Порочное зачатие (СИ) - Лафф Кира - Страница 25

- Ты больной! – реву в ответ, набрасываясь на него с кулаками.

Меня бьёт в истеричной лихорадке, а кулаки с силой прилетают по его жилистому телу. Бью не глядя, со всей силы, но Демиду хоть бы что! Он вообще никак не реагирует!

- Придурок! Урод! Козёл! Никого тебе не рожу! Даже не думай, что я позволю тебе снова сделать со мной это!

Когда мои силы иссякают, и я могу лишь всхлипывать, Демид внезапно сгребает меня в охапку и прижимает к себе. Тяжело дышит, хаотично гладя по волосам.

- Тихо, тихо… - шепчет на удивление спокойно. – Успокойся, пожалуйста… Сам не знаю, зачем это сказал. Я виноват. Не бойся. Я больше никогда не прикоснусь к тебе без разрешения…

В его словах и интонации мне чудится столько горечи, что я даже теряюсь, не понимая, что мне чувствовать…

- Ты сейчас меня касаешься… - всхлипываю в ответ, и почему-то сама цепляюсь за его рубашку. – Без разрешения…

Пальцы Демида в моих волосах застывают на мгновение, а потом перестают свои умиротворяющие поглаживания.

- Хочешь, чтобы отпустил? – тихий голос полон безнадёги.

Я делаю глубокий вдох, ненавидя себя за эту мимолётную слабость, и, закрывая глаза, рвано выдыхаю:

- Да.

Дорогие друзья, график прод – два через день!

Глава 30

Алиса

На этот раз Демид сдержал обещание. Он больше не трогал меня. И я была этому ужасно рада, честно!

Совсем не хотелось, чтобы он трогал меня, когда мы переступили порог его дома. И когда показал гостевую спальню я тоже не думала о его прикосновениях! Он не касался меня, когда принёс огромный банный халат, что доставал мне до самых пят…

Демид, вообще вёл себя со мной так, словно я снова всего лишь его подчинённая, которую он обидел, лишив в конце года тринадцатой зарплаты! Учтиво, отстранённо, холодно… И если раньше я всё время пыталась пробиться сквозь его броню, то теперь поняла – уж лучше её не трогать!

Что у Демида не отнять – так это умение убеждать. Сама не понимаю, как так вышло, что я в итоге, всё же, оказалась у него дома – в просторном пентхаусе одного из фешенебельных небоскрёбов в самом центре столицы… Босс убедил меня в том, что в таком истерическом состоянии я напугаю Манюшу, и что сегодня ночью ей лучше побыть у соседки… С этим я поспорить не могла. И правда, напугаю. Да и устала я с ним спорить, если честно. Всё равно в итоге он всегда выигрывает…

Оказавшись в комнате одна, я стаскиваю с себя рваные ошмётки платья и бросаю их на пол. Смотрю на себя в широкое настенное зеркало. С виду я никак не изменилась. Тело кажется тем же, но в душе… чувствую, что стала другой. С меня будто разом содрали все наивные мечты о большой и чистой любви, о принце на белом коне… и макнули лицом в лужу, которую все взрослые люди уныло называют «реальностью»…

Боясь, что хозяин дома скоро вернётся, набрасываю на себя халат и иду в душ. Шикарная душевая кабина оказывается настолько большой, что в ней, наверное, поместилась бы вся моя семья. Реально, она размером с нашу кухоньку!

Встаю под обжигающе горячие струи и принимаюсь оттирать тело. Шкрябаю ногтями, наношу всё новые порции ароматного геля для душа. Вскоре моя кожа становится красной и начинает скрипеть. Между ног почти не болит. Даже при движении уже не так больно. Аккуратно протираю там рукой и смываю остатки спермы и крови… У меня есть двадцать четыре часа, чтобы принять таблетку экстренной контрацепции, и как только я завтра утром встану, то первым же делом пойду в аптеку! Если он думает, что после всего я покорно буду исполнять контракт, то Мистер Монстр глубоко заблуждается! Ему к психиатру надо, а не детей! Пусть разберётся со всеми своими проблемами, а уж потом нанимает суррогатных матерей! Других, конечно же! Потому что я ни за какие деньги не допущу, чтобы его сперма снова попала в меня!

Выключаю воду и завязываю на голове полотенце. Накидываю на себя халат и выхожу.

Успеваю сделать лишь несколько шагов по спальне, как замечаю сидящего в кресле, что стоит ближе к окну, Демида.

- Уходи, - застываю на месте, чувствуя, как сердце снова начинает биться чаще.

- Я принёс тебе поесть, - он поворачивается ко мне, внимательно глядя на меня из-под прищуренных век.

- Я не хочу есть! - упрямо отвечаю, и только потом поворачиваюсь в сторону небольшого столика, на котором стоит поднос с… блюдами правильного питания! Ну конечно же! А как может быть иначе?

Приглядываюсь… выглядит на удивление вкусно, чёрт возьми! Желудок как-то болезненно сжимается, просыпается, вспоминая о своей функции.

- Может, попробуешь? – предлагает он, вставая. – Тут свежевыжатый сок, салат с тунцом и авокадо, форель под лимонным соусом…

От того, как он всё это перечисляет, у меня во рту скапливается слюна. Незаметно проглатываю её и гордо задираю подбородок.

Демид подходит к столику, и, слегка хромая, перекладывает поднос на другой, а потом показывает рукой на кресло, с которого только что встал:

- Присядь, - сперва он говорит привычным требовательным тоном, но потом добавляет неестественное для него: - Пожалуйста.

Поднимаю брови вверх. Ладно, сяду, раз такой вежливый. Поесть-то мне всё равно надо! А то точно не усну на голодный желудок!

Сажусь в кресло, а Демид занимает место напротив меня. Кладёт руку на подлокотник и поднимает лицо вверх, располагая подбородок на сжатых в кулак костяшках пальцев.

Стараюсь на него не смотреть. Откусываю кусочек форели и… Ммм… это просто восхитительно! Вспоминаю, что я сегодня утром бутер съела, кофе в той кафешке попила, а вот обед прошёл мимо меня… Есть хочется просто ужасно! А у всего, что принёс Демид вкус просто волшебный! Наверное, он в ресторане заказывал! Потому что такой плохой человек как Демид Ларин просто не может так восхитительно готовить!

Откусываю ещё и отпиваю сок. Блаженно прикрываю глаза. Салат тоже удался, уплетаю за обе щеки!

А Демид всё смотрит на меня и смотрит… Блин, какой же он всё-таки странный! И чего ему от меня надо?! Под его взглядом я вся сжимаюсь в комок. Чувствую себя ужасно неудобно, но стараюсь не показывать.

- Вкусно? – спрашивает, и я замечаю, как уголки его губ приподнимаются в полуулыбке.

Закатываю глаза.

- Ничего особенного! – отвечаю чисто из чувства противоречия. Пусть не зазнаётся! И не думает, что я прощу его за самую вкусную рыбу, что я когда-либо ела в жизни!

Доедаю последний кусочек и отодвигаю от себя поднос.

Смотрю на Демида, а потом на кровать. Он не двигается с места. Он что, так и будет тут сидеть?

- Уйди, - строго смотрю на него, сверкая глазами.

Ларин снова хмурится.

- Я хочу остаться, - заявляет.

Меня снова начинает бить дрожь. Неужели, не выполнит своё обещание?

- Зачем? – нервно тереблю подол халата.

- Вдруг тебе станет плохо?

- Мне станет плохо, если ты не уйдёшь!

Он сцепляет зубы. На широких скулах ходят желваки. Что, Демид Игоревич, не привыкли к такому неуважению? То ли ещё будет, если вы не оставите меня в покое!

- Ладно, если тебе что-нибудь понадобится…

- … то к тебе я точно не обращусь! – заканчиваю за него мысль, встаю с места, прохожу через комнату и резко распахиваю дверь.

Несмотря на то, что я сама заставляю его уйти, от мысли, что сейчас я останусь одна сердце до боли сжимается. Как представлю, что буду спать в этой незнакомой и чужой спальне… одинокая, никому не нужная… К глазам подступают слёзы, а нижняя губа начинает дрожать. Может… разрешить ему остаться? Пусть сидит в этом чёртовом кресле, если так хочет?

- Точно хочешь, чтобы я ушёл? – Демид серьёзно вглядывается в моё лицо, а я отворачиваю, пряча слёзы. – Может, поговорим, наконец, нормально? Без истерик?

- Уйди! – упрямо повторяю, ругая себя за эту дурацкую слабость.