Далекие странники (ЛП) - Сяо Тяньтянь "Прист" - Страница 112

Цао Вэйнин подошёл ближе и спросил, постукивая пальцем по подбородку:

— Что же нам теперь делать?

Почувствовав вкус к риску, Чжан Чэнлин немедленно предложил самый безумный план:

— Давайте устроим переполох! Я отвлеку охрану, а вы спасете Гао Сяолянь. Как только всё утихнет, мы встретимся в условленном месте.

— Блестящая идея! — просиял Цао Вэйнин.

— В жизни не слыхала ничего бредовее! — Гу Сян пригвоздила Чжан Чэнлина взглядом. — Будь хоть один из нас искусен, как твой шифу или мой господин, мы забрали бы пленницу без всякой подготовки. Старые дуры и пикнуть бы не успели. Но ты, малолеток, изучаешь цингун без году неделю. Надолго ли ты «отвлечёшь охрану»?

Цао Вэйнин переобулся в прыжке и с готовностью закивал:

— Да-да, А-Сян дело говорит.

Чжан Чэнлин посмотрел на него с немым укором, так как спорить не имело смысла. Даже если бы Гу Сян сказала: «Цао Вэйнин — бесхребетный ублюдок», братец Цао лишь поклонился бы, отбросив собственные принципы, и радостно закивал бы: «Да-да, всё так и есть».

Гу Сян приняла вид полководца на военном совете и углубилась в стратегию:

— Эти бабки вовсе не так просты. Их предводительницу кличут Чёрной Ведьмой Гу.[401] Ходят слухи, что она шаманка из Наньцзяна, использует самые страшные яды, тёмную магию, отравленный дым и прочие мерзости.

Услышав слово «Наньцзян», Чжан Чэнлин встрепенулся:

— Но Великий Шаман — хороший человек! Почему на его земле такое творится?

Гу Сян закатила глаза:

— Где Великий Шаман и где мелкая ведьма? Шаман правит горами Шивань в Наньцзяне.[402] Он бы сошёл с ума, следя за каждым червяком! А я тем более понятия не имею, что там к чему. Слышала кое-что краем уха, вот и всё.

Цао Вэйнин немедленно подхватил:

— Да-да. Мы, обитатели Центральных равнин, обходим стороной эту тему. Никто не знает правды про жизнь в Наньцзяне.

Чжан Чэнлин бросил на него тоскливый взгляд, но ничего не ответил.

— Неизвестно, насколько ловка эта старуха, — продолжала рассуждать Гу Сян. — Но мне она точно не по зубам. Что же до братца Цао… Он неплохо держится в честном бою. Но мы не первый день следим за этими женщинами. Наверняка, у них припасены всякие коварные уловки. К тому же, их много.

— Может, разбросаем сонный порошок?[403] — предложил Цао Вэйнин.

— Думаешь, Чёрная Ведьма даст себя усыпить? — возмутилась Гу Сян. — Даже лучшие знатоки ядов с Центральных равнин в подмётки не годятся отравителям из Наньцзяна! А уж ты-то…

Гу Сян была готова повысить голос, но, глянув на Цао Вэйнина, проглотила оскорбления. У неё не хватало духу ругать своего мужчину.

Цао Вэйнин в свою очередь поспешил отступить:

— Ты права, я действительно не могу учесть всего сразу. Давай мы просто выслушаем твой план.

Хотя в народе говорили, что трое сапожников могут сообща победить генерала, это был явно не тот случай.[404] Оба бестолковых сапожника смиренно склонили головы, ожидая приказов. Так Гу Сян вышла в самые умные и милостиво приняла на себя обязанности командира.

- - - - -

Полночь прошла довольно давно — уже догорала бы вторая палочка благовоний. Только тогда Чжоу Цзышу почувствовал, что боль от гвоздей начала отпускать. И обнаружил себя в кольце объятий. Закашлявшись, он выпутался из рук Вэнь Кэсина. Тот не стал возражать, но признался с лукавой улыбкой:

— А-Сюй, твои весенние картинки цветут у меня перед глазами как живые! Если ты чего-то тайно и страстно жаждешь, пожалуйста, не держи это в себе.

Чжоу Цзышу отозвался подчёркнуто вежливо, в той же полушутливой манере:

— Полно, полно! Моя скромная мазня не заслуживает вашей изысканной похвалы. Я всего лишь набросал несколько случайных образов.

— Нарисовано, может, и криво, зато со знанием дела, — заверил Вэнь Кэсин. — Теперь я ещё сильнее заинтригован. Почему твои случайные образы так филигранно точны?

Чжоу Цзышу отвернулся и поскорее выскользнул из подворотни. Наклонившись, он внимательно изучил капли крови под ногами и переключился на деловой тон:

— Похоже, Лю Цяньцяо убежала в том направлении. Но что она вообще здесь забыла? Не понимаю.

Вэнь Кэсин последовал за ним неотвязной тенью.

— А-Сюй, не надо так меня стесняться! — взмолился он. — Если у тебя завелись нескромные мысли, я только рад. Да что же за мучение… Поговори со мной! Давай честно обсудим твои желания, нам ведь нужно распределить роли.

— Мне не нужно, — отстранённо бросил Чжоу Цзышу, перейдя к следующему пятну на дороге.

Вэнь Кэсин тут же расплылся в блудливой ухмылке.

— О, так просто? Премного благодарен, ты сегодня сама любезность. Мне-то только лучше…

— Размечтался! — оборвал его Чжоу Цзышу.

Теперь он стремительно углублялся в темноту, следуя за кровавыми метками. Вэнь Кэсин не отставал, совершенно не задумываясь о цели совместного предприятия. Ему было откровенно плевать на Лю Цяньцяо. Особенно теперь, когда сперма ударила в голову. Но погоня за Зеленой Лисой порядком затянулась, и Чжоу Цзышу, устав от вздорной болтовни над ухом, решил сменить тему.

— Скажи лучше, за что тебя хотел прикончить Призрак Сплетника? Точнее, те, кто его подослал.

Вэнь Кэсин только что трещал без умолку и вдруг словно воды в рот набрал. Он не отвечал так долго, что Чжоу Цзышу чуть не забыл свой вопрос.

— Ты же знаешь, что я Хозяин Долины, — наконец, заговорил Вэнь Кэсин. — А как так вышло, тебе невдомек?

— Ты всемогущ? — небрежно предположил Чжоу Цзышу.

Вэнь Кэсин усмехнулся, но как-то вымученно.

— Я всего лишь неуязвим, — в его оскале было больше безумия, чем веселья. — От меня нельзя избавиться, сколько ни старайся. Видишь ли, Долина Призраков, это такое место… Как бы тебе объяснить? На входе в Долину списываются все прежние грехи. Настоящий рай на земле! Одна беда: оттуда нет обратной дороги. Порой в раю становится так тесно, что не продохнуть. Вот и приходится куда-то девать лишние рты.

Такую немудреную схему Чжоу Цзышу мог разложить даже на пальцах ног, но всё равно терпеливо слушал объяснение. Словно хотел понять, как оно звучит из чужих уст.

— Мораль и справедливость разбиваются о подножие горы Фэнъя, — продолжал Вэнь Кэсин. — Жри других или сожрут тебя, вот и вся наука. Каждый в Долине подчиняется мне, потому что я могу разделаться с каждым. Когда захочу и как захочу. Призраки терпят это, так как не в силах меня убить. Но это не значит, что они не мечтают меня убить, — Вэнь Кэсин перевел дыхание, прежде чем договорить: — Обитатели Долины весьма находчивы. Они неустанно выдумывают новые козни и пользуются малейшей возможностью. Сейчас они ищут секретное руководство Жун Сюаня, чтобы своими руками стереть в порошок осточертевшего верховного призрака. То есть, меня.

Чжоу Цзышу пристально посмотрел на него.

— Насколько я знаю, для призраков покинуть пределы Долины и «выйти на солнечный свет» смерти подобно. Тем не менее, они прорываются во внешний мир и раздувают здесь пожар, навлекая на себя всеобщий гнев. Всё ради того, чтобы добраться до тебя?

Вэнь Кэсин беззвучно рассмеялся:

— Удивляешься, что я до такой степени их всех допёк? Прежде ни один Хозяин Долины не правил дольше трёх лет. А я восьмой год отказываюсь прислушаться к намёкам и по-тихому наложить на себя руки. Конечно, мои призраки близки к отчаянию. Не вечно же им ждать!

Казалось, Чжоу Цзышу глубоко задумался над последним заявлением.

— Не будь мои дни сочтены, я рискнул бы выдернуть тебя из этой каши, — произнёс он после длинной паузы. — Спрятал бы твою милую мордашку[405] в своём доме, на полном обеспечении. Чтобы тебе не пришлось возвращаться на гору Фэнъя.

Вэнь Кэсин словно ударился в невидимую стену посреди ночной дороги и резко повернул голову. Он мучительно долго вглядывался в лицо Чжоу Цзышу, пытаясь определить, шутит тот или нет.

— Что ты сейчас сказал? Ты хочешь забрать меня себе?