Граф Аверин. Колдун Российской империи (СИ) - Дашкевич Виктор - Страница 79

— И вы проследите, чтобы не ходил. Он еще совсем ребенок.

— Я не ребенок, — возразил Кузя, — мне шестнадцать!

— Да-да. Я уже понял, что ты герой.

— Нам нужно ехать, Виктор, извините.

— Да, конечно. Мне следует передать Управлению эту информацию?

Аверин задумался.

— Наверное, нет, — сказал он, — они очень топорно работают. Я сам скажу, когда понадобится их помощь.

— Хорошо. Только умоляю, будьте осторожны. Оба, — Виктор поднялся, чтобы их проводить.

— Ты понимаешь, как ты рисковал? — проговорил Аверин, когда они сели в машину.

— Ага, но у меня не было выбора. Ведь то, что я узнал, очень важно, так?

— Так, — согласился Аверин. — Но Виктор прав. Больше ты туда не пойдешь.

— Почему?

— Потому что это опасно. — Он выехал через ворота и свернул на проспект.

Кузя повернулся к нему. Очки он снял и убрал в карман штанов. И Аверин увидел, что зрачки его глаз стали вертикальными.

— Ваше сиятельство. Виктор Геннадьевич думает, что я человеческий мальчик.

Аверин повернул направо. Да, конечно, Кузя прав.

— Почему Дивногорский? — перевел он тему. — Он тебе нравится? Его идеи?

— Понятия не имею, — пожал плечами Кузя, — я назвал первое имя, которое пришло мне в голову.

Див прищурил глаза:

— Но вы уходите от ответа.

— Ты не задавал вопрос, — спокойно заметил Аверин.

— Точно, — Кузя улыбнулся, — тогда скажите, от чего умер Хмельницкий. Что такое «передоз»?

— Это когда употребляешь слишком много вредных веществ, алкоголя, наркотиков. Но очень странно для колдуна не суметь рассчитать дозу.

Вдруг Аверин резко ударил по тормозам и выехал на обочину.

— Черт! Вот же черт! — он двинул ладонью по рулю, и машина обиженно пискнула.

— Не от передоза, да? — Кузя сверлил его взглядом.

— Нет. Я идиот. Как я сразу не понял? Похоже, эти два недоколдуна и девчонка решили вызвать дива. А в качестве жертвы выбрали «плохого человека». Видишь, они мыслят, как ты, неудивительно, что вы так быстро сошлись.

— Но у них что-то пошло не так?

— Да всё у них пошло не так! — в сердцах воскликнул Аверин. — Они не рассчитали, и у этих недоучек жертва умерла во время обряда! И див сожрал вызвавшего его колдуна.

— Если жертва была всего одна, то как они смогли вызвать такого сильного дива?

— Пока не знаю. Может, жертв было больше. А может, это был прорыв.

— Что такое прорыв? — уточнил Кузя.

— Очень редкое явление, — пояснил Аверин. — Коридоры в Пустошь для первого и второго класса различаются. Когда колдун открывает коридор для первого класса, у его входа собирается несколько дивов первых-третьих уровней. Обычно они дерутся за право войти, предвкушая жертву, и в проход идет самый сильный или самый быстрый и хитрый. Но может случиться так, что драка дивов привлекает кого-то очень сильного. Слабую жертву он бы не почуял, но съесть несколько сородичей не прочь. Чаще всего такие дивы, закусив, не выходят. Но были случаи, когда они всё же шли в коридор. Именно поэтому колдунов, вызывающих первый класс, не может быть меньше трех. Они должны не пустить дива и закрыть проход прежде, чем он пройдет. Понятно, что два колдуна-недоучки этого сделать не смогли.

— А, я знаю! — воскликнул Кузя. — Мы нередко деремся за дыры, да. И сильные сжирают слабых. Но слабую жертву сильный див обычно не чувствует, только если к дыре его привлечет что-то другое.

— И остается вопрос, почему демон не сожрал всех. И эта Белка сказала, что Цепеш их освободит. Он им помогает? Вот это странно. — Аверин снова тронулся с места. До дому оставалось всего ничего. — Может, он съел Хмельницкого, проникся идеями и тоже хочет освобождать дивов? Ну или жрет по одному.

— Девушка сказала на сходке: «Мы все скоро умрем». И еще они кричали «Свобода и смерть».

— Вот черт. Что, если эти дети готовы пожертвовать собой ради «свободы дивов»?

— А что, неплохая цель, — улыбнулся Кузя. — Я должен туда вернуться. Мне Белка встречу назначила.

— Хорошо. Но я тебя подстрахую.

Кузя опять повернулся и уставился своими вертикальными зрачками.

— Гермес Аркадьевич, я выжил в Пустоши. Там всегда полно дивов сильнее. И там нет ни полиции, ни колдунов с дивами из Управления, которые ходят за нами по пятам. Если он почует вас — сможет снова сбежать. Или, того хуже, — нападет. Я смогу скрыться. Но защитить вас от него — нет.

Время уже приближалось к полуночи, а Кузи всё не было. Встреча с Белицкой была назначена на пять, Аверин довез Кузю до Невского, а сам отправился в архив. Ему хотелось узнать побольше об анархисте Дивногорском. Роясь в документах и газетах почти столетней давности, Аверин потратил четыре часа и не пожалел. Жизнь Дивногорского была довольно примечательной, но самой примечательной оказалась его смерть. После дерзкого ограбления банка анархиста арестовали, судили и приговорили к тюремному заключению. Но он попытался бежать из тюрьмы при помощи принадлежащего ему дива, которому как-то удалось прорваться в камеру. Див устроил пожары сразу в нескольких коридорах и камерах, видимо, Дивногорский рассчитывал скрыться, воспользовавшись суматохой. Но план провалился. Вместо того, чтобы сдаться, анархист бросился обратно на охваченный огнем этаж и сгинул в пламени.

Но еще более интересной оказалась история дива. Хоть и упоминали о ней вскользь. Оставшись без хозяина, див пытался продолжать его дело. Устроил поджоги в здании городской канцелярии и в нескольких полицейских участках, но в конце концов наткнулся на хорошего колдуна и был отправлен в Пустошь.

Про его облик никакой информации не нашлось. Но, может, получится что-то отыскать в архивах Академии.

Мог ли это быть Кузя? Огонь, характерные остаточные воспоминания…

Дивы в Пустоши довольно быстро забывали свою жизнь в человеческом мире. Но какие-то яркие события оставляли следы в их памяти. Это могли быть неизвестно откуда взявшиеся умения, обрывки имен, частичное знание языков. Особенно такие воспоминания были сильны, если див съедал своего хозяина-колдуна. Что, если Николай Дивногорский погиб вовсе не в огне?

Надо будет расспросить Кузю, когда он вернется. Аверин знал, что с дивом всё в порядке: он не ощущал ни тревоги, ни характерного озноба, что обязательно произошло бы, попади див в беду. Но куда он запропастился?

На улице послышались крики. Аверин прислушался и понял, что это голос Кузи. Див не кричал. Он пытался петь.

Бросившись к двери, Аверин открыл ее и разобрал кусок гимна «Боже, Царя храни», только половина слов в нем была заменена ненормативной лексикой. Кузя шатающейся походкой прошел через двор, остановился на крыльце, поправил очки и икнул.

— Дя…дя, я дома… ик, — промямлил он и ввалился за порог.

«Дядя». Поблизости кто-то есть. Стараясь не поворачиваться к дверному проему спиной, Аверин запер дверь и услышал, что из ванны раздался шум воды. Через некоторое время оттуда вышел Кузя, приглаживая мокрые волосы.

— Итак? — Аверин повернулся к нему вместе с креслом.

— Там был Владимир, рядом с домом. Пытался выяснить, вижу я его или нет.

— Проклятье, — досадливо проговорил Аверин, — он тебя подозревает и догадывается про амулет. Очень умный и пронырливый тип. Да… если бы во главе Управления посадили Владимира, может, и демона этого давно уже поймали.

— Ага, — Кузя уселся на пол и скрестил ноги, — почему дивам не дают занимать важные должности? Мы же умнее вас.

— Потому что тогда бы люди перестали быть хозяевами в собственном мире. Встань и сядь на стул.

Кузя вздохнул, но послушался.

— Как себя чувствуешь? Ты снова пил?

— Пришлось. Я старался выливать, но пару глотков пива всё же пришлось проглотить. Я почистил желудок потом у татуировщика, ну и возле калитки меня вырвало. Надеюсь, это убедило Владимира, что я человек.

— Или наоборот… — проговорил Аверин. — Он точно не понял, что ты его заметил?

— Не-а… я его по запаху приметил издалека.

— По запаху? — не понял Аверин, но потом сообразил. — О-о, так ты и его кровь пробовал, что ли?