К чему снится Император? (СИ) - Шведов Вадим - Страница 37

— Ладно, но почему вы вдруг отменили ограничения для обучения низших сословий. Ваш покойный батюшка, наоборот, запрещал им поступление.

— Это ограничение — слишком явный аргумент для критики. К тому же я заметил, что бунтуют как раз таки прежде всего не самые бедные сословия. Государству нужны умные люди, — пусть будут.

— А матрикулы эти? Как без них теперь, — контролировать студентов же нужно. Опять, как раньше, будем делать, что ли, и пускать на экзамены по паспортам?

— Матрикулы, как раз таки оставим. Ещё и обяжем преподавателей принимать экзамены по строго утверждённым учебным пособиям, в первую очередь пусть все учебные группы начнут сдавать разработанный нами курс философии.

— Профессора могут захотеть давать свои лекции.

— Запрещать ни в коем случае не будем. Иначе начнут это делать подпольно. Пусть ведут собственные курсы в университетах для студентов, но оплачивать их не будем и сделаем необязательными для посещения. Обяжем только, чтобы они не призывали к свержению существующего строя и не оскорбляли власть, — а так чёрт с ними, — пусть критикуют.

— Хорошо. Но ответьте тогда ещё на последний вопрос, — почему Пирогов? Он же совершенно не уважает авторитеты и говорит прямо в лицо гадкие вещи.

— Есть за ним такое. Представьте даже мне как-то во время Крымской войны, будучи полевым хирургом, заявил, что офицеры наши почти сплошь ворьё и что нынешняя русская армия — это дерьмо. Очень грубо и без предоставления конкретных фактов высказался…

— И вы этого человека собираетесь ставить на такую должность?

— А почему нет собственно? Зерно правды в его словах есть. Недипломатично, конечно, педагог высказывается, но всё же. Народ любит, когда правду-матку режут, — нынче авторитет Пирогова огромен. К тому же он на самом деле талантливый врач и педагог, — отрицать подобное невозможно. Пусть он проводит эти реформы. Мягкий, тактичный человек в трясине образования сейчас завязнет, а у него шанс есть.

Изданные указы и назначение нового министра просвещения вызвали бурный восторг «прогрессивного общества». Студенты громко поздравляли друг друга с победой над ретроградами. Население России было удивлено такими значительными уступками самодержавия. Волнения прекратились, но вкус победы привёл к возникновению и более крамольных мыслей, — а что, если можно добиться большего? Александр понимал неизбежность возникновения подобных взглядов и решил действовать, используя принцип айкидо, усвоенный им из прошлой жизни, — остановить противника, используя его же силу и агрессию. «Получите вы у меня образование, сволочи», — думал про себя в это время император.

Интерлюдия

Назначение на должность министра народного просвещения меня удивило и одновременно обрадовало. Наконец-то власти осознали, что я был прав насчёт всего это бардака и коррупции. Я сразу же заявил царю, что соглашусь на эту работу только в том случае, если моим решениям не будут ставить палки в колёса. Александр согласился и даже больше того. Он предложил совершенно революционные идеи, — ввести всеобщее образование и увязать обучение с налогами. Я был шокирован и заявив, что, конечно же, это необходимо сделать и пообещал указать авторство этих предложений. Император, правда, на это ответил, что подобное недопустимо, так как подорвёт веру в самостоятельность министерства и его авторитет. Кроме того, государь пообещал увеличение финансирования образования почти в 15 раз, запретив, правда, тратить любые средства империи на территории Польши и Финляндии. Но даже это было просто гигантской суммой, что не могло не радовать. Фактически Александр решил потратить на образование в течение 5 последующих лет больше половины всех денег, полученных за счёт конфискаций поместий у дворян.

В результате дальнейшие действия министерства просвещения просто ошарашили всё российское общество. Внезапно были ограничены физические наказания учащихся, введены обязательные педагогические советы для улучшения приёмов образования. Реформировались все уровни образования: начальное, среднее, среднеспециальное, высшее. Буквально со следующего года по всей стране массово стали открываться начальные трёхгодичные народные училища. В эти учебные заведения, к ужасу дворян, принимали детей всех сословий. Причём учёба была бесплатной и обязательной, а детей там к тому же ещё кормили и даже одевали (правда, только тех, кто не имел нормальной одежды или обуви). Преподавание велось только на русском языке, а в программу входили такие предметы, как арифметика, природоведение, грамматика (правила русского языка) и обществознание, подготовленное государем для начальных классов.

Ещё более удивляла модернизация среднего образования. Создавались три вида семилетних гимназий: классические, реальные и военно-инженерные. Бесплатными, по настоянию государя, как ни возмущался Пирогов, являлись только последние. Здесь основными предметами были: русский язык, математика, история, обществознание, военное дело, инженерное дело, включавшее в том числе основы плотницкого, столярного, кузнечного, строительного дела. Впрочем, надо отдать должное императору, — цена учёбы в других гимназиях включала лишь свою себестоимость, а само обучение частично компенсировалась десятипроцентным снижением налогов с родителя на время получения образования. В классических гимназиях изучали русский, французский, немецкий, английский языки, математику, физику, космографию, историю, географию, чистописание, рисование, обществознание для среднего уровня. В реальных гимназиях основными дисциплинами стали: русский язык, английский или французский по выбору, естествознание, математика, физика, черчение, химия, технология, механика, обществознание. Если классические гимназии были ориентированы на получение гуманитарного образования со знанием языков, то реальные стремились дать знания естественно-технического профиля.

Из гимназий учащиеся могли идти дальше в двухлетние ссузы либо пятилетние вузы. Среднеспециальное образование было представлено гуманитарными колледжами, техникумами, направленными на подготовку рабочих кадров, а также бесплатными военными училищами. Ссузы курировались непосредственно работодателями, которые становились фактически основными заказчиками новых кадров.

Существенные изменения коснулись высшего образования. Основными факультетами в университетах становились: филологический, исторический, физико-математический, юридический и медицинский. Обучение было бесплатным для одарённых студентов, им также выплачивалась стипендия, равная примерно зарплате квалифицированного рабочего. Вузы получили ограниченную автономию. Должности ректора, проректоров и деканов были выборными с последующим утверждением министра народного просвещения. Университетам было предоставлено право свободно и беспошлинно выписывать из-за границы необходимые учебные пособия. Сами книги, получаемые университетом из-за границы, не подлежали цензуре. Отдельной разновидностью вузов становились военные и полицейские университеты. Курсанты этих вузов учились совершенно бесплатно и на полном довольствии государства.

Настоящим удивлением для России стало введение налоговой льготы для низших сословий. Говорилось о том, что если в течение последующих 10 лет ими будут сданы экзамены на знание русского языка, арифметики и обществознания, то сумма налогов для них снижается на треть пожизненно. Ещё более невероятным для империи стало введение женского образования. Если до этого оно было в рамках каких-то отдельных малочисленных закрытых учебных заведений, то теперь порядок дел изменился совершенно. Женщинам было позволено обучаться наравне с мужчинами, однако образование оставалось для них делом исключительно добровольным.

Объявленная реформа была настолько непохожа на все существующие в мире, и столь шокирующая по своему содержанию, что население поначалу просто впало в ступор. Так, введённое обязательное начальное образование поначалу вызвало ярость у крестьян, которые не желали лишаться дармовой рабочей силы, но, выяснив, что детей будут кормить и даже одевать по желанию, смягчились.