зеленой хлорофилловой мутью. Андрей слишком долго молчит. Душу мою леденит мысль: а вдруг, это его подбили?

   - Андрей! Ответь! Я не могу от них оторваться! - отчаянно взываю я в безмолвный эфир.

   - Жорка! Применяй противоракетную тактику уклонения! - врывается в мой тревожный мир далекий голос брата, хриплый какой-то голос, словно он ранен. Этого еще только не хватало!

   - Я не знаю как!

   - Создавай ложные объекты! И отводи их от себя как можно дальше! Вытряхивай из себя все, что есть! И уходи на низкие высоты, заманивай его к...

   Голос его захлебнулся в каких-то непонятных помехах, которых в принципе не должно быть. Наконец я нашел на своем теле разящий глаз, и открыл веко. Звездочка с хвостиком выхлопа крутилась рядом с прицелом, я повел глазом, прицел шарахнулся и поплыл слишком стремительно куда-то вбок. Я вернул его на место, но проклятый сперматозоид куда-то смылся. Наконец, как мне показалось, я захватил цель и повел ее. "Как включать?! - заорал я. - Лазер!" И тут он сработал. Просто нужно было захотеть, и все. Я все время забываю этот основополагающий принцип, по которому работают вживленные в тело странника неорганические машинные придатки. Но в прицеле уже никого не было. Я промахнулся.