Отбор в академии драконов, или Вынужденный брак для ведьмы (СИ) - Телес Илия - Страница 5

Я опёрлась ладонями на туалетный столик и негромко просопела.

Вспомнив поцелуй с герцогом, я облизнула верхнюю губу кончиком языка. Мне казалось, что он отвечал на мой порыв, но теперь появились определённые сомнения. Мужчина стоял истуканом несколько мгновений и пытался сообразить, что происходит, словно был живым. Он вёл себя совсем не так, как ведёт себя плод чужого воображения.

Сильнейшее желание как можно быстрее проснуться, нахлынуло на меня с приливом адреналина. Я обернулась в сторону кровати и посмотрела на неё. Пусть и простая, но куда лучше кушетки, на которой я спала в дядином доме.

Дядя!

Мне стало страшно от мысли, что он сделает со мной, если я уснула прямо в вагоне и уехала слишком далеко от своей станции.

Я ведь должна была зайти в магазин и купить хлеб с молоком, а ещё булочки с маком, которые так любит моя «семейка» употреблять на ужин. Дядина жена наверняка начнёт ворчать и говорить, что держит бедную родственницу рядом, но её терпение и доброта не безграничны. Я закатила глаза и подумала, как заставить себя проснуться побыстрее.

Стискивая зубы, я вернула взгляд к туалетному столику, и стоящие на нём свечи внезапно загорелись. Язычки пламени стали активно подниматься вверх и танцевать, а потом опускались, словно пугались ветра, который появлялся от моего дыхания. Я решила ещё раз испытать боль. Однажды мне снился сон, в котором я сгорела и восстала, как птица феникс, выйдя из груды пепла. Тогда я не ощущала никакой боли. Я вообще ничего не ощущала — пугала, скорее, сама версия развернувшихся событий. Возможно, именно огонь не причинял боли? Приготовившись мысленно к любому исходу, я поднесла указательный палец к движущемуся язычку пламени и резко одёрнула руку.

Больно!

Да что же это такое?

Почему всё настолько реально?

Вспомнив книги о попаданках, которых прочла в своё время немало, я засмеялась собственным мыслям, но быстро оборвала себя.

— А что, если?..

Да нет же!

Не может быть такого.

Или всё-таки?

Я стала метаться по комнате, измеряя её шагами и думая обо всём, что случилось со мной. Сюжет книги заканчивался на падении Кейтлин с лестницы и невольных объятиях с герцогом. Я точно помнила это.

А дальше пустота…

Я вспомнила, как стала ощущать страх главной героини ещё в кабинете профессора Фламмера. Мои ноги словно становились её ногами, а руки трясло так, словно это я находилась перед коброй, или змея передо мной… В висках появилась противная пульсация.

Повернувшись в сторону кровати, я медленно обвела её взглядом, словно впервые тот зацепился за что-то показавшееся странным, но я как будто бы упустила деталь из виду. Медленно переведя взор на прикроватную тумбочку, я увидела книгу, и сердце тотчас пробило удар. В горле встал ком, все мысли в мгновение улетучились. Знакомый переплет вынудил меня броситься к тумбочке, схватить книгу и открыть её.

Это была она…

Та самая история, финал которой не прописан, но что это произошло? В ней появились новые страницы. Дрожа всем телом, я прилипла взглядом к прописанной сцене с поцелуем.

«Кейтлин потянулась к герцогу и впилась в его губы. Опешивший дракон никак не реагировал, но не потерял самоконтроль и продолжал удерживать её в объятиях, не позволяя рухнуть»…

Точно…

Всё так и было.

Он не отвечал на поцелуй, не было никакого пыла с его стороны. Он удерживал меня, чтобы не распласталась перед ним бесформенной, разбитой лужицей.

Глаза начало печь, а я перевернула страничку.

«Кейтлин увидела в Элизабет подругу. Их души словно тянулись друг к другу. Девушка осознала, что они могли бы стать подругами, прекрасной поддержкой во время совместного обучения. Кейтлин была благодарна Элизабет, что та напомнила о лекции и уничтожила листок на терновнике некроманта».

Я стала задыхаться и отрицательно помотала головой.

Что всё это означало?

Этих страниц точно не было здесь!

Я проживала чужую жизнь, а текст книги продолжал писаться благодаря этому?

За окном послышался раскатистый гром, я вздрогнула, резко скрестив руки на груди, и будто бы вернулась в прошлое.

Поправив огромные очки, сидящие на горбинке носа, библиотекарь заправил выбившуюся прядь седых волос за ухо, и доковылял до меня.

— Эта книга очень необычная, Алёна! Уверена, что готова окунуться в её сюжет? — спросил Поликарпий Варлаамович, библиотекарь, и на мгновение в его взгляде блеснул дьявольский огонёк.

— Уверена! Придумаю сюжет сама, у меня богатая фантазия, а если вы рекомендуете, то я точно возьму её, — уверенно кивнула я.

Когда библиотекарь протянул мне книгу, и я обхватила переплёт подушечками пальцев, за окном раздался раскатистый гром, и сверкнула молния. Я прижала книгу к себе и испуганно улыбнулась.

Вздрогнув всем телом, я вернулась в реальность, которую считала своим сном до сего момента.

Книга сразу же выпала из рук, я с ужасом воззрилась на нее и начала нервно ощупывать себя.

Неужели я на самом деле очутилась в этом мире? В теле Кейтлин?

И если так, то как теперь выбраться из истории романа?

Конечно, я не уверена, что хотела бы вернуться домой, к прошлой жизни, но что тогда случилось со мной, с Алёнкой?

Глава 4. Йоханнес

Со скучающим видом я смотрел на огонь, пляшущий на фитилях свечей, находившихся на столе. Новый слуга, которого я привёз с собой из императорского дворца, помогал мне снять сюртук, а я лишь послушно вертел руками, без слов осознавая каждый жест. Всё это настолько стало обыденностью, что я смог бы повторить сие деяние даже находясь в состоянии глубокого сна. В конце концов, мне надоело, что меня постоянно дёргали, а от осознания того, что моя жизнь скучна и однообразна, становилось противно на душе.

— Проваливай, — буркнул я, взмахнув рукой так, словно избавлялся от приставучей букашки. — Дальше я сам.

Парнишка покорно кивнул и чинной походкой вышколенного годами венного вышел из комнаты.

Уединение позволило ощутить себя свободным.

Оставшись в брюках и рубашке, я расстегнул несколько верхних пуговиц и вальяжно расселся в кресле. Закинув ноги на меховой пуфик, стоящий рядом, я скрестил их и откинулся на спинку кресла, запрокинув голову.

— Какой же скучный и однообразный день, — пожаловался я вслух, сам не зная, кому всё это говорил.

Студентки из дворянского рода постоянно вились вокруг меня, требуя обратить внимание на их персоны, но ни одна из них определённо точно не была искренней. Я отлично знал, что скрывалось за их восхищёнными восторженными улыбками. Они все глядели на меня с восторженностью, говорили с придыханием, словно сам Апполон снизошёл к ним. За каждой девичьей улыбкой, за каждый вздохом и каждым миловидным личиком стоит папаша, который надеется породниться с императорской семьёй, чтобы усилить свое влияние в обществе. Возможно, они хотят сильнее приобщиться к политике, но цель у каждого одна, достигнуть которую поможет только связь с одним из наследников.

Цокнув языком от размышлений, которые ничуть не прибавляли уверенности, я поменял положение, навалившись локтем на подлокотник кресла.

Улыбка вдруг подняла уголки моих губ, я коротко хохотнул от нахлынувших воспоминаний. Почему-то перед глазами появился испуганный взгляд ведьмочки, попавшейся на пути сегодня. За год своего обучения я ни разу не видел ее, но реакция девчонки на меня уж сильно позабавила и привлекла внимание. Она густо покраснела, склонила голову в знак приветствия и, не вымолвив ни слова, на всех порах умчалась восвряси. Встретив её второй раз за день, я даже погнался за ней, плюнув на вьющихся рядом сыновей высокопоставленных чинов — все равно уже прослыл в обществе оторванным бабником — но она все равно скрылась, будто боялась моего присутствия.

Чем я не угодил ей?

Ответа на этот вопрос я не знал.

В привлекательности своей внешности, коей меня одарили боги, я даже не сомневался.