Магия сдвигается (ЛП) - Эндрюс Илона - Страница 68

— Что ты делаешь? — Андреа оттащила меня назад. — Я перевертыш. Я меняю форму!

— Ты беременна.

— О, заткнись.

Сверкающее золотое пламя высотой в десять футов и пяти футов шириной вспыхнуло посреди улицы. Внутри него Эдуардо корчился в клетке. Ифрит наказывал Эдуардо за то, что мы убили быка.

Голос прокатился по улице, голос, наполненный нечеловеческой силой, который покалывал мою кожу, как статические помехи. От этого у меня на тыльной стороне рук встал дыбом каждый волосок.

— Все, кто виновны, умрут. Станьте свидетелем смерти отродья предателя. Посмотрите на его страдания.

Джордж побежала. Я вскочила и погналась за ней. Джим попытался схватить ее, но он был недостаточно быстр. Джордж выбежала на улицу, прямо к огню. Тот рассыпался на тысячу искр и превратился в светящуюся змею длиной тридцать футов.

Джордж закричала во всю силу своих легких. Это был крик ярости и боли, слившийся в один ужасный, душераздирающий звук. Она кричала так, будто что-то внутри нее разорвалось, и ничто не могло собрать это обратно.

Змея бросилась на нее. Джордж схватила ее за шею, подняла вертикально и швырнула тело на тротуар. Змея зашипела, массивные кольца пытались обвиться вокруг Джордж и раздавить ее. Медведь-оборотень наступила одной ногой на змею. Мышцы на ее руке напряглись, и она разорвала рептилию надвое. Свет в глазах змеи погас, но Джордж не остановилась. Она снова и снова терзала и разрывала существо, выплескивая свое горе.

Мы наблюдали за ее яростью, слезами, наворачивающимися на глаза, пока она, наконец, не дала волю чувствам, а затем мы с Кэрраном отвели ее обратно в дом.

Глава 18

Я ОТКРЫЛА ГЛАЗА. Я лежала в нашей кровати, на своей половине. Что-то показалось странным. Я поломала голову над этим и поняла, что Кэррана нет рядом.

Плотные шторы превращали нашу спальню в тихое, темное место. Я понятия не имела, который был час. После того, как Джордж успокоилась, Lyc-V, наконец, взял свое, и она отключилась в одной из наших свободных спален. Я изо всех сил старалась описать здание Рафаэлю, которое видела в видении. Он владел компанией по восстановлению, которая вывозила полезные вещи из разрушающихся небоскребов, и у него было досье практически на все крупные руины в городе. Он все записал, но мне показалось, что у него ничего не щелкнуло. Мое описание было слишком общим. Он сказал, что просмотрит свои данные, а Дали сказала, что пошлет поисковую группу в здания, которые определил Рафаэль. Кэрран сказал мне, что, когда он высадил Дерека по адресу, который дал нам Клерк, где была халтурка, от которой отказался Эдуардо, он узнал запах, пропитавший тот район. Он принадлежал человеку, который преследовал Эдуардо. Мы все еще не знали, кем он был или почему был одержим. Было приятно, что складываются А плюс Б, но пока этого было мало, и нам не помогало.

На этот раз джинн говорил по-английски, и это было не просто одно слово. Его сила росла. Эта новость никому не понравилась.

Наконец все ушли. Я потащилась наверх, долго принимала душ и рухнула на кровать. Я проснулась, когда вошел Кэрран, и пошел в ванную, чтобы смыть кровь. Он так и не вышел из ванной. Я бы почувствовала, как он ложится. Истощенная я была или нет, мои инстинкты все еще работали.

Я выскользнула из кровати, прошла по скользкому деревянному полу в ванную и толкнула дверь кончиками пальцев. Он сидел в огромной чугунной ванне, откинувшись назад, с закрытыми глазами. Ванна была его любимым местом помимо нашей кровати. Огромная, сделанная на заказ, чтобы вместить его даже в облике льва, с более чем достаточным количеством свободного места, ванна нагревалась электричеством во время технологии и магическим вулканическим камнем в другое время. Обычно, когда он нежился в ванной, его лицо было расслабленным, но прямо сейчас оно выглядело напряженным. Он почти хмурился, его густые брови были сведены, линия квадратной челюсти напряжена.

Было кое-что, чем я хотела заняться с тех пор, как проснулась на больничной койке и увидела, как он крадется по моей палате, обеспокоенный и злой, весь собранный в кулак с твердой волей.

Я сняла футболку, за ней последовали трусики, и голышом направилась в ванну. Ванны всегда доставляли мне неприятности. Я коснулась пальцами до воды, она была почти обжигающая.

Оно того стоит.

Я шагнула в воду. Она доходила мне до середины бедра.

Его глаза оставались закрытыми.

Я согнула колени и опустилась на него сверху, оседлав его. Мои бедра коснулись его длинных, стройных ног.

Глаза Кэррана резко открылись, дикие, пронзительно-серого цвета. Я прижалась губами к его губам и лизнула его нижнюю губу кончиком языка.

Вернись ко мне. Выйди из того темного места, в котором находишься, и почувствуй меня вместо этого.

Он приоткрыл рот и поцеловал меня в ответ, сжимая пальцы на моей спине. Я почувствовала, как он затвердел подо мной. Его язык скользнул в мой рот, поцелуй углубился, и я чуть переместилась, мое тело было горячим и податливым. Из его горла вырвался низкий рычащий звук, резкий и мужской, наполненный необузданной потребностью, и я почувствовала, что он оставил все, о чем думал. Теперь он был моим. Не было ни беспокойства, ни страха, ни завтрашнего дня. Были только мы сейчас.

Он прервал поцелуй и прикусил мою шею, вдыхая мой аромат. Я выгнула спину, потерлась об него, желая почувствовать его внутри себя, желая большего. Его руки сомкнулись на моей заднице, и он притянул меня ближе, грубо и сильно, собственническим движением. Его губы сомкнулись на моей груди, а язык прижался к соску, и я почти растаяла.

— Так чертовски красива, — прошептал он срывающимся голосом.

Он снова поцеловал меня, его тело было твердым, как камень, подо мной. Я скользнула руками по его резной груди. Его кожа была такой же обжигающей, как вода. Я провела руками по его мускулистым плечам и запустила пальцы в его короткие влажные волосы, стараясь не потерять контроль. Его рука скользнула ниже, по моей спине, по ягодицам, по ноге, касаясь чувствительной кожи внутренней части бедра. Он прикоснулся ко мне. Я дернулась и оторвалась от его губ, когда его рука накрыла меня. Пальцы скользнули внутрь меня, а большим пальцем он коснулся самого чувствительного места, исторгая из меня стон. Еще. Еще, пожалуйста.

Его умелые пальцы входили и выходили, дразня, поглаживая, и мое тело поддалось этому ритму. Какой бы контроль у меня ни был, он исчез. Я держала его за руку. Он наблюдал за мной, его серые глаза были полны сильной потребности, и это возбуждало меня еще больше. У меня заныла грудь. Низкое устойчивое давление скопилось внизу моего живота, угрожая разорваться.

— Кончай для меня, — сказал он мне командным голосом. — Кончи для меня, детка.

Мое тело сжалось вокруг его пальцев, волны удовольствия захлестнули меня. Я откинулась назад, безвольная и бескостная, но он поймал меня.

— Еще не все.

Его пальцы продолжали двигаться, поглаживая меня. Мое дыхание вырывалось неровными вздохами. Мой мир сжался до движения его пальцев.

— Давай снова, — сказал он мне.

Нет, повторения быть не может…

Я снова достигла кульминации, содрогаясь, удерживаемая на месте его руками, пока оргазм потрясал меня. Я чувствовала себя тяжелой и измученной, плавая в моем личном горячем блаженстве. Пар, поднимающийся от воды, кружился вокруг меня. Вот на что было похоже ощущение счастья.

Он вошел в меня, растягивая меня своим большим членом. Мое тело сжалось вокруг него, все еще сотрясаемое отголосками кульминации, и он застонал.

— Твоя очередь, — выдохнула я.

— Пока нет.

Я оперлась одной рукой о стенку, чтобы не упасть, и оседлала его, подстраиваясь под его движения, сжимая его. Он стиснул зубы. Я почувствовала, как он отстраняется, пытаясь выйти или замедлиться. О нет, я не дам ему растягивать, потому что я хотела, чтобы он кончил. Я хотела, чтобы он купался в блаженстве вместе со мной, и у меня не было планов играть честно. Я опустила правую руку в воду, и мои пальцы сомкнулись вокруг основания его члена, когда он все еще был во мне. Он ахнул. Я накачивала его, скользя вверх и вниз.