Невеста с изьяном (СИ) - Усова Василиса - Страница 51

***

Вернувшись в кабинет девушка обнаружила, что Арлен больше не притронулся к своей порции. Мужчина снова стоял у окна, скрестив руки на груди, явно о чем-то размышляя. На миг в душе шевельнулась неуверенность, разве посмеет она сказать ему хоть слово? Но эта мысль тут же оказалась задвинута поглубже.

– Ваша милость! – звеневший от волнения голос прозвучал неожиданно громко.

Арлен вздрогнул и развернулся, но прежде чем он успел хоть что-то сказать, Эвелиса продолжила.

– По законам гостеприимства теперь моя очередь приглашать вас. Быть может сегодня вы поужинаете со мной… в кухне?

На лице мужчины сменилась целая гамма эмоций. Он пару раз вдохнул, но так и не произнес ни слова, кажется впервые не находясь что ответить. Эвелиса наблюдала за ним со скрытым удовлетворением.

Невольно вспомнилась дама Иридия – строгая, и уважающая себя. Кладия, которая при всем добросердечии не позволила относиться к себе с плохо. Девушка ощутила, что хочет стать такой же. Иначе до седых волос придется терпеть пренебрежение от любого и каждого.

– Я принимаю ваше приглашение, – наконец произнес Арлен и полунасмешливо поклонился, – Мне еще никогда не доводилось есть на кухне.

ГЛАВА 36. Начало весны

Новый порядок сложился как-то незаметно, сам собой. Каждый день Эвелиса и Арлен обедали в кабинете, используя серебряные столовые приборы и держась друг с другом очень церемонно. Девушка старалась подражать хозяину дома во всем, от использования приборов до манеры речи. Короткие замечания о погоде, нарочито вежливое обращение, даже ложку Эвелиса держала так, чтобы невзначай не стукнуть по тарелке. Оказалось это не так уж и сложно.

Ужины же были полной противоположностью обедам. На кухне, из простых глиняных чашек, под потрескивание огня в камине. Арлен не спорил даже когда девушка положила ему обычную деревянную ложку. Напротив, он нашел это забавным, ел с удовольствием, хоть частенько и задевал непривычно высокие стенки чашки.

Все чаще после ужина мужчина задерживался в кухне, и Эвелиса неожиданно обнаружила, что его общество вовсе не тяготит ее. Они могли просто молчать, или разговаривать о всякой ерунде, избегая лишь говорить о своем прошлом.

До конца зимы в городе успел побывать Ирвис. При нем Арлен держался более сухо, поэтому управляющий особых изменений не заметил. Он отдал девушке жалование и уехал следующим днем, жалуясь на тяжелые зимние дороги.

Время от времени в доме появлялся доктор Медси, но о чем он разговаривал с Арленом, для Эвелисы оставалось загадкой. Расспрашивать она не решалась, а хозяин дома откровенничать не спешил.

Постепенно осваивалось и чтение, теперь складывать буквы в слова стало так же естественно – как дышать. И это было удивительно. За ровными строчками открывались вещи и события, о которых Эвелисе прежде слышать не доводилось.

Король, заточивший родного сына в темницу на пятнадцать лет и впоследствии сошедший с ума. Трехдневная битва, где в противников стреляли ядовитыми змеями. Побег из королевского зверинца дикой кошки, которая потом еще пару месяцев держала в страхе столицу и окрестности.

Разве можно поверить, что такое происходило на самом деле?

Иной раз Эвелиса проводила над книгой целую ночь, после чего весь следующий день ходила как в тумане. И становилось до горечи тоскливо, что никогда ей не увидеть своими глазами те деревья, которые и три человека не обхватят, или большую воду, где другого берега и разглядеть невозможно.

Одно дело встречать подобные вещи в сказках да небылях, и совсем другое узнать, что такое существует и в самом деле.

Впрочем, эти мысли девушка держала при себе. Теперь ей было даже странно, что всего год назад она жила в деревне, смиренно ждала, когда ей подыщут подходящего жениха, а все что видела – огород и околица. Словно та нескладная некрасивая девица была и не она вовсе. Нет, краше она конечно не стала, но о своих изъянах легко забыть, когда рядом всего один человек, да тот – незрячий.

***

Зима закончилась неожиданно. Еще вчера метель закручивала снежные вихри, а сегодня вдруг выглянуло солнце. Открыв окно, чтобы впустить в комнату немного свежего воздуха, Эвелиса отчетливо ощутила дыхание весны. Его ни с чем нельзя было перепутать – щебетание птиц, запах сырой земли и робкое тепло, которого хотелось коснуться пальцами.

В отчем доме наверняка начинают перебирать инструмент для полевых работ да готовить семена на посев. А ей уже может и не случиться идти босыми ногами по свежей пашне. Правда особого сожаления по этому поводу, девушка почему-то не испытывала. Как-то незаметно она успела прижиться на новом месте.

Пусть дом был гораздо больше деревенской избы, но хозяйственные дела занимали не слишком много времени. Это прежде каждый угол нуждался в тщательной уборке, а теперь достаточно было лишь поддерживать чистоту. Ну и еду готовить, так это дело несложное.

Эвелиса медленно провела по волосам деревянным гребнем. Ей давно хватало монет, чтобы обзавестись новым, но почему-то она не хотела этого делать. Пусть потертый и шероховатый, но простой гребень оставался последней нитью, связывающей ее с родным домом.

По коридору пронесся приглушенный звон, и девушка поспешила к двери, на ходу переплетая тяжелую косу. Она догадывалась кого увидит на пороге и ее ожидания вполне оправдались.

– Доброе утро, Эвелиса! – доктор Медси приподнял шляпу, и прислонив трость к стене принялся расстегивать пальто.

– Здравствуйте, – девушка чуть поклонилась, привычно не поднимая глаз на гостя, – Его милость ждал вас.

Упоминать о том, как Арлен трижды за утро спускался к входной двери – Эвелиса не стала.

– Ожидание полезно для нетерпеливых натур, – усмехнулся пожилой мужчина, – Вы заметили, какой сегодня чудесный день? С наступлением весны многие пациенты начинают идти на поправку. И то сказать, не дело болеть, когда солнце так ясно светит.

Сердце девушки забилось чаще.

– Вы хотите сказать о других пациентах, или…

На втором этаже хлопнула дверь.

– Если я задержусь здесь, рассказывая вам о своих пациентах, то один нетерпеливый господин побежит сюда по ступенькам, рискуя свернуть себе шею.

Эвелиса невольно обернулась. На верхней ступени лестницы стоял Арлен, держась за перила, но при этом не торопясь спускаться.

– Ваши намеки просто оскорбительны. Я лишь хотел проявить вежливость, встретив вас лично.

– Да, да. Не спорю. Но вам придется простить старика, – прихрамывая, доктор направился к лестнице, – А можете не прощать. Уверяю, я это прекрасно переживу.

Девушке почудилось, что по губам Арлена скользнула улыбка. Впрочем, мужчина быстро отвернулся, так что Эвелиса не была уверена, что ей не показалось.

***

На этот раз доктор Медси пробыл в кабинете Арлена долго. Эвелиса дважды успела протереть всю мебель на первом этаже и поправить чехлы на креслах. Несколько раз девушка отправлялась на кухню, но довольно быстро возвращалась.

Намек о выздоравливающих пациентах взволновал ее. Жаль, что не удалось расспросить доктора подробнее. Вдруг он имел в виду и хозяина этого дома? И как они будут жить, если к Арлену вернется зрение?

О себе Эвелиса не беспокоилась, она просто продолжит службу. К тому же, запас монет под матрасом позволял без прежней боязни смотреть в будущее. Но что же будет делать Арлен? Чем вообще занимаются господа вроде него?

Увы, на этот вопрос ответа пока не было.

Да, из книжек она узнала, что существует много самых разных людей. Но мужчина не походил ни на пирата, ни на предводителя солдат, и уж тем более он не был торговцем или мастером. Однако он явно богат, раз может позволить себе большой дом, слуг и управляющего.

Размышлять об этом можно было сколько угодно, но одними мыслями до правды не добиться. Поэтому оставив бесполезные попытки, Эвелиса заставила себя вновь уйти в кухню. Жаль, что обед уже готов, а так было бы занятие.