Твой пока дышу (СИ) - Семакова Татьяна - Страница 25

Заталкивает в машину, совершенно озверев, запрыгивает сам, но, прежде чем он захлопывает дверцу, успеваю услышать вопль Куманова:

– Линда, номер!

Точно! – вспыхиваю мысленно.

Эмир же демонстративно выкатывает ему средний палец и стартует, задним ходом выезжая со двора.

– Ну и что это было? – вообще все прочие мысли отбило в попытке переваривать неожиданно невменяемую реакцию обычно уравновешенного друга.

– А бесит потому что! – выплёвывает, всё ещё на крайних эмоциях. Прихожу к выводу, что какое-то время лучше помолчать, но он выруливает на шоссе и поясняет, продолжая кипеть: – Три дня на связь не выходил, падла такой! Три! Марк засыпает, я, как будто мне делать больше нехер, тащусь к нему. Не обнаружив, тащусь в клуб к Арсению. Не обнаружив, тащусь в бар к Григорию. Не обнаружив, держу курс на казино Тараса. И названиваю, сука, названиваю, бесконечно, мать его, названиваю! Не сплю, не жру, волнуюсь за уёбка как за родного! А он с бабой завис. Просто завис с какой-то очередной бабёнкой и хуй клал и на меня, и, что самое ублюдкое, на себя. Немыслимо… немыслимо! Последняя капля, Линда. Нахуй таких друзей. Пусть разрушает себя без моего на то участия. Задолбал. В край.

– С бабами, – поправляю, уставившись в одну точку на приборной панели и неожиданно выдаю нервный смешок. – С несколькими.

Вдыхаю, по ощущениям, ядовитый газ, так щипать за грудиной начинает. Глубоко вдыхаю, до предела, по максимуму. Распирает изнутри, как будто внутренности опухают, разрастаясь до аномальных габаритов. Давят друг на друга, мешают друг другу, не помещаются, на разрыв идут, трещат ткани, лопаются сосуды, разливает поражённую кровь, затопляет токсичной вязкой субстанцией.

«Какого хера ты тут делаешь…»

Выдыхаю, по ощущениям, жизненные силы. Клубом дыма от пепелища, отработанными выхлопными газами измотанного сумасшедшим пробегом тягача, всё до последнего миллилитра выдаю. Сдулась. Пустота внутри. Чёрная дыра, поглощающая галактики, пожирающая свет, замыкающая его в себе, гасящая, ненасытная. Заполнить! Немедленно!

Хватаюсь за телефон как за спасительную соломинку. Листаю фотографии дочери, запускаю видео, звук погромче, смех её на полную.

Вдыхаю… непосредственность, невинность, искренность, тепло, любовь.

Дышу. Живу.

– Он её недостоин, – шатает Эмир моё и без того балансирующее на грани равновесие. – Я многое могу понять, ещё большее – принять, прощал немало, на многое закрывал глаза, но он перешёл все границы. Давно уже не пацан сопливый вести себя подобным образом.

– Каким, Эмир? – хмыкаю, приостановив видео и повернув к нему голову.

– Он мне соврал, – задвигает туманно. – По-крупному. Не могу сказать в чём конкретно, как не могу выдать другие чужие тайны, в которых буквально погряз, но он соврал. В том, что для меня священно. В том, что для меня смысл жизни. Нам больше не по пути. Могу лишь надеяться на то, что ты окажешься умнее меня и не вернёшь в свою жизнь эту бомбу замедленного действия. Этот долбанный термоядерный реактор. Потому что рванёт. Рано или поздно рванёт так, что всё живое на радиусы в десятки тысячи километров окажется в зоне поражения. Мой тебе совет, Линда. Беги.

Замыкаюсь в себе, отворачиваясь, глядя прямо перед собой, но не видя. Не слыша.

Бежать. Как можно дальше, как можно быстрее.

Разумно, наверное. Рационально, здраво.

Но этот реактор – единственное, что заставляет моё сердце трепетать. Отбивать неравномерную дробь, разгоняя сумасшедшие неритмичные энергетические волны по телу. Дрожать, полыхать, умирать и воскресать. Мой реактор. Мой источник.

– Где назначить встречу с минимальным количеством свидетелей? – спрашиваю у друга, не балуя его ни интонациями, ни деталями. И так всё поймёт.

– Блядь…

– Где? – вторю строже.

Город совсем не знаю, была тут пару недель от силы, зимой, кроме сугробов по пояс и пожирающей душу безответной любви ни черта не помню.

– Старая лодочная станция, – роняет обречённо.

Снимаю блок с экрана, набираю сообщение.

Linda: Сегодня, в 15:00, у старой лодочной станции.

Раз место безлюдное, сможет проораться. Или утопить меня без свидетелей. Самое то.

Хихикаю с истеричными нотками и пишу ещё одно вдогонку:

Linda: Приходи один.

_________________________

Дорогие, не спешите набрасываться на Пашку )))

Пока, конечно, тот ещё скот, но следующая глава от него... погоняем и его тараканов)

Глава 10 + Визуализация

Настраиваемся ❤

Семью хотела? Получит. Такую, которую заслужила.

© Павел Куманов

Сердечко-то как заходится, бедненькое. Вместо положенного удара - три. Дребезжит аж за рёбрами, звенит, трепещется, словно будильник внутренний сработал. Знать бы ещё, кто его завёл и, зараза такой, с какой целью.

Машина отъезжает, а вместе с ней и мой колпак. В дальние, сука, дали. Так тупо просрать свой шанс! Из-за каких-то блядей, с которых даже не вштырило, несмотря на то что их было больше одной. Раньше помогало, когда совсем туго было, количеством брал, раз уж качеством ни одна до единственно желанной дотянуть не могла, но и этого лишился.

Как и предполагал, отрубило на хер все эмоции. Не сразу, первый день ещё сопротивлялся, барахтался, надежды какие-то питал, назад рвался, притяжение такой мощи тянуло, что совладать с собой не смог. Поехал.

Вернулся другим человеком.

Просто, сука, бесполезным куском мяса.

– Одевайтесь и проваливайте, – командую девицам и иду на кухню, чтобы не лицезреть их капризно раздутые губы, и без того накаченные какой-то дрянью. Выглядит прикольно, но по ощущениям, как выяснилось, от ожидаемого в пропасть разница.

Вот у ведьмочки свои. Пухленькие от природы, нежного розового цвета, мягкие, сочные, с идеальным чётким контуром, выразительные, умопомрачительные. Выносит напрочь от её поцелуев, какой бы части тела не коснулась, неизменно прошибает слабыми электрическими разрядами, но по нарастающей, концентрируясь внизу живота, собираясь в искрящий клубок космической энергии. И вот он по своей силе уже разрушителен. Один поцелуй не угробит, один поцелуй – предупреждение. Но несколько… несколько жадных захватов моих губ её и бомба вновь активирована.

– Козёл! – рявкает одна из девок из прихожей, сбивая меня на бренную как берущий стремительный разгон истребитель пятого поколения.

По колено в собственном предэякуляте.

Портки ещё эти, сука, наизнанку... ну, спешил я! Кто ж знал... как я вообще такое мог предположить?! Что она просто возьмёт и приедет. Лично. Что сначала сбежит, а потом объявится. Перспектива увидеть её вновь была не просто призрачной. Её, чёрт возьми, вообще не существовало! Такое ощущение, что держал в руках выигрышный лотерейный билет, но просто вышвырнул его, так и не сверившись с результатами розыгрыша.

Выхожу не чтобы проводить, а чтобы пересчитать. Почти двести квадратов, ебал я в рот заглядывать в каждый угол дизайнерской мысли, чтобы только убедиться, что ни одна из них не додумалась остаться погостить.

Три пришли, три ушли. Отлично.

Закрываюсь, двигаю в спальню за мобилой, которую, судя по зверской роже Эмирчика, следовало включить ещё три дня назад.

Через пару минут начинают выстреливать оповещения одно за другим, нещадно давя на мозги и отзываясь тупой надсадной пульсацией в висках. Но, у меня была причина, как будто бы. Вне всяких сомнений, было оправдание.

Просматриваю все уведомления чтобы определить, на сколько я не просто херовый друг, но и херовый сын. Понимаю, что взял золото по всем фронтам, но в ту минуту меня беспокоит это чрезвычайно мало. Всё внимание захватило сообщение с незнакомого номера.

Naname: Сегодня, в 15:00, у старой лодочной станции.

Сердце вновь набирает обороты, нещадно гоняя кровь по венам. В жар бросает, на лбу испарина выступает, труба в руках гуляет, буквы перед глазами плывут. Сообщения уже не первый год получаю только от спамеров.