Чужой (СИ) - Кощиенко Андрей Геннадьевич - Страница 86

— Вы думаете, над ней издевались? — испугано спрашивает мама, поняв смысл задаваемых ей вопросов.

Доктор делает неопределённое движение головой.

— Считаю, вам необходимо обратиться с этим вопросом к руководству исправительного учреждения, — отвечает он. — У вашей несовершеннолетней дочери наличествует дефицит массы тела. Вы имеете право знать, по какой причине это произошло и почему не была своевременно оказана медицинская помощь, если у девочки развилось какое-нибудь заболевание.

СунОк, став ещё более хмурой, кивает на ответ на слова доктора.

— Спасибо вам большое, — благодарит мама и спрашивает: — Можно мне увидеть ЮнМи?

— К сожалению, за жизнь вашей дочери, как и за её контакты с другими людьми, сейчас отвечает пенитенциарная система. Пациентка находится в охраняемой палате, в которую запрещён доступ всем, кроме медицинского персонала. Для получения одобрения на посещения вам необходимо обратиться в юридическую службу по месту исполнения наказания. Я подготовлю справку о состоянии здоровья вашей дочери, которую вы можете использовать в качестве обоснования необходимости свидания.

— Спасибо, доктор, — со слезами на глазах благодарит мама.

(двадцать пятое марта, начало ночи. Чат, который не спит)

[*.*] — АГДАН ЗАМОРИЛИ ГОЛОДОМ!!!

[*.*] — Выдумки!

[*.*] — Она сегодня упала от истощения прямо во время суда!

[*.*] — Откуда такие данные?

[*.*] — Из больницы! Результаты обследования!

[*.*] — С каких пор медицинская информация у нас стала в открытом доступе? Когда и что я упустила?

[*.*] — Ой, да ладно! «Утечки» про «звёзд» всегда были и будут.

[*.*] — Ну, допустим. И что там, у Агдан?

[*.*] — Она в коме. Из-за сильного истощения!

[*.*] — У неё рак?

[*.*] — Почему — «рак»?

[*.*] — Обычно онкобольные на последней стадии сильно худеют.

[*.*] — Такая молодая, а уже рак…

[*.*] — У Агдан — «рак»?

[*.*] — К сожалению, по-видимому да.

[*.*] — Это её боженька покарал за ДжонХёна.

[*.*] — Сгинь, нечисть, тварь, убью, сука, если поймаю!

[*.*] — Чё ж она так? Когда заболела?

[*.*] — Вполне может быть последствия контузии. Я читала, что пулевые ранения и оглушения от мощных взрывав сотрясают ДНК в клетках настолько сильно, что со временем они начинают перерождаться в злокачественные.

[*.*] — Правда? Никогда не слышала о подобном. Но какое отношение это имеет к ЮнМи?

[*.*] — Она была ранена во время артобстрела. У неё даже есть за это награда!

[*.*] — Единственная, которую не отобрали, кх-кх-кх…

[*.*] — Тварь, убью, мразь, поймаю, сука, вешайся, сгинь!

[*.*] — Вычисли меня по IP, кх-хк-кх…

[*.*] — Жалко. Такая короткая жизнь.

[*.*] — Она успела за неё столько, сколько другим не сделать за десять!

[*.*] — А могла сделать ещё больше! Первое корейские «Грэмми» и «Хьюго». Такое дорого стоит.

[*.*] — «Дорого»? Сколько? Около пяти лет на каторге? Кх-кх-кх…

[*.*] — Агдан получила наказание не за награды!

[*.*] — Я не слышала, чтобы она кого-нибудь убила. Непонятно, зачем было давать такой срок несовершеннолетней девушке?

[*.*] — Закон один для всех!

[*.*] — Правда, что ли? Уверена, с учётом её заслуг, можно было назначить условное наказание. Никто бы такому не возмутился. А сейчас япошки прикалываются над тем, что мы вначале мобилизуем школьниц, а после сажаем их за дезертирство. Спрашивают: «у вас, что оппа закончились? Приезжайте к нам!»

[*.*] — Это где такое они пишут?

[*.*] — В чатах, где ещё? А теперь Агдан возьмёт и умрёт! После этого хангук сарам вообще будут выглядеть последними идиотами, своими же руками, уничтожающие собственные таланты!

[*.*] — Действительно, стрёмно как-то, если подумать. Может она не умрёт?

[*.*] — Почему это? У неё наверняка все ДНК в клетках повреждены после разрывов снарядов.

[*.*] — Почему они у других солдат тогда не повреждены? У тех, которые в этот момент были рядом с ней?

[*.*] — А самой подумать — никак? Они же взрослые мужчины! А ЮнМи — девочка, вообще школьница.

[*.*] — Ну, возможно…

[*.*] — Жалко, что так получилась. Может, можно чем-нибудь помочь?

[*.*] — Например?

[*.*] — Кровь сдать…

[*.*] — Зачем умирающей от рака кровь?

[*.*] — Пусть врачи промывают. Отрава будет из организма выводиться. При подобном заболевании много токсинов образуется. Если их удалять, то становится гораздо лучше.

[*.*] — Что за бред⁈

[*.*] — Ну, а чего ещё сделать?

[*.*] — Венки принести?

[*.*] — Зачем? Она же ещё не умерла?

[*.*] — Не похоронные, праздничные. В качестве поддержки.

[*.*] — Как она их увидит, находясь в коме? А если очнётся, то может решить, что все радуются её скорой смерти.

[*.*] — С Агдан всегда непросто…

[*.*] — Кома — это уже всё. Последние моменты в этом мире. В такой ситуации разумнее скидываться на поминальные венки. Здесь есть кто-нибудь из «RedAlert»? Упоротые, чего делать собираетесь?

[*.*] — Будем сдавать кровь.

[*.*] — Если начнёте собирать пожертвования, сообщите об этом на сайте своего фэндома. Для других людей.

[*.*] — До этого не дойдёт.

[*.*] — Я не возражаю.

[*.*] — Сообщите, где сдавать кровь? Может, я тоже пойду.

[*.*] — Щибаль, какая мерзкая новость…

Время действия: двадцать пятое марта, вторая половина дня

Место действия: Сеул, телефонный звонок

Мама — Доченька, дорогая, мне нужно сказать тебе важную вещь. Ты можешь меня выслушать?

СунОк — Да, мама. Говори.

Мама — Я только что разговаривала по телефону с адвокатом ЮнМи. Он очень просил меня и просил передать тебе, чтобы мы вдвоём, ни в коем случае ничего не рассказывали о состоянии здоровья ЮнМи. Никому. Он сказал: «чтобы вы ни услышали или прочитали». Ты поняла?

СунОк — А почему?

Мама — Это должно помочь твоей сестре получить помилование.

СунОк — Не понимаю, как это должно сработать. Адвокат рассказал тебе?

Мама — Он сказал, что «это не телефонный разговор». И всё объяснит при личной встрече.

СунОк — Хм, странно…

Мама — Доченька, я ему пообещала. Сделай так же.

СунОк — Хорошо мама. Надеюсь, он знает, что делает.

Мама — Пусть так будет.

Время действия: двадцать шестое марта, утро

Место действия: общежитие группы «Корона»

— ЮнМи умирает от рака! — выглядывая из-за планшета, испуганно выпаливает новость КюРи.

Её онни, в это момент вяло завтракавшие в начале рабочего дня, замирают от неожиданной новости.

«… по сообщению неназванного источника, экс-участница группы „Корона“, Пак ЮнМи, известная под сценическим именем Агдан, находится в тяжёлом состоянии в одном из медицинских учреждений Сеула», — вернувшись к планшету, КюРи быстро читает текст сообщения, — «…куда была доставлена после того, как потеряла сознание прямо в зале суда во время слушанья дела против своей бывшей компании „FAN Enterthament“. Девушка до сегодняшнего дня находится в коме, предположительно возникшей в результате последней стадии онкологического заболевания. Косвенным доказательством действительности происходящего, является видеозапись у здания суда, на которой бывшая айдол выглядит измождённой…»

Закончив читать, КюРи поднимает голову и смотрит на подруг, ожидая реакции.

— Какой ужас! — искренне ужасаясь, произносит СонЁн, выражая общее мнение.

— ЮнМи слишком молода для такого заболевания, — нахмурившись, говорит ИнЧжон. — Чья это новость? Какого агентства?

— Электронная газета «Sportstep», — посмотрев, сообщает КюРи.

— «Жёлтая пресса», — пренебрежительно морщит нос ИнЧжон. — Они почти всегда врут. Помните, как они и про нас гадости писали?

— К новостному сообщению приложено видео, на котором показано, как ЮнМи увозят на машине скорой помощи, — говорит КюРи. — И наша бывшая макнэ, действительно, худая.