Инициация (СИ) - Агеев Денис - Страница 68

Вспомнив про улучшения, на которые вчера был потрачен ценный энергопотенциал, я зашел в меню нейроинтерфейса и развернул раздел «Нейроактивации».

Нейроактивации

Комплексное улучшение ФИП-коэффициентов – 1

Укрепленная нервная система – 1

Улучшенная регенерация тканей – 1

Как и ожидалось, к единственному активному улучшению добавилось еще два новых. Если не считать легкого воодушевления от быстро заживших ран, каких-либо необычных ощущений я не испытывал.

Я аккуратно размял руки и ноги и в какой-то момент поймал себя на мысли, что все движения, несмотря на утреннюю сонливость, даются мне легко. Наверное, именно так сказывается действие нейроактивации «Укрепленная нервная система», или же все дело в том, что я просто хорошо отдохнул, а раны окончательно зажили, и теперь организму нет нужды тратить свои ресурсы на восстановление.

Через минуту я уже стоял в душе, обливаемый прохладными струями воды. Стоял и думал. Совсем скоро я отправлюсь на миссию, из которой, возможно, не смогу вернуться. Но меня это не пугало. Напротив, я ощущал некий прилив сил и азарт. Наконец, моя жизнь снова обрела смысл, а от меня стало зависеть не только то, в какой из тюремных унитазов я схожу по нужде, а сам вектор развития секретной военной организации.

Когда я натягивал комбинезон, мои мысли вернулись к Клариссе. О ней я вообще не думал уже несколько дней, но сейчас почему-то вспомнил. Наверное, потому, что даже несмотря на ее поступок, в душе я все равно считал ее родной. И в этот ответственный день перед выполнением сложного задания мне захотелось поговорить с ней. Узнать, как она устроилась после разлуки, и все ли у нее хорошо. Увы, но сделать этого я не мог.

Проходя по почти пустому вестибюлю, я скосил взгляд на дверь, ведущую в лазарет. Замедлил шаг, но потом вновь ускорился, так и не сменив направления. В медотсек мне уже не нужно: раны зажили, да к тому же сегодня смена Сары, а не Лейлы, так что мне там теперь точно делать нечего, хотя спустить пар, конечно, не помешало бы.

Через несколько минут я уже находился в кабинете полковника, в котором кроме нас с ним никого больше не было.

– Доброе утро, сынок. Ты готов? – спросил Сэмюэль Геррот. Выглядел он бодрым, но во взгляде все же прослеживалось легкое напряжение.

Я кивнул.

– Отлично. Тогда топай в арсенал и надевай свой новый костюм. По заверению профессора Рогинева он должен был восстановить свою целостность на сто процентов. Оружие тоже прихвати.

Я опять молча кивнул, развернулся, собираясь уже покинуть кабинет, как полковник меня окликнул:

– Постой. Буквально пару минут. Хочу поговорить с тобой с глазу на глаз.

Я замер, повернулся. Сказал:

– Слушаю, сэр.

Сэмюэль пригладил свои аккуратно уложенные седые волосы, как будто они в этом нуждались, и проговорил:

– Я хочу, чтобы ты полностью отдавал себе отчет о предстоящей операции. Мы сильно рискуем, отправляя тебя в портал. Ты должен понимать, что… – он сделал паузу и тяжело вздохнул, – что ты можешь не вернуться.

И с чего вдруг он так расчувствовался?..

– Я понимаю, сэр. За свою прошлую карьеру военного я ни раз и ни два участвовал в миссиях, исход которых был неясен.

– Я знаю. Читал твое досье, – кивнул полковник. – Тем не менее, эта миссия – не то же самое. Мы действительно понятия не имеем, куда тебя отправляем. Это может быть билет в один конец.

Я опять молча кивнул. Произнес:

– Складывается впечатление, что вы меня пытаетесь отговорить. Не понимаю. Тогда зачем нужно было предлагать мне эту миссию?

Сэмюэль вздохнул и чуть поморщился. Казалось, что он очень хотел высказаться, но по каким-то причинам не мог.

– Иди в арсенал. Увидимся в лаборатории профессора Катарана. Она в дальнем конце научного яруса. Ты уже там был, поэтому найдешь без труда.

Я покинул кабинет полковника, полный тревожных мыслей. Что он недоговаривает? Неужели беспокоится о моей жалкой жизни?..

Вход в арсенал охранялся угрюмым спецназовцем, но меня он впустил внутрь без каких-либо слов. Видимо, недавно получил прямое распоряжение не препятствовать мне. Я подошел к личной ячейке, притронулся к сенсорной панели, и она открылась. Бронекостюм «Атлант» стоял передо мной, надетый на манекен. Выглядел новым и свежим, от выжженной дыры на груди не осталось и воспоминаний. Я быстро скинул с себя комбинезон и коснулся рукава пальцем. Перед глазами всплыло сообщение:

Устройство готово к сопряжению. Произвести сопряжение? Да/Нет

Я согласился с предложением, и материал костюма начал «плавиться», теряя форму и быстро перетекая на ладонь, потом на запястье, предплечье и дальше. Через несколько секунд он полностью обволок меня, став подобием второго слоя кожи. Я покрутил конечностями в разные стороны, поприседал и попрыгал – «Атлант» сел на меня идеально. Я его почти не ощущал, и мне даже казалось, что ощущать мир в нем я стал немного четче. Возможно, на это повлияло небольшое повышение перцепции окружения, которое давал бронекостюм, или же недавно изученная нейроактивация, улучшающая нервную систему.

Запоздало пришла мысль о том, что вместо вчерашнего вкладывания энергопотенциала в регенерацию организма я мог бы улучшить какой-нибудь аспект костюма. И почему я не подумал об этом раньше?..

Взял со стойки нож «Сайлентслаер», покрутил в руке, пристально осмотрел клинок и рукоять. Приложил к правому бедру, и материал костюма быстро обволок его, соорудив нечто вроде ножен. Как же все-таки это удобно! Решил немного потренироваться в резком извлечении оружия из чехла. За последующие двадцать секунд вытаскивал нож из ножен и вставлял его обратно. С каждым разом получалось все лучше и лучше. Отличное оружие. Дали бы мне побольше времени, я бы потренировался с ним подольше.

Теперь же пришло время огнестрела. Взял Мигслаер и в очередной раз восхитился,как же удобно рукоять лежала в ладони. Пистолет словно стал продолжением руки. Тоже покрутил его немного и приложил к правому боку чуть пониже таза. Как и в случае с ножом, материал костюма соорудил ему удобную компактную кобуру. Я резко извлек пистолет и наставил дуло на воображаемого противника. Убрал обратно и снова извлек. Получалось достаточно быстро. При поднесении руки к кобуре костюм отпускал оружие и даже немного отталкивал его навстречу ладони. Все в моем напичканном наноботами теле работало на рефлексы.

Когда я взял в руки Мидлслаер, меня вдруг посетила мысль, а не оставить ли его на месте. Брать с собой два огнестрела – не слишком ли расточительно. Но через пару секунд, когда оружие удобно примостилось у меня в руках, я решил, что эта мысль до идиотизма абсурдна. Меня отправляют на задание, с которого я могу вообще не вернуться. Так почему же не использовать все, что мне доступно?! Мидлслаер я приложил к спине, и материал бронекостюма за считанные мгновения закрепил его там.

Оставался нерешенным вопрос с боеприпасами. На данный момент что пистолет, что автомат были заряжены тренировочными патронами, а мне для успешного выполнения миссии требовались боевые. Где их взять мне никто не сообщил. Спрошу, когда буду в лаборатории.

Из арсенала я вышел с ощущением некоторого превосходства над окружающими. На охраняющего вход спецназовца я не смотрел, но готов был поклясться, что он проводил меня взглядом до самого поворота за угол.

– Приветствую вас, рядовой… – профессор Катаран запнулся, нахмуренно глянув на меня, как только я вошел в кабинет. Помимо него здесь уже были полковник Геррот и генерал Торн. Оба кивнули мне в знак приветствия, я же лениво отдал им честь, приложив руку к временно лишенной шлема головы.

– Хоксвелл, – вставил я. – Алекс Хоксвелл.

– Да-да, Алекс, точно, – кивнул он. – Я вижу, вы готовы к процедуре.

В довольно просторном кабинете, заставленном всякого рода непонятными сверхтехнологичными устройствами, было на удивление тихо – видимо, для безопасной активации генпорта отключили все лишнее оборудование. Не слышно было даже размеренного гудения кондиционера или увлажнителя воздуха. Создавалось впечатление, что подготовка к миссии проходила в строгом секрете. Я вскользь окинул окружающее пространство взглядом и кивнул. У меня заметно участился пульс, а в глубине сознания всколыхнулась тревога, но я ее быстро прижал к стенке, как наглеца-псионика, решившего заявить о своих правах в чужом теле. Видимо, тут снова сыграла свою роль «Улучшенная нервная система».