Тайны пустоты (СИ) - Елисеева Валентина - Страница 43

Рычащие монстры напали дружно, одним ударом разметав их строй и опрокинув на землю. Таша увидела вспышки бластера зельданца, треск собственного парализатора, но давление лап на её груди не исчезло. Защитный костюм пружинил под когтями зверей, принимал на себя их вес и пока успешно справлялся с задачей сохранения целостности Таши. Она брыкалась, стараясь скинуть с себя тяжёлые туши, остервенело вгрызающиеся в её тело. Ткань трещала и вдруг звонко лопнула. Боль жалящего укуса в плечо заставила закричать.

И тут урчащий кровожадный монстр, добравшийся до живой плоти, слетел с её тела, спелёнутый знакомыми голубоватыми нитями. Сморгнув слёзы, Таша увидела, как разочаровано воющего кота с силой шмякнуло о каменную стену ближайшего здания. Зверь рухнул на землю и замер, а вокруг взлетали в небо, крутились в голубых вихрях и так же врезались в стены его визжащие собратья. С трудом приподнявшись и зажимая пальцами кровоточащий разрыв на пострадавшей руке, Таша заворожено наблюдала за воином в чёрном комбинезоне и в чёрных узких очках. От него за парсек веяло смертельной угрозой и неодолимой мощью, голубое свечение стекало с его рук, распадалось на десятки нитей, опутывающих зверей и заставляющих их шкуры тлеть и вонять палёной шерстью. Панический страх перед неведомым чудовищем затопил саблезубых котов, и свора понеслась прочь от места схватки, трусливо поджимая хвосты.

– Ты слишком азартно входишь в роль профессиональной покойницы, – сухо произнёс Стейз, поднимая на руки Ташу.

– Я свято верю в своего некроманта, – с бледной улыбкой ответила она.

Глава 17. Колонии вирусов

– Вам нельзя терять сознание, – предупредили врачи, старающиеся нейтрализовать яд, попавший в её кровь. – Говорите о чём-нибудь, пойте, декламируйте стихи – только удерживайтесь в сознании!

– Смотри на меня, – скомандовал Стейз, склоняясь над её головой, зафиксированной в медицинской капсуле, – и рассказывай, как тебя, мудрую жительницу закрытого мира, угораздило отправиться к опасным хищникам безоружной?

– Бот был оснащён оружием.

– Тот бот, из которого вас (абсолютно предсказуемо!) выбросила система аварийного катапультирования? Ты не знала, что бортовое оружие бота не способно вести прицельный огонь само по себе и станет бесполезно, как только вас вышвырнет за борт?

– Как другие? Они живы? – постаралась сменить тему Таша, которой не нравилось чувствовать себя самой глупой человечкой во вселенной. У Стейза просто талант внушать ей это ощущение!

– Оба покусаны, лежат в соседних капсулах и стараются доказать Оррину, что их действия не были совсем лишены здравого смысла.

Та-аак, тема беседы свернула на прежние рельсы. Продолжим выбираться на запасной путь.

– Давно хотела спросить: как ты создаёшь голубые нити, которые я при первой встрече сочла магическими?

– Мои руки модифицированы: в них встроены импланты, генерирующие плазменные шнуры, и системы управления ими. Для расширения диапазона доступных температур разрядов в природные ткани рук добавлены огнеупорные синтетические материалы. Плазменные нити позволяют подсоединяться к компьютеру, что в сотни раз увеличивает быстродействие работы на нём: можно одновременно активировать сотни программ и запускать сотни процессов. Как и очки, плазменные шнуры функционально связаны с ментальной проекцией, давая и ей дополнительные и очень длинные руки. В лаборатории тоже часто не хватает рук: что-нибудь быстро достать, придержать, изучить изнутри механизм протекания высокотемпературного процесса и что-то в нём подправить с максимальной точностью, которую не может обеспечить стандартная аппаратура. Справочники листать удобно: легко удерживать перед глазами сразу несколько книг.

– Я сегодня так и поняла, что плазменные плётки тебе нужны исключительно для чтения книг и удержания пробирок, – припомнила Таша эпическое сражение с ордой ядовитых саблезубых монстров.

– Откровенно говоря, впервые использовал их как оружие, – тихо признался Стейз.

– Я плохо на тебя влияю, – так же заговорщицки тихо прошептала Таша. – Ты стоишь сейчас в натуральном виде или в проекции? Я пока не научилась различать их.

– Ментальная проекция.

– А внушителен, как настоящий.

– Я бы не успел добраться до Зельдана даже через туннель, а проекция сразу настроилась на твою геолокацию.

– Хорошо, что спасатели догадались отправить тебе сигнал о помощи.

– Они не догадались, – скрипнув зубами, холодно опроверг Стейз. – Я отправился сам, когда узнал, в каком костюме вы пошли в гости к саблезубым котикам. Космический комбинезон рассчитан на ударные воздействия, а не колото-режущие: согласно статистике, в открытом космосе на людей редко нападают звери. Настолько редко, что ни один такой случай пока не зафиксирован в хрониках освоения межзвёздного пространства, и физикам не пришло в голову усилить противодействие защиты когтям и клыкам. Но самое интересное я обнаружил, пока тебя загружали в медицинскую капсулу.

Стейз сделал драматичную паузу, и Таша усмехнулась:

– Великолепный способ удержать меня в сознании, но я рискую умереть от любопытства.

– Первое поколение мутантов не могло прокусить ткань костюма. Я рассмотрел широкие клыки нынешних котов и обнаружил, что из них при укусе выдвигаются прочные лезвия: настолько тонкие с краю, что создаваемое ими давление десятикратно превышает то, что давали прежние зубы.

– Твари молниеносно эволюционируют! – ахнула Таша.

– Они эволюционируют целенаправленно: все изменённые виды агрессивны только к человеку и становятся всё более опасными только для него. Для нас. Я попросил своих аналитиков обобщить все данные о мутациях животного мира за последнее десятилетие, и они выдали мне такое заключение. Да, новые виды вытесняют с ареолов своего обитания всех остальных, они питаются другими животными, но бездумно нападают только на людей.

– Бездумно – с целью убить, а не съесть?

– Именно. Полагаю, с растениями такая же ситуация, просто это труднее заметить.

Таша согласно кивнула. Под воздействием вливаемых в тело лекарств её неумолимо клонило в сон, цепляться за реальность становилось сложно. Авгур предупреждал, что она не справится с мутантами: он имел в виду, те адаптируются быстрее, чем их уничтожают? Что ж, она придумает молниеносные способы избавления от заразы!

– Как продвигаются исследования подпространства?

– Среди континуума дурацких теорий обязательно находятся те, предсказания которых совпадают с экспериментом, – ответил Стейз с таким довольным видом, что сразу становилось ясно: авторство самой «дурацкой» идеи принадлежит ему. – Мы вычленили те транспортные артерии, которые ты наверняка сочтёшь ненадёжными.

– Всё, дезинтоксикация проведена, можете засыпать, – вклинился в их диалог врач, доброжелательно улыбнувшись Таше.

– А помереть можно? – спросила она и смутилась под ошарашенным взглядом врача: – Ненадолго! Очень хочется на туннели глянуть...

...

Чёрный, подрагивающий туннель производил удручающее впечатление.

– На этот раз ты угадал: туннель ужасен, – констатировала Таша. – Как додумался?

– Сделал совершенно бредовое предположение, что коэффициент сопротивляемости пустоты не нулевой. Раньше он считался таковым по умолчанию, ведь пустота – это отсутствие чего бы то ни было материального, отсутствие того, что могло бы как-то взаимодействовать с вещественными объектами. В большинстве случаев коэффициент в самом деле настолько мал, что в первом приближении можно считать его нулевым. Однако в некоторых областях подпространства его отличие от абсолютного нуля необходимо учитывать, поскольку здесь нарастают эффекты неустойчивости. Полагаю, как раз такие области ты видишь более тёмными. Смотри, вон там для тебя должно быть серое пятно.

– Так и есть, – подтвердила Таша к вящему удовлетворению Стейза.

– Отлично, осталось решить вопрос твоей безопасности.

Она запуталась на середине перечня путей, которыми он собирался решать этот важный вопрос и воздействовать на стратега по Биосферам и многих неизвестных ей лиц: зависла где-то между приказами Верховного стратега и петициями сенаторов Галактического Совета. Рассуждения о вотумах, надзорах, общественном мнении оставили смутное ощущение грандиозных замыслов, но так и не прояснили, чего конкретно он хочет добиться такими крупномасштабными манёврами. В конце концов, устав мучиться предположениями, Таша решилась спросить об этом прямо и услышала в ответ: