Нарисованная мечта (СИ) - Юсупова Мари - Страница 29

«Бей-верд» в переводе с гайчи означает «укрощённый ветер». Маги подчинили силу ветра, что двигала теперь кареты. В Таэрии, отброшенной в развитии магии и техники на полсотни лет назад, ездили устаревшие бей-верды, которые правдами и неправдами, а то и за солидной мзду, завозились сюда купцами. Но они сильно отставали по качеству и оснащению от тех, что производились в последнее время в других королевствах. Вот только у рентоя, который послал всех возмущающихся жрецов к… королю, была карета, что в скорости уступала разве что порталу. Там где обычный бей-верд тратил на дорогу сутки, Делару требовалось лишь пять часов…

- Папа просто боялся, что мама не простит и бросит его, потому и не сказал ей, – объяснил Даис.

- Вот гадёныш! Как он это делает?! – пробормотал Делар и, оглянувшись на изумлённого попутчика, пояснил: - Это я не тебе, а племяннику своему. А теперь расскажи про «оковы», которые ты потерял, - потребовал Делар.

Они ехали так быстро, что страшно было смотреть в окно. Делар, чтобы отвлечься от тревоги, что мешала дышать, начал расспрашивать Даиса об Аике.

- Я не терял, - густо покраснев, заявил парень.

- Курсант! – строго произнёс Делар, от чего Даис, даже сидя, чуть не вытянулся в струнку.

В душе молодого человека царило смятение. С одной стороны он был в восторге, что находится так близко к легендарному «Ястребу», с другой – не мог простить того, как он поступил с его сестрой.

- То, что она беременна… - тихо спросил Делар, - как ты узнал?

- Она маме сказала, - буркнул Даис, - а мы с Сафи подслушали. Она плачет каждую ночь, - с осуждением добавил он.

Делар тяжело вздохнул в ответ.

Дом, расположенный по адресу, который ему дали братья, удивил Бората. Он был магом, так что заклятия оплетавшие стены сумел разглядеть. Но он может только видеть, а вот войти - вряд ли сможет, магии его никто не обучал. И посвистывание, предупреждающее об опасности, снова зазвучало в голове. Но Борат не собирался сдаваться. Он начал обходить дом, даже не прячась особо. И тогда он увидел! Лорский Убийца мягко улыбнулся. Плетения на задней двери не были цельными. Может время подействовало, может ещё что-то, но здесь был разрыв. Правда, тихо войти не удалось. Посвистывание перешло в непрерывный свист. Спрятавшись в углу под лестницей, он замер, прислушиваясь. Послышался женский голос. Дверь была полуоткрыта. Заглянув туда, Борат увидел маленькую фигурку…

Аика подошла к двери, ведущей в прихожую. Но только она начала открывать её, как на неё что-то накатило. Какой-то мрак обрушился на окружающий мир, погружая сознание в темноту. Лишь маленькая искорка чувства самосохранения трепетала, пытаясь вырваться. Но и она проиграла эту битву, медленно угаснув…

Хистан в пару касаний перемахнул через забор. Несмотря на скромный вид дома, разведчику он показался неприступной крепостью. Он не понял почему, но ощущениям своим всегда доверял. Цепкий тренированный взгляд зацепил слабое место в «цитадели». Задняя дверь была чуть приоткрыта. Хистан бесшумно метнулся к дому, и проскользнул внутрь. Его учили сливаться с окружающими предметами, что он и не преминул сделать. Словно зверь, затаившись, он прислушивался и принюхивался.

Из-под лестницы вышел человек в тёмных одеждах и, не замечая Хистана, начал подкрадываться к двери.

Делар не зря выбрал именно его. Борат даже не понял, что произошло. Он оказался связанным и уложенным лицом в пол. Хистан отлично выполнил задание.

Вот только девушка…

Испуганные ярко-голубые глаза и золотистые вьющиеся волосы не подходили под описание…

Делар и Даис ворвались в дом. Там их ожидал Хистан, связанный Убийца и Сафи, которая бросившись к брату рыдая, рассказывала, что мама отослала её домой, потому что задерживалась, что дом она нашла пустым, что потом на неё чуть не напали.

Пока брат утешал сестру, Делар с Хистаном обменялись взглядами. Разведчик покачал головой. Делар понял, что в доме искать бесполезно.

Аика пропала…

Глава 14. Храм

Аика выползала из странного сна, который тяжёлым одеялом укутывал её, сковывая движения. Чувство опасности, последнее, что она испытала, подстёгивало её поскорее очнуться. Уже открывая глаза, Аика вспомнила всё что произошло. Первое, что она увидела, был низко нависающий потолок, который почему-то покачивался. Через секунду до неё дошло, что она лежит на сиденье кареты, которая куда-то едет. Аика резко вскочила.

Затуманенный взгляд девушки встретился с холодными презрительными бирюзовыми глазами. Обладатель этих глаз был невероятно красив. Платиновые волосы, уложенные в красивую косу, при малейшем движении словно рассыпали искры. Правильные черты породистого лица говорили о благородном происхождении. Несмотря на то, что этот человек был в годах, и морщины уже кое-где изрезали гладкую кожу, он мог ещё разбить немало женских сердец… Если бы не выражение лица. Высокомерие и спесь говорили о том, что он ни во что ни ставит других.

— Не рановато ли она очнулась, Лет? — спросил мужчина, глубокий голос которого портила брезгливость, звучащая в нём.

— Я применил заклинание меньшей силы, ваша светлость, — почтительно ответил его собеседник, человек средних лет с усталым лицом.

Аика с первых же минут испуганно забилась в угол. Она сидела в бей-верде с двумя абсолютно незнакомыми людьми. Они ехали в неизвестном ей направлении. Не понадобилось много времени, чтобы понять, что её похитили. Но кто? И зачем?

— Не важно, — сказал между тем пожилой аристократ, окинув взглядом девушку. — Заткни ей рот, чтобы не привлекла внимания.

Тот, кого назвали Лет, едва заметно шевельнул пальцами, и Аика почувствовала, как у неё немеют губы.

— Я должен предупредить, ин Горак, — глухо сказал Лет, — она беременна.

— И что?

— Я не буду принимать в этом участие, — угрюмо, сквозь зубы процедил маг.

Теперь уже его окинули презрительным бирюзовым взглядом, вот только он не произвёл того же впечатления, что на Аику. Ин Горак, словно вспомнив о чём-то, перестал сверлить глазами мага.

— Беременна, говоришь? — красивые изящные руки «его светлости» расправили богато расшитую тунику. — Не замужем и… Это даже интереснее? — сказал он, приняв какое-то решение.

Нажав кнопку на подлокотнике, ин Горак произнёс: «Главный храм»

Сердце Аики испуганно сжалось от предчувствия…

Когда они подъехали к позолоченным воротам главного храма Таэрии, маг Лет, сняв заклинание с Аики, вылез из бей-верда, лишь пожав плечами в ответ на её умоляющий взгляд. Проводив глазами скрывшуюся за воротами карету, он поёжился. Ему было жаль девушку, но он ничем не мог помочь. Теперь ей уже вряд ли кто поможет.

Во внутреннем дворе храма ин Горак величественно сошел с бей-верда, остановившегося перед многоступенчатым крыльцом, и, обернувшись, приказал:

— Вылезай, и без глупостей. Здесь тебя живо вразумят, если что.

Аика и не думала сопротивляться. При мысли, что её будут трогать жрецы, она покрылась холодным потом. Она послушно шла вслед за своим похитителем, лихорадочно раздумывая, что же предпринять. Вся беда в том, что Аика не знала, зачем она понадобилась. Может, это просто недоразумение?

Они долго шли по огромным залам из белого мрамора пока добрались до места.

Открыв резные двери из морёного дуба, ин Горак вошёл в приёмные покои. Вскинув два указательных пальца вверх, он зашептал короткую молитву.

— Будьте любимы Эйдолом, Ароний, — ин Горак поклонился. — Святого неба, Верховный, — он выпрямился и сделал шаг вперёд, тем самым открывая обзор для стоящей позади Аики.

Если бы девушка была в состоянии оценить, она бы поразилась роскоши убранства. Весь храм был выдержан в двух цветах: белом и золотом. Но покои Верховного превосходили всё виденное до этого. Вся мебель была сделана из заморского белого мрамора, инкрустированного золотыми пластинами. Огромная позолоченная люстра светила золотистыми шарами. Ковёр, цвета первого снега, был расшит золотыми нитями. Диваны и кресла обтянуты узорной парчой.