Повелительница Вселенной. Будни бога (СИ) - Макуш Тиана - Страница 108

Я прекрасно знала, что новичков пока никто не задевал, просто присматривались. И если взрослым такое вовсе не грозило, ибо поселила их отдельно, рассчитывая в скором времени приспособить к своим планам (заниматься их улучшением тоже решила позже), то Тетсуо жил с остальными мальчиками. Так что проверки — дело времени, и очень недолгого. Впрочем, он их пройдёт. После сегодняшнего дня — пройдёт.

— Но Рюу-сама взял самых лучших!.. Госпожа.

— Здесь вашего учителя зовут Грэг, привыкай, Тетсуо. И лучшими вы были на Земле, не спорю. Однако здесь всё иначе. Мои воины — не совсем люди, мальчик, хотя раньше таковыми были, и возможности у них нечеловеческие. И если вы тоже хотите стать достойными такой чести, придётся меняться.

— Но как, Госпожа? И мы… я очень хочу быть достойным. Хочу быть таким же сильным бойцом, как ханси Рюу… простите — Грэг.

— С моей помощью, мальчик. Должна предупредить, тебе будет больно: слишком много изменений придётся проводить и слишком быстро. Организму это дастся тяжело.

— Нас учили переносить боль, отгораживаться от неё, Госпожа. Я выдержу.

Разумеется выдержит. Да и боль будет чувствовать лишь тело, а о сознании я позабочусь. По времени получится немного дольше, зато мальчик ничего не запомнит. А остаточные ощущения пройдут довольно быстро. К тому же то, что я собиралась сделать с его сутью, в сознании выдержит не каждый взрослый. Создание и развитие магического ядра — процесс непростой.

За время разговора я окончательно определилась с дальнейшими действиями. Земляне станут первыми моими магами-воинами. К сожалению, из всех пятерых антимагом не был никто. Зато у двоих старших магическое ядро достаточно развито, чтобы для его активации хватило лёгкого толчка. Да, можно поступить, как с Крисом, вывернуть дар и получить таки ещё двоих антимагов, но… А что с остальными? За счёт отсутствия дара к сопротивлению магии они останутся слишком уязвимыми, никогда не сравняются возможностями с другими воинами. А вот будучи магами — иное дело.

И не важно, что сейчас они таковыми не являются. Это создать антимага из ничего невозможно, он может быть только рожденным, либо изменённым магом (опять же, если тот был таковым рождён, потому наделить даром и потом его вывернуть тоже не получится). А вот наделить простого смертного даром магии гораздо проще. Для богов. Так что бывшие ниндзя обретут свою силу, пусть и отличную от других, но и задачи я перед ними поставлю соответствующие.

Расположив мальчика на столе и погрузив его разум в полный покой бессознания, занялась юным телом. Сначала укрепление и максимум изменений, чтобы смогло выдержать появление мощного магического ядра, потом развитие дара и обучение, и последние корректировки. На деле работа заняла весь остаток дня. Зато результат вызывал закономерную гордость — теперь Тетсуо никто из маленьких воинов не сочтёт слабым. Другим — да, но, вне всякого сомнения, достойным.

Приведя мальчика в чувство, заставила его съесть принесённый рабом ужин и отвела в подземелья. Было у меня несколько специальных тренировочных залов.

— Тетсуо, я оставлю тебя здесь. В запасе целая ночь, чтобы освоиться с новыми возможностями. Всё есть в твоей памяти, просто расслабься и вспоминай, а потом оттачивай знания на практике. Утром я ожидаю от тебя демонстрации новых возможностей.

Мальчик молча и с достоинством поклонился, и я оставила его одного. В отдыхе он пока не нуждается, да и бурлящая в теле энергия всё равно не дала бы заснуть, так что пусть проведёт время с пользой. Я же понаблюдаю за ним, чтобы выявить возможные ошибки или необходимые дополнения — это у Тетсуо есть время, чтобы исправить недочёты, а со взрослыми придётся работать сразу и начисто.

В покоях меня ожидал Иль. Пока гарем пустует, решила, что не буду надолго оставлять инкуба одного. Да и нравилось мне, как он прислуживает, как старается угодить. Уже заведённый порядок: ужин, ванна с массажем после него, и Иль не выдерживает, бросается в ноги, а от напряжённого тела расходятся волны возбуждения и надежды.

— Хозяйка, молю, позвольте доставить вам наслаждение!

Я всё равно собиралась это сделать, но как же приятно, когда тебя умоляют о том, чего и сама желаешь. Халат на голое тело приятно холодит кожу, и распахнутые полы нисколько не скрывают ни грудь, ни мягкий живот, ни лоно.

— Выпрямись, Иль.

Мужчина выполняет приказ, а я делаю шаг навстречу, останавливаясь близко-близко, позволяя втянуть свой запах, что инкуб и делает, судя по трепещущим крыльям носа. Вплетаю пальцы в его волосы, и вжимаюсь животом в чуть запрокинутое лицо. Мужские руки тотчас обвивают талию, прижимая ещё крепче, в кожу приятной вибрацией отдаётся тихий стон, а чуть ниже пупка ощущается влажное движение языка. Хорошо… И я всё-таки тоже соскучилась. Снова потянув инкуба за волосы, отстранилась.

— Иди за мной.

В спальне я сажусь на край кровати, а наложник снова опускается на колени. Не слишком далеко, так, чтобы при желании я легко могла его коснуться. Щелчок — чисто для инкуба, — и штаны исчезают, открывая моему взору худощавое сильное тело.

— Ноги шире, руки убери за спину. Выпрямись.

Мужчина моментально выполняет приказы, стоит им отзвучать, и демонстрирует себя полностью, причём с гордостью. Да уж, ему есть чем похвастаться. Гладкая кожа, чётко выраженные мышцы, широкие плечи и узкая талия. Образчик классической мужской красоты. Как и его член — ровный, достаточно крупный, сейчас сильно напряжённый и подрагивающий от испытываемых наложником эмоций.

Не видя причин сдерживать себя, слегка наклонилась вперёд и, вытянув ногу, коснулась подъёмом стопы бархатной мошонки. Иль шумно втянул воздух сквозь зубы. Я же захватила пальцами кожу и потянула вниз. Медленно, но неумолимо. Какое-то время он терпел, но когда я и сама почувствовала, что натяжение уже слишком сильно, запрокинул голову, сглатывая, и длинно, тихо застонал. Ооо, как же мне нравятся такие звуки желания и беспомощности.

Кожу я отпустила, резко, и тут же передвинула ногу чуть выше, скользя пальцами по подрагивающей плоти, а на самой вершине останавливаясь и вжимая в напряжённый живот. И наблюдая за реакцией, за малейшими изменениями дыхания, за сильно бьющейся жилой на по-прежнему запрокинутой шее, за каплей пота, стёкшей из ямки между ключицами. Придавив член уже всей ступнёй, немного так подержала, потом двинула ногу выше. Поймала привлёкшую моё внимание каплю где-то на уровне солнечного сплетения и размазала по тяжело вздымающейся груди.

А когда пальцы достигли выгнутого горла, Иль неожиданно резко дёрнулся и приник поцелуем к голени, одновременно лаская кожу языком и поглядывая на меня сквозь опущенные ресницы. Ах, так? Я улыбнулась и приподняла ногу ещё выше. Не самое удобное положение, но вполне терпимое. Тем более когда мужские губы раздвигаются в понимающей ухмылке, а потом нежно обхватывают большой палец, облизывая и посасывая его с явно демонстрируемым удовольствием. И прямой открытый взгляд, в котором бушует жажда обладать. И принадлежать.

Дааа… Невероятно приятные ощущения. Но мне мало. Сдвинувшись ещё ближе к краю кровати, забираю у жадного рта свои пальцы и ставлю стопу на плечо инкуба. Выгибаю бровь в молчаливом вопросе: «Ну же, ты ведь просил позволить доставить мне удовольствие? Действуй!». Иль понимает и, слегка повернув голову, снова припадает губами к голени, затем скользит поцелуями дальше, к колену. Но как только мышцы плеча под ступнёй напрягаются, я сразу впиваюсь в кожу ногтями. Они на ногах не особо острые, но вполне достаточные, чтобы причинить лёгкую боль.

— Без рук, мой хороший. Сейчас я хочу только твои губы и язык.

Понимающий и немного шалый взгляд, и наложник немного перебирает коленями, чтобы придвинуться ближе к кровати, продолжая покрывать жаркими поцелуями внутреннюю поверхность бедра. Моя нога всё же соскальзывает с его плеча, словно обнимая за спину и невольно притягивая любовника ещё ближе. А умелые губы наконец добираются до средоточия горячих волн, расходящихся по телу, пульсирующих всё нарастающим возбуждением. За-ме-ча-тель-ноо!