Граф Аверин. Колдун Российской империи (СИ) - Дашкевич Виктор - Страница 32

Василь вздохнул.

— Опять ты… не понимаю я тебя. Ты же до сих пор не женат. Я бы даже подумал, что у тебя… э… проблемы со здоровьем, если бы лично не знал о той истории с Валентиной Кир… Кар…

— А давай не будем это обсуждать? — попросил Аверин. Он терпеть не мог журналистов, а попасть на первые полосы газет ему хотелось меньше всего. Но эта модная поэтесса демонстративно пыталась покончить с собой в прямом эфире, куда ее пригласили читать стихи. «Из-за их разрыва». Так она объяснила свою выходку. К счастью, ей не удалось совладать с ножом, поэтому новость продержалась всего неделю. Самым примечательным в истории было то, что Аверин и сам узнал о «разрыве» из новостей. Как и вообще о том, что они встречались. В действительности он всего лишь раз сходил с ней на «Цирюльника» и после — в ресторан.

Зато потом месяца три желающие воспользоваться его услугами обрывали телефон.

Но он бы предпочел обойтись без подобной рекламы. И навсегда зарекся пересекаться с представителями творческой богемы. Поэтому сейчас, нигде этого не афишируя, встречался с актрисой из популярной «мистической» передачи, которой абсолютно точно от него были нужны только деньги и некоторое количество знаний, чтобы более правдоподобно играть свою роль.

— Так что с ней? — спросил Аверин, в том числе и для того, чтобы перевести тему.

— Аритмия. Какая-то там, я в этом не разбираюсь. Но было уже несколько приступов, каждый тяжелее предыдущего. Ну и она сама сказала, что «чувствует». И выглядит очень плохо. Руки дрожат, сама с трудом сидит, — с тоской проговорил брат.

— Ты же сказал, вроде лучше ей? — Аверин попытался его обнадежить.

— Да, доктор ей какие-то новые лекарства дал. Говорит, последние разработки.

«Ну ты же понимаешь, что это всё равно вопрос года-двух», — хотел сказать Аверин, но промолчал.

— Пойдем, Гера, я тебе кое-что покажу, пока бабушка спит.

Тон Василя сменился с трагического на горделивый, и Аверин понял, что сейчас ему предстоит увидеть.

Но послушно поплелся за братом на задний двор. Что же, может быть демонстрация нового детища его отвлечет.

Они зашли в просторный гараж, и Василь жестом фокусника сдернул покрывало-чехол с машины.

— «Ладога-Гермес», — представил он.

Аверин чуть не поперхнулся и сдавленным голосом спросил:

— Что?

Брат улыбнулся:

— Красавица, правда?

Машина была неплоха. Длинная, как сигара с обрезанными с двух сторон кончиками, и с хищноватой мордой, она мерцала темным серебром в свете фонарей гаража. И чего греха таить, даже в столице новая «Ладога» смотрелась бы весьма эффектно.

Наверняка и будет. Аверин выдавил улыбку:

— Ну… да, хорошая.

— Ты еще главного не знаешь, — Василь открыл дверцу и похлопал по рулю. Точнее — по его центру, почему-то заполненному почти целиком пластиком и металлом.

— Что это за… конструкция? — больше из вежливости поинтересовался Аверин.

— Это подушка безопасности, — его брат поднял указательный палец. — Исследования показали, что больше всего травм при аварии водитель получает от удара головой о руль или лобовое стекло. Теперь этому не бывать.

Он погладил поверхность руля:

— Вот отсюда вылетает такой специальный пузырь. И он защищает голову водителя от удара. Новое слово в безопасности.

— Да, Василь, я знаю, что такое подушка безопасности. Форд ее использовал еще в семьдесят первом.

Брат похлопал по дверце машины:

— Так то была экспериментальная партия. И с того времени технология претерпела много усовершенствований. Поверь мне, скоро без этих подушек вообще перестанут машины выпускать. Век скоростей, надо успеть за ним, и желательно не получить за это по лбу. Поэтому оставь свой скептицизм.

— Да я и не думал, — миролюбиво проговорил Аверин, — я вообще в этом не разбираюсь, это ты у нас профи. Вот только…

— Что? — Василь помрачнел. — Не нравится машина? Цвет? Вообще, я думал, что она выглядит несколько агрессивно, но многим людям такое придется по вкусу.

— Да нет, выглядит она отлично.

Василь просиял.

— …Но вот название… — Аверин сделал нарочитую паузу.

— Я так и знал… — обиделся брат, — я, между прочим, хотел сделать тебе приятное. Ты ни разу не принял ни одного моего подарка, так и ездишь на своей облезлой птичке. Небось, из ремонта не вылезаешь.

— Я привык, — Аверин невозмутимо пожал плечами, — нет, я очень тронут, правда. Только звучит не слишком красиво: «Ладога-Гермес». Понятно, что ты имел в виду скорость посланника богов, когда выбирал название. И это будет ясно всем. Но, подумай. «Ладога-Меркурий» будет намного элегантнее. При этом суть останется та же. Зато появится еще и отсылка к космосу, а это сейчас очень модно.

— Хм… — Василь наморщил лоб, — что-то в этом есть, конечно, но… Подожди-ка, — он посмотрел куда-то за спину Аверина.

Аверин обернулся. К ним спешил Анонимус. Приблизившись, он поклонился с совершенно каменным лицом и обратился к Василю:

— Ваше сиятельство, ее сиятельство вдовствующая графиня проснулась и хотела бы видеть младшего внука.

— С этим могут возникнуть проблемы, да, Анонимус? Я ведь невидимый, — в упор глядя на фамильяра, сказал Аверин.

— Прошу извинить мою бестактность, — с таким же каменным лицом произнес див, — ее сиятельство желает видеть вас. Извольте пройти.

Анонимус вел себя вызывающе. Но Аверин решил не акцентировать на этом внимания. С бабушкой стоит встретиться как можно быстрее. Как минимум оценить ее состояние.

Он огляделся по сторонам. Кузи нигде не было видно. Ладно. Главное, чтобы он не столкнулся с Анонимусом. Аверин был уверен, что ничего хорошего из этой встречи не выйдет.

Бабушка выглядела не слишком хорошо. Впрочем, Аверин давно ее не видел, а старость никого не щадит. Было заметно, как сильно сдала графиня. Тем не менее принимала она, сидя в кресле, а не на подушках в постели, как он ожидал, и почти при полном параде. Не в вечернем платье, разумеется, но одетая в модный шелковый халат с китайским драконом. Возможно, сейчас в таком виде было прилично показываться не только своим внукам. Если под халатом и была ночная сорочка, Аверин этого не заметил.

— Я рад, что вам лучше. — Аверин присел рядом на софу.

Бабушка протянула ему руку, он взял ее и коснулся губами тонких пальцев. Рука была почти невесомой.

— А я рада, что ты приехал, Гера. Думала, так и помру, не повидав тебя. Ты уже видел Мишеньку? Он так вырос…

— Нет, узнав, что вы ждете меня, я поспешил сюда. Что с вами? Если нужно, я распоряжусь насчет врача, у меня есть хорошие связи.

— Не нужно, — она забрала у него руку и махнула ей, — я привезла с собой своего лекаря. Он пользует меня уже двадцать лет, и не в моем возрасте менять что-то. И он мне дал какие-то ваши современные пилюли. Видишь, мне сразу стало лучше. Так что, возможно, я зря тебя побеспокоила. И ты будешь думать, что старуха специально притворялась, чтобы заманить тебя сюда.

— Нет, что вы. Я ни на мгновение так не подумал, — соврал Аверин.

Бабушка только печально улыбнулась:

— Всё равно, ты должен понимать, что, скорее всего, видишь меня в последний раз. При следующем приступе я могу сюда уже не доехать. А я так хотела взглянуть на тебя, — она провела рукой по его волосам, — а еще больше я бы хотела увидеть твоего сына… или маленькую дочку…

— Прошу вас, не надо поднимать эту тему, — попросил Аверин, — Василь сполна отработал за нас обоих, сделал целых двух юных графинь и одного наследника рода Авериных. Мне за ним уже всё равно не угнаться.

— Фу, как грубо, Гера! Тебе не идет на пользу общение со всеми этим ворами и ищейками! Ты же был лучшим учеником в Академии! Подавал столько надежд!

— Хм… И как это связано с моей репродуктивной функцией и семейным положением?

Бабушка смерила его холодным взглядом, но спустя мгновение он потеплел.

— Гера, ты же понимаешь. Твою кровь просто необходимо передать. Так уж получилось, что сильная кровь досталось тебе, а не старшему брату, и попусту разбрасываться таким даром… И не только о детях я сейчас говорю, но и том, что ты мог бы сейчас жить в столице и вполне дослужиться до министра! А ты прозябаешь в этой глуши.