Год 1914-й. Время прозрения - Михайловский Александр Борисович - Страница 69

- Нет, так дело не пойдет, - сказал германский военный советник генерал Лиман фон Сандерс, приглашенный на совещание. - Пока ваши солдаты дойдут до столицы, русские и болгары успеют смять ваши гарнизоны во Фракии и ворваться на улицы Константинополя.

- Так что же нам делать сейчас? - вопросил Энвер-паша. - Мы, конечно, можем мобилизовать в западной Анатолии несколько корпусов редифа23 и сосредоточить их на фракийском направлении, но едва ли эти старики в силах достойно противостоять кадровой армии России и Болгарии. Затормозить вражеский натиск и лечь костьми - вот все что они смогут сделать, когда болгарская армия при поддержке русских кораблей снова начнет наступать на Стамбул. Триста тысяч солдат болгарской армии - это весомый аргумент в пользу победы для той или другой стороны.

- Во-первых, - сказал генерал фон Сандерс, - мы еще двадцать лет назад предложили вам строить железные дороги. То, что есть сейчас, для вашей страны совершенно недостаточно, тем более что ни одна линия не ведет к русской границе. Как вы собирались воевать на Кавказе в современных условиях, не имея регулярного снабжения? Думаю, что после некоторой перегруппировки сил русские отбили бы ваше наступление на Карс с необычайной легкостью, ведь, в отличие от вас, они озаботились прокладкой железных дорог. Во-вторых - расстояние от Эрзерума до портов Искендерунского залива в два раза меньше, чем до Стамбула. Войска можно перебросить пешим путем, потом посадить на корабли, довезти до Измира, и оттуда уже по железной дороге отправить в Стамбул. Таким образом, можно выиграть две или три недели времени.

- Все это хорошо, - с некоторой иронией сказал Энвер-паша, - да только сперва необходимо договориться с базирующимся на Кипре английским флотом, чтобы он беспрепятственно пропустил корабли с нашими войсками.

-Договориться не проблема, - хмыкнул генерал фон Сандерс, - на это у нас есть дипломаты и нейтральная со всех сторон Швейцария. Не так ли, мой дорогой Ганс?

-Да, это так, - подтвердил посол Второго Рейха барон Ганс фон Вангенгейм, - достаточно намекнуть нашим английским коллегам, что эти войска будут использованы только против русских и никого более. «Гёбен» и «Бреслау» тоже проскочили в Дарданеллы в результате неких не афишируемых договоренностей. Конечно, перевозка войск по железной дороге была бы и быстрее, и надежнее, но в том, что у вас нет такой возможности, вы должны винить только себя.

- Вислоухого ишака, султана Абдул-Гамида Второго, мы должны винить, а не себя, - проворчал великий визирь Саид Халим-паша, по совместительству генсек младотурецкой партии «Единение и Прогресс». - Это именно он всячески препятствовал постройке железных дорог. Но сейчас вы правы, не время посыпать голову пеплом и вырывать из нее волосы по этому поводу. Мы надеемся, что наш брат Исмаил Энвер-паша в ожидании подходов кадровых войск с Кавказа нагонит во Фракию такое количество частей резерва, что вражеское наступление просто увязнет в липкой как глина людской массе. А еще мы, впервые за пятьсот лет, должны готовить к обороне сам Стамбул. На этот раз Чаталжинский рубеж, скорее всего, будет прорван, и русские собаки ворвутся на священные улицы нашей древней столицы. Если это все же произойдет, то мы должны убить в нашем городе последних неверных, а потом биться у своих домов с яростью и отчаянием до тех пор, пока смерть не заберет нас в Джанну к гуриям. По крайней мере, так следует объявить нашему населению, чтобы оно знало, что каждый, кто падет в бою с неверными, сразу же попадет в рай.

- Мы не спрашиваем, как так могло получиться, что один из лучших кораблей германского флота оказался захвачен врагом, а потом русские смогли переиграть вас в болгарской интриге, - сказал Энвер-паша. - Но все же хотелось бы знать, кто виновен в том, что обещанная вами легкая прогулка по нападению на русский Кавказ, откуда большая часть их армии ушла воевать на европейский фронт, вдруг оборачивается тяжелым сражением за само будущее нашего государства. Вот было ясное небо, в котором светило солнце и пели птицы - и вдруг гром, молния, черные тучи и ураганный ветер, срывающий крыши с домов. Не значит ли это, что против вас - могущественнейшие силы, а мы были дураками, когда послушали ваших уговоров напасть на Россию?

- Это все - некий Артанский князь Серегин, - нехотя сказал барон фон Вангенгейм, - самовластный монарх из иного мира, волшебник и полководец - одним словом, настоящее исчадие ада, объявившее войну Центральным державам. Мы не знаем, есть ли для него пределы возможного, и, если они есть, то как далеко он может зайти в стремлении к победе русских. Этот человек уже несколько раз строил нам козни с разрушительным результатом, иногда пуская в ход собственные войска, а иногда ограничиваясь одними только интригами, и я думаю, что без его участи не обошлось и на этот раз.

Какое-то время Энвер-паша сидел молча, выпучив на германского дипломата глаза, потом начал высказаться со всей возможной восточной экспрессивностью:

- И вы, дети шайтана и приблудной свиньи, втравили нас в эту войну, зная о том, что вашим противником является такой человек, или даже не совсем человек, одним жестом способный обратить надежды на победу в предчувствие неминуемого поражения? Не успели мы начать воевать, как лишились почти всего флота и прямо под боком заимели смертельную угрозу в виде вполне вероятного повторного вторжения болгарских армий во Фракию! Вашего царя Фердинанда больше нет, он покончил с собой от отчаяния и позора, а вместо него на троне сидит русский ставленник, уже объявивший всеобщую мобилизацию. Если судить по опыту предыдущей войны, то примерно через месяц болгары соберут триста тысяч солдат с боевым опытом, получат подкрепления из России и вторгнутся во Фракию, чтобы отобрать у нас это последнее турецкое владение в Европе!

- Вы сами хотели этой войны и жаждали наших денег, а потому побежали в бой радостно, как на праздник, -стараясь сохранять достоинство, сказал германский дипломат. - К тому же мы узнавали: господин Серегин никогда и ничего не оставляет на волю случая, и рано или поздно, в удобный для него момент, вы бы получили ультиматум царя Николая с лаконичной записью «Сдавайся или умри». Пройти мимо вашего государства, много раз сражавшегося с Российской империей, Защитник Русских никак не мог. Уж лучше мы выступим все сразу и будем сражаться с честью и достоинством, чем погибнем, будучи разбитыми поодиночке. Мы уверены, что рано или поздно жертвами ярости этого ужасного господина станут даже нынешние противники Германской империи: Франция, Великобритания, а также Япония. Не отсидятся за океаном и даже нейтральные пока Североамериканские Соединенные Штаты. И вот тогда все они пожалеют, что не сражались в едином строю с нами, чтобы уничтожить русскую угрозу, прежде чем она уничтожит весь цивилизованный мир.

- И это тоже верно, - постепенно успокаиваясь, сказал Энвер-паша, - за последние двести лет русские, объявившие себя наследниками павшего Константинополя, продвинули свои армии от заснеженных лесов Центральной Русии до нынешних рубежей. Они подкосили значительную часть османского могущества, лишив правоверных силы и воли к победе. Мы будем сражаться, раз уж так сложились обстоятельства. Было бы гораздо хуже, если бы русские присоединились к болгарам два года назад, потому что тогда Стамбул не устоял бы даже без вмешательства сверхъестественных сил.

- Тогда русским помешала наша дипломатия, - сказал барон фон Вангенгейм, - и на этот раз мы сделаем все возможное, чтобы война на Западном фронте была сама по себе, а тут русские остались бы против вас один на один. Российская империя только кажется обычной европейской державой, но на самом деле это дикая тюрьма народов, процветающая только потому, что выжимает соки из своего нищего населения. Ни нормальной промышленности, ни сельского хозяйства, ни даже торговли там нет. Нам всем нужно продержаться только до того момента, когда у русской армии закончатся снаряды и патроны, которые к ним ввозили через Босфор из Франции. Верьте в победу, господа, и она обязательно придет!