Жизнь за Родину. Вокруг Владимира Маяковского. В двух томах - Солод Вадим - Страница 153

Троцкий Л. Д. 1940 г.

По странному стечению обстоятельств не попала под каток борьбы с троцкистами Вера Инбер, хотя её отец — владелец крупной типографии в Одессе Моисей Шпенцер — и Лев Троцкий были двоюродными братьями[161].

Ставшее смертельно опасным родство не помешало ей не только состояться как талантливому поэту, но и стать лауреатом Сталинской премии, заслужить три ордена Трудового Красного Знамени. О своей встрече со знаменитым родственником она оставила такое стихотворение:

После выхода в Берлине автобиографии Льва Троцкого «Моя жизнь» Николай Бердяев написал рецензию на эту книгу, в которой не пожалел высоких оценок бывшему наркому: «Активнейший из революционеров оказался лишним и ненужным человеком в революционную эпоху. Это есть печальная судьба личности. Талантливый и блестящий Троцкий, создавший вместе с Лениным большевицкую революцию, извергнут революционным потоком и находит себе пристанище лишь в Турции. Бездарный по сравнению с ним, незначительный, не игравший большой роли Сталин — диктатор, глава революции, вершитель судеб России и, может быть, всего мира. Этого никогда не удастся переварить Троцкому и никогда не удастся понять изнутри революционной эпохи (…) Люди мировоззрения Троцкого никогда ведь не углублялись в проблему личной судьбы, они всегда заглушали в себе внутреннюю жизнь внешней борьбой» [1. 24].

4.1. Товарищу Сталину

В 1928 году советские народы отмечают 50-летний юбилей товарища И. В. Сталина. Вопрос о чествовании Генерального секретаря ЦК ВКП(б)[162] вынесен на заседание Политбюро, которое рассматривает специальное заявление Председателя ЦИК СССР М. И. Калинина в связи с предстоящим общенародным праздником.

В приветствии Центрального Комитета по случаю торжества говорилось: «Величайшие успехи социалистического строительства, достигнутые партией, неразрывно связаны с твоим именем, с твоей упорной, непримиримой борьбой за генеральную линию партии… Как подлинный ленинец, ты боролся за единство партии не ценой уступок оппортунизму, а смелой, непримиримой борьбой со всякими проявлениями оппортунизма. Именно поэтому терпели крах жалкие попытки всех врагов партии противопоставлять Центральный комитет тебе…». Приветствие заканчивалось здравицей: «Да здравствует железный солдат революции — т. Сталин!»

В официальных поздравлениях И. В. Сталина впервые называют гением.

Демьян Бедный — самый «кремлёвский» из всех советских поэтов[163] — посвящает вождю проникновенные строки:

И. В. Сталин

Другой известный комсомольский поэт — Александр Жаров, — довольно много общавшийся с В. Маяковским (во время торжественного прощания он стоял у его гроба в почётном карауле), в тон Д. Бедному опубликовал в «Правде» не менее восторженные стихи, заодно в очередной раз покаявшись в смертельной ошибке «светом», под которым понимался период примыкания к оппозиции:

Казахский поэт Таир Жароков скромно назвал своё стихотворение, посвящённое юбилею, — «Рождение орла»:

А это известный на весь СССР акын Джамбул Джабаев:

Сотни советских писателей и поэтов словно соревнуются в демонстрации своей преданности и любви к великому вождю — у некоторых это получается очень талантливо. Однако дело это было не такое простое — рынок прославления руководителей партии был давно застолблён и поделён. В стихах для детей, например, «отца всех народов» славили Агния Барто, Самуил Маршак, Сергей Михалков и некоторые другие безусловно хорошие поэты. И, судя по публикациям того счастливого времени, оттеснить мэтров с занятых ими творческих высот удавалось далеко не всем и не всегда.

Молодым литераторам не оставалось ничего иного, кроме как совершенствовать формы поэтического языка, славя разнокалиберное начальство, в зависимости от степени везения, городского, областного или республиканского масштаба. Что, в общем, не вызывало у последних какой-либо особой аллергии. К примеру, юный поэт Ираклий Абашидзе начал свой тернистый путь к должности председателя Союза писателей Грузии, вице-президента Академии наук Грузинской ССР и Героя Социалистического труда со стихотворения, посвящённого приезду в Поти славного грузинского чекиста Лаврентия Берии: