Все дело в папе. Работа с фигурой отца в психотерапии. Исследования, открытия, практики - Зотова Юлия - Страница 15

Соблюдение правил и законов

Если мамина задача – в любви и принятии, то роль папы – установить границы и нормы поведения. Маме гораздо проще говорить о правилах, опираясь на силу и авторитет отца. Наши клиенты часто вспоминают о том, что при попытках мамы быть строгой, наводить порядок чувствовали себя лишенными любви. Также многие мамы отмечают, что, стоит им начать настаивать на соблюдении ребенком правил, он тут же пробует их нарушать, причем с завидной настойчивостью. Возможно, тут дело в собственном отношении мамы к правилам и границам.

Другое дело – папа: с ним не возникает желания спорить. Именно такое разделение функций между мамой и папой вызывает у ребенка ощущение, что все правильно: мама любит и не отвергает, папа учит и обеспечивает безопасность. Ведь границы (в данном случае правила) – это еще и опора, возможность почувствовать себя устойчиво, защищенно.

Выстраивание и поддержка иерархии в семье

Мама и папа – это первые женщина и мужчина, которых узнает ребенок. Он естественно устремляется на определенном этапе своего развития к родителю противоположного пола. Это устремление – предшественник будущих взаимоотношений, в том числе сексуальных. Другое дело, что первые тренировочные намеки ребенка на чувственность могут как жестко отвергаться родителями, так и неосознанно эксплуатироваться при недостатке эмоциональной близости с партнером.

Роль папы здесь очень важна: он должен ответить ребенку на его импульсы, оставаясь в родительской позиции, но так, чтобы не ранить его чувства. Восхищаться девочкой, но не объединяться с ней в более близких эмоциональных отношениях, чем со своей женой: «Я твой папа, ты моя дочка. Я люблю тебя как дочку, а маму я люблю как жену. Когда ты вырастешь, у тебя будет хороший мужчина, который будет тебя любить, а ты будешь любить его». Тем самым папа выставляет правильные границы, не отвергая дочку. То же самое – по отношению к сыну: «Мне нравится, что ты любишь маму, я тоже ее люблю. Она моя жена, а ты наш сын. Когда ты вырастешь, у тебя будет женщина, такая же хорошая, как мама. Она будет любить тебя, а ты будешь любить ее». Таким образом родители, с одной стороны, поддерживают ребенка, положительно встречают проявления его чувств и сексуальности, с другой – устанавливают правильную иерархию в семейной системе.

Конечно, мужчина и женщина в равной степени отвечают за отношения в паре, оба поддерживают границы в своей семье. И все же, поскольку функция границ представляется нам мужской, мы считаем, что именно отец большей частью влияет на восприятие ребенком границ в семейной системе.

Функция тестирования реальности

Тестирование реальности – это способность различать внутрипсихические феномены и события внешней реальности, а также способность оценивать свои чувства, мысли и поведение с точки зрения социокультурных норм. Нам важно понимать, что пришло изнутри – а что снаружи; на что мы можем влиять – на что нет; что касается нас – а что других; что в данном контексте является подходящим – что нет.

Функция тестирования реальности позволяет нам соотносить различные составляющие этой реальности:

• внутреннюю реальность – наши собственные ощущения, образы, эмоции и интерпретации происходящего;

• внешнюю реальность – события и факты, которые происходят вовне либо без нашего влияния, либо вследствие наших действий, направленных на изменение существующего положения вещей;

• консенсусную реальность – то, как окружающие договорились оценивать и интерпретировать происходящее, принятые и разделяемые в данном окружении нормы.

Способность согласовывать эти части реальности – залог нашей продуктивности и адекватности. Рассогласования переживаются как замешательство и неуверенность, а длительная неспособность прийти к согласованию может привести к расстройству адаптации, в отдельных случаях вплоть до психоза.

Мама связана с ребенком еще до рождения, с отцом же ему предстоит выстроить эту связь. Для этого необходимо заметить отца, сделать движение к нему от мамы во внешний мир – и быть встреченным там отцом. Взаимодействие с матерью наполняет ребенка изнутри, взаимодействие с отцом определяет ребенка снаружи. Контакт с матерью формирует наше внутреннее самоотношение, самоценность. Контакт с отцом привносит в нашу жизнь отношение к нам внешней значимой фигуры, которое потом станет самооценкой – способностью посмотреть на себя со стороны, свериться с критериями и нормами, диктуемыми окружением.

Если мама удовлетворяет потребности младенца и ассоциируется у него с удовольствием, то отец ассоциируется у него с той силой, которая способна вмешиваться в эту диаду, с одной стороны – привнося ограничения на контакт с матерью, с другой – давая возможность удовлетворительного взаимодействия с иным, отличным от материнского. Отец приходит снаружи как представитель внешнего мира, и с его присутствием необходимо считаться. Так появляется новое измерение – принцип реальности.

Для младенца его внутренняя реальность – единственно возможная, он еще не знает, как ее интерпретировать, может только различать в ощущениях, комфортно ему или нет, испытывает он удовлетворение или фрустрацию. Внешняя реальность для него – источник тревоги и неприятных ощущений, от которых он спешит избавиться, призывая криком мать и пребывая в иллюзии, что мир вращается вокруг него. Чем больше у него появляется новых навыков по мере развития, тем более он автономен, тем больше у него возможностей влиять на свое состояние и окружение. И тем больше он встречается с ограничениями, которые накладывают родители, заботясь о его безопасности и прививая ребенку нормы поведения.

Отец приходит снаружи как представитель внешнего мира, и с его присутствием необходимо считаться: так появляется новое измерение – принцип реальности.

Реальность диктует свои условия: ребенок хочет безраздельно владеть матерью, но она отвлекается от ребенка, в частности, на отношения с отцом. Ребенок хочет немедленно удовлетворять все свои потребности, стремясь к удовольствию, – родители устанавливают ограничения и запреты. Ограничения от матери вызывают фрустрацию: как часть меня может не слушаться? Это приводит к конфликту любви и ненависти к матери, поляризации ее фигуры на плохую и хорошую, удовлетворяющую потребности и отказывающую в удовлетворении, отвергающую. Это внутрипсихическая драма, которая важна и необходима как этап развития психики. Однако она будет неполной, если не вмешается внешняя фигура – отец, – на которую можно злиться за отделение от матери и в то же время ограничения от которой принимаются легче из-за изначальной отдельности от ребенка. К тому же с мамой ребенку сложно проявить всю свою силу из-за страха ее разрушить. Папу разрушить не так страшно: отец способен выдержать силу ребенка и дать ему отпор. Здесь есть другая опасность: если отец не различает способность к проявлению силы и насилие, он может в ответ напасть на ребенка, выпав из родительской роли и нанеся ему психологическую травму (как, впрочем, и мама). Вероятно, поэтому в нашем обществе у людей так мало здорового контакта со своей силой и так много насилия и толерантности к нему.

Отец и мать выступают для ребенка как конкурирующие привязанности, и тогда на одного из них можно злиться, а от другого получать утешение. Чем согласованнее будут действия родителей, тем и ребенку легче будет согласовать свое поведение. Однако мама и папа все же разные. Мама и папа дают разные оценки происходящему – и это прообраз формирования консенсусной реальности: как они договариваются, преодолевая различия или застревая в конфликте. Ребенок интроецирует семейные убеждения и ценности, как и конфликты родителей, которые становятся позднее его собственными внутренними конфликтами. Если у ребенка в доступе только мама – есть единственный способ интерпретировать реальность, более того, благодаря слиянию ему сложно отделить свою внутреннюю реальность от материнской. Нет третьего, об которого можно проверить истинность или ложность маминых посланий, а также испытать иные ощущения и эмоции, чтобы откалибровать свое восприятие реальности.