Дракон в огороде (СИ) - Белых Любовь - Страница 23

— Я… учту. — в голове вертится сотня лишних вопросов, тысяча мыслей сменяют друг друга, не позволяя даже осознать, значат ли слова этого старика хоть что-нибудь.

Хочу всё же спросить, почему они не договорились об изъятии этих кристаллов раньше, но одновременно с первыми словами моего вопроса звучит страшный грохот и крик.

— Эге-ге-ей! — голосят где-то вдали.

Непонимающе озираюсь по сторонам и требую от безумца ответа:

— Вы это слышали?

Раздавшийся грохот заглушает слова Гиральфа, но я замечаю кивок его седой головы.

Боже мой, пусть столько шума наделал мой выкопанный куст картошки! Пусть это долбостуки разбушевались, требуя добавки, а не очередная, прости господи, невиданная и опасная хрень этих мест!

Глава 20

...к двум приспешникам тьмы добавился третий.

С чего я вообще решила, что их здесь только двое?

Внутренне напрягшись, я приближаюсь к проходу, без стеснения разглядывая новенького.

Очередной ушастый на мою голову. Только тоже со странностями. Высокий, коренастый, эдакий богатырь из русских сказок, только с большими ушами и огромными залысинами на высоких висках.

Игнорирую двуручный топор в руках у громилы и, впившись требовательным взглядом в светловолосого, с которым мне уже довелось вести переговоры и дела, говорю как можно сдержаннее:

— Вы зачем такой шум подняли? Я и крик прекрасно слышала! Нет же, гремели… чем-то… — заглядываю за спины трём эльфам, наклонившись вправо, и замечаю на земле одиноко лежащий, полуржавый круг. Щит, скорее всего.

Это в него, что ли, так долбили, что я чуть боженьке душу не отдала?

— Неси томатные ягоды. Будет тебе куст картошки. — к моему удивлению, голос подал здоровяк с топором.

Пригладив неухоженные усы с бородой, рыжий громила ехидно усмехается и щурится.

Вот же… эльф на стероидах.

Не нравится мне его взгляд, не нравится кривая усмешка и его оружие тоже — не нравится.

Приходится напомнить себе, что они не могут меня достать. Я размышляю о благоразумии этих троих, прикидывая, решится ли кто-то сюда сунуться, зная, что этот путь здесь же и закончится. Светловолосый вряд ли. Тот второй, с копной тёмных волос, вечный молчун не производит на меня впечатление агрессивно настроенного. Остаётся рыжий…

«Только эльфу на стероидах и идти никуда не нужно будет. Как швырнёт в меня свой топор, который, должно быть, не один килограмм весит, и всё.» — противоречиво думается мне, сохраняющей молчание.

— Не наглей, Фарс. — кривится светловолосый. — Она и так нас накормила уже.

Фарс? Рыжего громилу зовут Фарс?

Нервная улыбка трогает мои губы, а я, получив сомнительное заступничество, несколько успокаиваюсь.

— Как тебя зовут? — издав своими саблями, болтающимися на поясе угрожающий «дзеньк», светловолосый выходит вперёд.

Нас разделяют жалкие пять метров, но я понимаю, что это иллюзия. Между нами пропасть. Огромная и непреодолимая.

...это если, конечно, верить словам Клинвара.

— Меня зовут Ольга. — прочистив горло, я представляюсь и веду плечом. — Твой друг нетерпелив. Возможно, он хочет войти и взять томатных ягод столько, сколько ему нужно? — решаю своими высказываниями убивать зайцев. Двух, трёх — неважно.

Важно, что нужный эффект имеется.

— Что ты сказала, отребье?! — как гаркнет рыжий в свои усы.

Волоски на моей голове приподнимаются и медленно-медленно опускаются.

— Этого моими помидорами не кормить! Что это за неуважение? Я вам хоть одно плохое слово сказала, а?!

— Послушай, Ольга. Мы бы хотели…

Светловолосый эльф, который так и не соизволил представиться, вновь пытается перетянуть внимание на себя и сгладить обстановку. Только вот ничегошеньки у него не получается, потому что меня от такой наглости почти бешенство посещает.

— Мне плевать, что вы там хотели! — как гаркну, подражая эльфу на стероидах. — У нас с тобой был уговор? С тобой! Этого невежу я здесь видеть не желаю!

— Послушай же, он со второго периметра. Не могли же мы не поделиться с соседями? — я буквально чувствую, как светловолосому неймётся. Он взвинчен, растерян и даже, кажется, немного испуган. — Фарс не поверил, что в Выжженных Землях растёт томатная ягода, да и… Мы не слишком наелись. Возможно, если в твоём распоряжении на самом деле есть достаточное количество еды, то мы могли бы о чём-то договориться. Периметров двенадцать. Нас двадцать четыре солдата. В принципе, мы одной ягодой наелись. Но вот надолго ли?

Светловолосый удивляет. Ему бы в какие-то переговорщики идти и дистрибьюторы. Сразу мне вывалил, где, кто и сколько.

Намекает на плодотворное сотрудничество? А ну, попробуй двадцать четыре мужика прокормить… Особенно если они размерами такие как этот противный рыжий с топором. Мы, вон, один помидор не приговорили ещё, а эти уже свой схомячили, получается…

Как бы не продешевить? Что можно попросить за помидор, пусть и переросток? Может, мыло, обувь, наконец-то? С одеждой тоже проблема. Свитер мой стал похож на половую тряпку. Да и шорты… И Лизе…

Ой, господи, что же делать-то?!

Не успеваю побороть алчность и маячившую перед глазами наживу, как благоразумие шлёт лучи прагматизма на моё встревоженное перспективами сознание.

— Постойте, — машу перед собой руками, словно отбиваясь от полчища демонов, нашёптывающих мне, что с двадцати четырёх мужиков можно трясти и трясти всё, что только захочется, — Я не поняла, где мой куст картошки?!

…и тишина.

Вот так вот, помогай после этого приспешникам тьмы. Нет картошки! Нет, нет и нет!

— И зачем вы устроили этот балаган, если ты, — тычу пальцем в сторону своего оппонента, — Как там тебя звать-то? Ай, да какая разница?! Нет картошки — нет переговоров. Я пошла! И в следующий раз кричите, а не… не громыхайте. Я ещё, знаете ли, пожить хочу без нервного тика и сердечного приступа.

Громко фыркаю и отворачиваюсь от эльфов.

— Постой, Ольга!

Да сейчас же! Делать мне больше нечего, что ли? Есть что. Дел просто горища! С водой так и не познакомилась, в доме у Клина ничего не присмотрела для себя и дочери, не убралась, не привела в порядок повидавшую многое на своём веку кровать… Обувь, опять же, необходимо где-то раздобыть. Мало мне натруженных мышц, отзывающихся на каждое движение болью, так ещё и от хождения босиком по каменистой и колкой земле стоп уже просто не чувствую. Я же не йог.

— Меня зовут Кас! Кассиэль. — следующий возглас заставляет меня всё же остановиться и обернуться.

Как я и думала, кричал светловолосый. Ну что же, Кас, значит, Кас.

Переступаю с ноги на ногу и, нахмурив брови, как можно злобнее проговариваю:

— Где моя картошка, Кас?!

— Она будет! Даже в двойном размере. За две томатные ягоды. — сбивчиво бормочет он. — Мы не можем покинуть свой пост все вместе. А первый и двенадцатый периметр и подавно, Ольга. Из третьего периметра уже послали в деревню Юсула. Он всё найдёт и непременно доставит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

А на фига мне два куста картошки?

Так-так-так. Непорядок. Чую, я ещё бизнес не развернула, а меня уже обмануть хотят.

Я ведь один куст просила. Посмотреть на него надо бы, попробовать вырастить, потом просто по половине картофеля попробовать прорастить и вырастить… Хоть удастся эксперимент, хоть провалится, а два куста картошки мне не надо. Я из одного потом смогу много наделать, или не смогу и мы её просто запечём в костре и слопаем.

Нет, всё равно какой-то неравноценный обмен. Нам получается раз поужинать, а этим аж две томатные ягоды.

Посомневавшись, я всё же возвращаюсь к проходу.

— Мне бы… обувь… — морщусь, ибо очень неприятно просить у них что-либо. — Сможете, где-то достать?

— А где? — отзывается темноволосый приятным баритоном. Я на некоторое время впадаю в ступор. Впервые слышу его голос. — Обмундирование мы закупаем сами. Вряд ли у кого-то есть лишняя пара сапог, да и вряд ли она тебе придётся впору.