Магическая невеста - Волжская Анастасия - Страница 18

– Я… – Горло душил жгучий стыд, глаза щипало от обиды за насмешки от тех, кто должен был стать мне если не друзьями, то хотя бы приятелями и единомышленниками. Говорить было трудно, а повернуться к аудитории, показав пошедшее красными пятнами лицо, и вовсе невозможно. – Я вставила… не той стороной…

Кто-то гаденько хохотнул, но быстро умолк под строгим взглядом профессора Юргенса.

– Нет, студентка Росс, это не главная ваша ошибка, – неумолимо проговорил профессор. – Гораздо хуже, что вы изначально знали, что не сможете справиться с заданием, но все равно решили выйти к доске. И если защищенная университетская аудитория дает вам, студентам, право на ошибку, в жизни у вас может и не быть второго шанса. Запомните, нужно уметь признавать свою некомпетентность, а не лезть делать то, в чем вы не разбираетесь. Это всем понятно?

– Да, эйр Юргенс, – раздался нестройный хор голосов.

Я кивнула последней.

– Надеюсь, студентка Росс, это послужит вам хорошим уроком. Проанализируйте произошедшее и подготовьте к следующей лекции доклад о свойствах и применении магоэлементов восьмого уровня.

Тихое «да, профессор» утонуло в надсадном дребезжании звонка. Я слышала за спиной шуршание тетрадей, клацанье застежек и перестук шагов, но поворачиваться не спешила, не желая сталкиваться взглядом с сокурсниками.

Подождав, пока все уйдут, тихо побрела к своему месту, не глядя сгребла тетрадь и учебник, мельком порадовавшись предусмотрительно завинченной чернильнице. И вышла из аудитории.

Впереди был длинный, длинный, длинный день, а я уже успела все испортить. Окончательно и бесповоротно.

Не сдержавшись, шмыгнула носом.

– Студентка Росс?

Я удивленно подняла голову – и только сейчас заметила, что чуть было не столкнулась с профессором Кордом. Пробормотав сбивчивые извинения, попыталась обойти декана, но тот не позволил, преградив мне путь.

– Что-то случилось?

– Нет… все в порядке…

– Вы не очень-то искусно врете, студентка Росс, – проницательно заметил эйр Корд. – Если причина вашего расстройства связана с учебой, я как куратор направления обязан об этом знать.

– Я… – ничего не оставалось, кроме как сознаться, – испортила магоэлемент восьмого уровня. Перепутала полюса и… устроила взрыв.

– Удивительно, – темная бровь иронично выгнулась, – на что только может быть способен один из самых стабильных кристаллов в умелых руках.

– Не смейтесь! Это вышло случайно. И… мне очень стыдно, правда. Обещаю, в следующий раз я обязательно последую совету профессора Юргенса и не буду лезть к магоэлементам, пока как следует не изучу теорию.

– Юргенс – закостенелый ретроград, застрявший в лекторском кресле, потому что никогда не пытался выйти за рамки того, что написано в учебниках, – немного отрывисто произнес эйр Корд, чем окончательно ввел меня в ступор. Совсем не это я ожидала услышать от декана, которому вообще-то полагалось бы отчитать нерадивую студентку за подкопченный стол. – Таким, как Юргенс, кажется, будто любой кусок неограненного флейтита нужно с помощью стандартных манипуляций превратить в скучный цилиндр магоэлемента восьмого уровня. Но мы-то с вами знаем, студентка Росс, что каждый кристалл, как и каждый студент, уникален. И задача преподавателей – огранить его так, чтобы использовать заключенную в нем силу наилучшим образом. Так что, не слушайте старика Юргенса, студентка Росс. Точнее, слушайте, но не принимайте сказанное так близко к сердцу.

– Что вы хотите сказать?

– Научные прорывы, – эйр едва заметно улыбнулся, – совершаются не заслуженными профессорами в пыльных кабинетах, а энтузиастами. Теми, кто не боится мыслить нестандартно, искать новые подходы и не сдается после первой же неудачи. Разумеется, я ни в коем случае не призываю вас продолжать взрывоопасные эксперименты, хоть не отказался бы увидеть, как вам удалось дестабилизировать простейший двухпотоковый кристалл. Но я не хочу, чтобы из-за одной ошибки вы растеряли весь тот пыл, что я заметил на вступительном экзамене. Пообещайте, студентка Росс, что сохраните эту искру, и я уверяю, результат будет… просто магическим. Хорошо?

– Обещаю, – я улыбнулась в ответ.

Глава 7

Несмотря на крохотный лучик света, каким стала для меня встреча с профессором Кордом, первый учебный день можно было официально признать безвозвратно испорченным. Хотя остальные три лекции прошли без взрывов и каких-либо происшествий, колкие насмешки сокурсников преследовали меня и там. Инициатором выступала блондинка, вокруг которой с самого собрания факультета сбились в стайку остальные четыре девушки нашей группы. Наверное, они раньше учились вместе – иначе объяснить поразительное единодушие я не могла.

Не помогли ни модная прическа, ни перешитое платье – северянки, более образованные, богатые, не приняли меня в свой круг, четко очертив границу между ними и «взрывоопасной Росс». И, что хуже всего, отчуждение росло и ширилось, словно моровое поветрие, охватывая все больше и больше эйров и эйр.

Даже то, что одна из трех оставшихся лекций – по истории – была общей у всего первого курса и можно было сесть рядом с Авелинн, уже не радовало так, как раньше. Я просто не могла не замечать красноречивые взгляды и шепотки, которыми обменивались за моей спиной сокурсники и примкнувшие к ним приятели с других факультетов. И не хотела, чтобы это коснулось подруги-южанки или кого-либо еще.

Вот только как восстановить свою репутацию, у меня не было ни малейших идей.

Неудивительно, что про встречу, назначенную Кристером Х. Россом, к концу учебного дня я почти забыла. Почти – ровно настолько, чтобы выскочить из главного корпуса и чуть ли не бегом ринуться через двор, спрятав лицо за учебником по теории потоков в надежде, что муж или опоздает, или не придет, или не узнает меня в толпе студентов и студенток.

Но нет – Кристер ждал во дворе, и учебник не помешал ему перехватить меня на главной аллее и пойти рядом, подстроившись под мой быстрый шаг.

Я чувствовала, как он разглядывал мое лицо, подмечая мокрые пряди у висков, припухшие глаза и порозовевший кончик носа – результат непрошеных слез, которые я изо всех сил пыталась скрыть, особенно от сокурсников. Перед тем, как выйти во двор, пришлось провести добрых пятнадцать минут в уборной, остужая горящие щеки.

Судя по внимательному взгляду Кристера Х. Росса, не помогло.

Я скрипнула зубами, отвернувшись от мужа. Я с детства ненавидела, когда кто-то замечал, что я расстроена или недавно плакала. Любое проявление эмоций неизбежно порождало дома неприятные въедливые вопросы – что? когда? почему? – неизменно заканчивавшиеся назидательным: «А чего ты хотела, Рианнон, жизнь – не сказка».

И действительно, чего? Может, немного сочувствия вместо сквозящего между строк «сама виновата»? Или хотя бы того, чтобы меня просто оставили в покое?

Но от назойливого мужа, похоже, было не отделаться.

– Что? Что?!

– Чего ты такая злая? – в лоб спросил он. – Утром была довольная и сияющая.

– А чего ты так смотришь? – огрызнулась я, чувствуя, как щеки снова вспыхивают некрасивыми пятнами. – Вот в глаз дам – и сразу подобрею!

Он не обиделся – фыркнул насмешливо и, чуть ускорив шаг, обогнал меня и встал на пути, раскинув руки, точно пугало на поле.

– Давай, – согласился великодушно, наклоняя вихрастую голову. – Если тебе от этого полегчает, я готов поработать мальчиком для битья.

Вместо ответа я увернулась от попытки сгрести меня в объятия и попыталась сбежать, но вовремя заметила впереди клетчатые штаны модника Шелтона, стоявшего с фляжкой в руках в окружении приятелей. Пришлось резко изменить курс, наугад выбрав ближайшую боковую аллею. Гордо задрав подбородок, я зашагала прочь от Кристера Х. Росса… целых пять шагов. После чего на локте сомкнулись пальцы супруга и потянули в сторону.