Другая принцесса Лея: Другая Земля (СИ) - Лис Юа - Страница 42

Люк изменился в лице, хоть и старался не реагировать на провокации.

— И впредь я буду следить за тобой, Егор Кузьмин.

Люк хотел сказать слова в защиту, но мужчина уже вышел и прикрыл за собой стеклянную дверь. Девушка заметно выдохнула напряжение, отодвигая от себя клавиатуру.

— Лучше его не провоцировать, — прошептала медсестра, глядя за плечо Люка, делая вид, что не говорит конкретно с пациентом. Парень кивнул, удивляясь, что не он один испытал настоящее давление от присутствия здесь военного.

— Павел Артемьевич хороший человек, — в своё оправдание произнесла девушка, — Но они с майором Лебедевой в контрах. Теперь и тебе перепадёт от него. Зря ты ему не рассказал, как всё было.

— Но что рассказывать? — пожал плечами Люк. — Я сказал так, как всё было. Мне преподали урок.

— Сейчас тебе тоже преподали урок. Тебя уличили во лжи. Я не хочу в это вмешиваться, Егор, — девушка поднялась, настраивая аппаратуру, — Но будь собран всегда и во всем. Часто от твоих действий будут зависеть жизни людей.

— Я понимаю.

— Полевые игры решат, на что ты годен. А я сейчас решу, обладаешь ли ты здоровьем, чтобы продолжать здесь обучение. Ведь асфиксия сама собой наступает только в крайне редких случаях. Надеюсь, мы больше не вернёмся к этому разговору.

Испытание смертью

Ранним утром подъём, завтрак. Выдали форму и повезли на специальный полигон, на котором уже собирались участники будущего мероприятия. Были ребята из бывшего СНГ и двое иностранцев: из Литвы и Черногории.

В этот раз Люк представлял свою школу, уже понимая, что на него сделали ставку и подвести он не может никого, в первую очередь себя. Ведь он дрался за право, чтобы Лею оставили ему. Он дрался за её свободу. Как когда-то снова вся ответственность за её жизнь лежала на нём. Но лёгкой победы не будет. Эти игрища проводились среди одарённых учеников специальных школ, с какими-то особыми условиями но, насколько он помнил, применять свои способности было можно.

На военно-полевых играх участникам прочитали инструктаж, как действовать можно, чего совершать нельзя, за что штрафуют, или вовсе снимают с игры. Несмотря на то, что применять свои способности было можно, нельзя было причинять вред намеренный. За это сразу дисквалифицировали.

Все ученики были с питомцами и навскидку, здесь были и хищные особи, вроде пумы, и лисы и у кого-то на руке сидел ястреб. Золотинка на фоне зверинца смотрелась просто изящной игрушкой.

— Ты бы поберег своего малыша до детских игр, — сказал парень с ротвейлером. Пёс огрызнулся на Лею. Та только фыркнула, не удостоив чести даже взглянуть на обидчика. Люк улыбнулся.

— Не задирай нос. Больнее падать, — только и сказал Скайуокер.

— Правильно, — поддакнула девушка, которая держала на поводке енота. — Вы подеритесь. Я быстрее к победе прийду.

— Это с полоскуном-то что ли? — рассмеялся парнишка, державший на руке ястреба. Некоторые участники предпочитали не разговаривать друг с другом, не вестись на провокации. Было очевидно, что кому-то захочется задеть другого.

Люк отошел от участников, отцепляя карабин от ошейника Леи, и присел с ней рядом.

— Ни на кого не смотри, не слушай. Нам надо дойти до финиша первыми. Ради цели. Ради нас.

Лея кивнула. Люк поцеловал сестру в голову, в блестящую шёрстку и прошептал так, что услышать могла его только она: «Я обещаю, что мы вернёмся домой. Вернёмся все вместе». Лея лизнула брата в щёку. Такой своеобразный поцелуй.

На старт участников развозили всех вместе, но оставляли на местах по-отдельности, вручая задания. Цель была одна — дойти до финиша. В дороге поджидали засады, заминированные дороги, изрытые, перепаханные тропы, река, встающая поперёк пути. В дороге нужно было находить флажки своего цвета, означавшие ориентиры на карте. Разрешалось так же забирать чужие флажки, сбивая противника с курса. Можно было прийти к финишу и без флажков, но финишная черта у каждого участника была своя. Без ориентиров, если участник явится на финишную черту не свою, будет оштрафован, и ему снимут все баллы, даже если он соберет максимальное число флажков. Можно было взбираться на деревья, но скакать по ним явно никто не мог.

Каждому участнику давалось определенное время, смотря, откуда тот начинал свой старт. Мало было пройти весь путь и прийти к финишу. Если участник не укладывался в своё время, он проигрывал. Питомцы выполняли роль ищеек. Питомцы могли вступать в противостояние друг с другом, но нельзя было доводить всё до кровопролития. Нельзя было натравливать друг на друга животных. За это сразу снимали с участия игроков.

Люка, как и остальных участников, посадили на автобус и повезли по полигону, оставляя на условной точке. На месте их встречал инструктор, выдавая задание.

Скайоукер вышел из автобуса и сразу получил пакет, который тут же вскрыл. В нём лежала карта и компас. Красными точками на карте были отмечены места с флажками. Финишной точки не было. Именно на последнем флажке была заветная отметка, куда следовало идти. Флажки Люка имели желтый оттенок. Наручные часы выдали следом. Провожатый тотчас запустил время, и обратный отсчёт показал, что на всё у участника четыре часа. Люк захлестнул браслет на запястье.

— Вперёд, — скомандовал он сестре, начиная игру.

Жаль, что Люк не слышал мысли Леи и остальных. Но Лея слышала мысли других участников и они с братом выработали за эти две недели кое-какие действия-жесты, чтобы понимать друг друга. Собачий нюх и острый слух делали Лею ценным союзником. К тому же она тонко предчувствовала все опасности, подстерегающие их на пути. Так они с Люком удачно миновали растяжку на дороге, и нашли флажок. Но потом нашли пустое гнездо, куда был вложен флажок. Лея остановилась. Здесь прошёл чужой. Кто-то намеренно вытащил их опознавательный знак. Лея зарычала. Люк присел, останавливая сестру. Он вслушивался, как раньше, сливаясь с Силой. Впереди на двадцать минут их опережал парень с ястребом. Птица кружила над деревьями в небе, и её острое зрение выискивало флажки. Люк понял, что этот парень решил идти по пути вредительства.

— Мы догоним его и отнимем наши флажки. Идём, — Люк привстал и по следам трусцой побежал за участником. Они нагнали парня даже раньше, чем предполагалось. Люк задержал вора, опрокидывая того навзничь и Силой вжимая в лесную подстилку.

— Что? Пусти…, — возмущался участник, пронзительно засвистев. — С-сииихич!

На Люка спикировала птица, ударяя когтями в плечо. Он не успел выставить оборону рук, настолько всё произошло внезапно. Концентрация в Силе рассыпалась. Кожа вспыхнула огнём. Люк схватился за плечо и отнял ладонь. Она была в крови. Лея в это время дралась с ястребом, который нападал на неё. Хозяин ястреба подобрался для нападения и будто лягушка, в большом прыжке по дуге, обрушился на Люка, пока тот решал, как поступить с парнем. Скайуокера опрокинули на спину. Но второй прыжок заставил парня беспомощно зависнуть над землёй, барахтаясь в воздухе. Лея тоже справилась с пернатым, вжимая лапой крыло птицы и победно рыча.

Люк забрал два своих желтых флажка из общей кучки прочих, оброненных в стычке противником и сунул их себе в набедренную сумку. Остальные так и оставил валяться на земле. Он никогда не брал чужого. А кто найдёт этого конокрада, то вряд ли по голове погладит. Другие участники тоже могут идти этим маршрутом.

— Идём, — Люк позвал сестру. Птица вырвалась, взвилась вверх и стремглав спикировала на татуинца, решив проделать тот же трюк, что ранее. Но Люк вскинул руку, и птица застыла в воздухе, как и её хозяин, безрезультатно махая крыльями, пытаясь изо всех сил сдвинуться с места.

— И заметь. Я лишь оборонялся, — Люк глянул на противника. Тот гадливо усмехнулся.

— Ты не дойдёшь до финиша.

— Это мы ещё посмотрим, — ответил ему Люк.

Лишь когда отдалился на порядочное расстояние, Скайуокер отпустил сдерживающее поле и услышал далёкие крики. Кто-то нашел свои флажки у похитителя. Что там дальше было, Люка с Леей не интересовало. Они уже продвигались перебежками по изрытому полю. Здесь хорошо поработали тракторы, перелопатив пласты земли, пролив глинистую почву водой. Где-то топь была хуже болотной, засасывая по колено. Люк выполз на траву, чувствуя, что борьба с грязью его вымотала. Лея стояла рядом, внимательно глядя на пропитавшийся кровью рукав пятнистой куртки. Кровь почему-то не сворачивалась. Её надо было остановить.