Алый флаг Аквилонии Спасите наши души - Михайловский Александр Борисович - Страница 53

- Спасибо за откровенный разговор, Сергей, - сказал майор Бояринцев, еще раз пожимая собеседнику руку. - Обещаю, что я хорошо подумаю над твоими словами и по части семьи и брака, и вообще, и сделаю правильные выводы.

8 мая 3-го года Миссии. Среда. Полдень. Европейский берег Мраморного моря, безымянный залив у истока Дарданелл, место якорной стоянки подводной лодки М-34.

Командир подводной лодки М-34 капитан-лейтенант Николай Иванович Голованов

На сборы перед выступлением в поход я дал три дня - в первую очередь потому, что боцману Карелину требовалось завершить свою продовольственную программу, а кавалеристы корнета Румянцева в относительно спокойно обстановке должны были выстирать и подогнать под свой размер трофейное обмундирование, а также освоить и пристрелять новые для себя британские винтовки.

Кстати, сам корнет оказался единственным молодым бойцом в своем подразделении. Остальные лейб-гусары до турецкой войны прослужили не менее двух лет, а потом восемь месяцев принимали участие в боевых действиях на Балканском фронте. Усатый, как Буденный, взводный командир вахмистр Терехов и вовсе прослужил в лейб-гусарском полку шесть полных лет, и осенью семьдесят седьмого года должен был вчистую уволиться в запас, но война все решила по-своему, и пришлось Якову Николаевичу оставаться в строю до полной победы над турком. Никто из лейб-гусар не женат, и даже не имеет невест. При сроке службы в шесть лет женихаться до армии - занятие совершенно дурацкое. За такое время любая, даже самая верная, невеста уйдет к другому, ибо бабий век короток не только в Каменном веке.

Выступление в поход на британскую колонию было назначено на завтра, но сегодня из Аквилонии пришла радиограмма, которая заставила меня собрать командиров подразделений.

- Итак, - сказал я, - сегодня, с опережением графика на два дня, аквилонский фрегат выступил в поход. Ожидаемое время прибытия в залив Сувла - от двадцать восьмого мая, если ветра будут в основном попутными, и до пятнадцатого июня, если встречными - поскольку фрегату придется лавировать, то есть идти зигзагами, ловя ветер то правым, то левым бортом. Таким образом, к двадцать восьмому числу мы должны закончить все свои дела с британской колонией, сплавить подводную лодку по Дарданеллам, и сидеть на чемоданах на берегу залива Сувла, ожидая эвакуации.

- Мы вас поняли, товарищ капитан-лейтенант, - ответил лейтенант Гаврилов, - вы ходили к горе Ачи Баба девять дней туда, один день на месте, и девять дней обратно, так что я думаю, что максимум к двадцатому числу мы выполним поставленную вами задачу.

- Нам предстоит не только разгромить британский форт, - сказал я, - но и сделать так, чтобы ни один англичанин не остался на свободе и при оружии. Ведь в то время, когда мы атакуем их базу, какая-то часть британских солдат может находиться за ее пределами, занимаясь отловом новых рабынь. Необходимо обеспечить полную ликвидацию этой инфекции. Голые, босые, безоружные англичане в окружающей природе допустимы, а как-то иначе - уже нет.

- В таком случае, - сказал подпоручик Авдеев, - нам следует сплавить подводную лодку по Дарданеллам вместе с одним отделением морской пехоты еще в самом начале операции, а не после завершения всех дел с британцами. Тогда, крейсируя в виду берега, вы сможете отвлечь на себя внимание противника, который, собрав все свои силы в кулак, будет готовиться к отражению мнимой опасности, в то время как мы основными силами навалимся на него с тыла.

Немного подумав, я расстелил на земле перед собой карту, указал на небольшой заливчик на европейском берегу перед первым сужением русла, и сказал:

- Мы сделаем лучше. Вот до этой точки течение Дарданелл достаточно невелико по скорости, и подводная лодка сможет сопровождать наши основные силы, марширующие по берегу, бросая якорь на время ночевки. Там мы разделимся. Основные силы выступят к горе Сари Бар, за северными склонами которой в долине реки Каса Дере расположен британский форт. При этом отделение младшего унтера Неделина, как самое привычное к такой работе, сопроводит наше невооруженное тыловое подразделение и пленного вот сюда - к тому месту, где, разлившись по равнине, Дарданеллы делают резкий отворот к северу. Скорость течения тут снова падает до незначительных величин, и мы сможем с ними воссоединиться, пристав к берегу.

- А я считаю, - сказал поручик Авдеев, - что некомбатанты будут в большей безопасности под защитой основных сил, а не всего с одним отделением. Вы же сами рассказывали нам, что с вершины горы Ачи Баба было видно, что нижнее течение Дарданелл распадается на множество многочисленных протоков, пространство вокруг которых заросло тальником и камышом, как в дельте Волги. Продираться через такую местность, не зная дороги, да еще и с гражданскими на руках, будет затруднительно. Если вы будете двигаться налегке, имея на борту всего одно отделение, то успеете провести демонстрацию в заливе Сувла еще до того, как мы выйдем в район горы Сари Бар.

Я еще раз подумал и сказал:

- Пожалуй, товарищ Авдеев прав. Так мы и поступим: двигаемся параллельно до первого сужения русла, а затем грузим себе на борт отделения младшего унтера Неделина и начинаем сплав. Потом в низовьях нам надо будет еще найти одну подходящую протоку из множества, чтобы выйти в море, а основные силы за это время выйдут в ближние окрестности британской базы и произведут там разведку. Самое главное, товарищи, постарайтесь обойтись без потерь, ибо люди для нас сейчас важнее всего. Бейте британцев так, чтобы они даже не могли огрызнуться.

- Нас именно так действовать и учили, - произнес подпоручик Акимов. - После боя с русской морской пехотой враг должен лежать мертвым, а мы идти дальше, чтобы бить следующих негодяев.

- Да, - поддержал товарища поручик Авдеев, - хоть это были разные люди, но прошли они одинаковую школу. Про людей лейтенанта Гаврилова говорить не будем, ибо их боевой опыт во много раз превышает наш.

- Вот именно поэтому, - сказал я, - как и в переходе вокруг Мраморного моря, командиром сводной роты назначается лейтенант Гаврилов. Поручик Авдеев и подпоручик Акимов станут его заместителями, корнет Румянцев в силу отсутствия боевого опыта будет стажером, которому еще надо учиться воевать настоящим образом, а командиром взвода конной разведки я назначаю вахмистра Терехова.

- Я понимаю ваши соображения, господин капитан-лейтенант, - невесело произнес корнет Румянцев, - а потому не буду протестовать против вашего решения. Несмотря на то, что перспективы краха монархии в России и изменения ее государственного строя мне совершенно не нравятся, рассказы о той войне, с которой сюда пришли лейтенант Гаврилов и его люди, приводят меня в состояние шока. Со времен нашествия Наполеона в нашей истории не было ничего более ужасного и кровавого, а Бородинская битва и другие сражения русской армии меркнут в сравнении с грандиозным побоищем той войны, растянувшимся на огромном пространстве, участниками которого с каждой стороны были по несколько миллионов солдат.

- Мы уже много раз говорили вам, Миша, что государственный строй в России может быть любой, - с доброй усмешкой сказал поручик Авдеев, - но он не должен игнорировать интересы и само существование русского народа. Нарушение этого правила чревато большими общественными неустройствами, крахом государства и его переустройством на новых основаниях. Иногда ответственный лидер может перехватить управление государством, исправить политику и спасти положение, но такое получается далеко не всегда, ибо верхушка общества, иначе называемая элитой, привыкнув к прежнему положению дел, будет сопротивляться ему с отчаянием обреченных. Подобное мы наблюдали и у себя дома, и в тех мирах, куда Посредник забрасывал нас прежде в составе команды для исправления местной ситуации.

- Впрочем, к нашим делам сейчас это не имеет особого отношения, - сказал подпоручик Акимов, - ибо, насколько нам это известно, в Аквилонии власть и народ составляют единое целое. Впрочем, окончательно судить об этом можно будет, хотя бы глянув на команду фрегата.