Мир в XX веке: эпоха глобальных трансформаций. Книга 1 - Коллектив авторов - Страница 106

Французские оккупационные войска в Рурской области. 1923 г. РГАКФД

Следует отметить, что поиск методов обеспечения региональной безопасности осуществлялся не только в Европе и Азии, но и в Латинской Америке. Здесь еще с 1910 г. действовал созданный по инициативе США Панамериканский союз (ПАС) для координации отношений между Вашингтоном и его южными соседями. Особое значение в этой связи имела V конференция ПАС, состоявшаяся в чилийской столице Сантьяго, участники которой 5 мая 1923 г. подписали соглашение о предотвращении конфликтов между американскими государствами, вошедшее в историю как «договор Гондра» — по имени министра иностранных дел Парагвая, инициировавшего его обсуждение. Документ вводил в практику межгосударственных отношений по образцу Гаагских конвенций 1899 и 1907 гг. процедуру арбитража, который в конфликтных ситуациях осуществлялся представителями пяти американских государств, составлявших Международную следственную комиссию. Это означало, что страны за пределами Западного полушария лишались всякого права вмешательства в региональные споры.

Как уже отмечалось, проблема репараций и долгов являлась второй по значимости после обеспечения международной безопасности. Отсутствие урегулирования по данному вопросу серьезно тормозило стабилизацию международных отношений вообще и так называемой Генуэзской валютно–финансовой системы в частности. На Парижской конференции 1919-1920 гг. вопрос о репарациях оказался вынесенным за рамки переговорного процесса, однако, как продемонстрировал кризис вокруг Рура 1923 г., требовалось найти его решение в кратчайший срок.

Еще 5 мая 1921 г. Д. Ллойд Джордж вручил германскому послу в британской столице уведомление о балансе общей суммы репарационного долга в размере 132 млрд марок золотом. Ежегодные выплаты в начальный период его погашения составляли около 1 млрд марок с последующим увеличением до 2,5 млрд. Однако международное банковское сообщество во главе с Дж. П. Морганом и другими крупными американскими финансистами требовало уменьшить явно нереальную сумму долга и размер платежей для страны, экономика которой была серьезно подорвана войной. Последовал ряд отсрочек, которые, разумеется, не могли привести к урегулированию проблемы.

С целью выработки четкой и выполнимой схемы репараций была создана группа экспертов под председательством американского банкира Ч. Дауэса. Ей удалось подготовить график погашения репарационных долгов Германией, который получил одобрение участников конференции в Лондоне 16 июля 1924 г. Кроме того, аналитики подготовили проект сокращения общего объема репараций, предложили лимиты ежегодных платежей и рекомендовали предоставить крупные кредиты для восстановления экономики. Тем самым существенно урезались французские аппетиты, а финансовый контроль над репарациями переходил в руки англичан и американцев. По данным статистики, за период действия «плана Дауэса» с 1924 по 1929 г. Германия выплатила 10 млрд марок репараций, получив в то же время кредиты на сумму 25 млрд марок. Существенную роль в разрешении репарационной проблемы сыграл крупнейший политический деятель Веймарской Германии Г. Штреземан, выступавший не против репараций вообще, а за принятие реалистической схемы их выплаты.

В сентябре 1928 г. на очередной конференции союзников и Германии удовлетворение требований последней относительно вывода войск из Рейнской области увязывалось с принятием окончательного графика погашения репарационных долгов. Дело в том, что правящие круги Веймарской республики через политиков и дипломатов открыто декларировали невозможность для страны выплачивать по 2,5 млрд марок ежегодно. Несмотря на разногласия между державами и резкие дипломатические демарши Франции, новый комитет экспертов с участием немецких представителей (в отличие от комиссии Ч. Дауэса) под руководством президента американской компании «Дженерал Электрик» О. Юнга сумел за несколько месяцев подготовить новый план репарационных платежей.

Он предусматривал снижение ежегодных выплат до 2 млрд марок с рассрочкой на 59 лет. При этом взносы разбивались на две части: безусловную, не подлежащую отсрочке, и условную, которую можно было перенести на два–три года в случае экономических трудностей. Период выплат также делился на два этапа: 37 лет и 22 года. Отличие второго этапа состояло в том, что Германия обязывалась платить державам ежегодно суммы, эквивалентные объему платежей кредиторов Германии как погашение их собственных долгов друг другу. Для осуществления схемы выплат создавался Банк международных расчетов в Берне. После продолжительных дискуссий в Гааге «план Юнга» был принят в 1930 г. как руководство к действию, однако мировой экономический кризис внес свои коррективы в реализацию с таким трудом согласованного графика.

Гаагская конференция. 1929 г. РГАКФД

Морская конференция в Лондоне 1930 г. Сидят слева направо: премьер–министр Франции А. Тардье, премьер–министр Великобритании Дж. Р. Макдональд, министр иностранных дел Франции А. Бриан. РГАКФД

Уже в 1931 г. по инициативе США был введен мораторий на германские платежи в связи с Великой депрессией. На международной конференции в Лозанне в 1932 г. участники согласовали новую, облигационную схему расчетов с Германией, которая, однако, так и не вступила в силу, поскольку нацистское правительство А. Гитлера решительно отказалось от выполнения каких бы то ни было условий Версальского и связанных с ним договоров.

Итоги развития международных отношений в 1920‑е годы свидетельствовали о том, что творцам Версаля и Вашингтона так и не удалось преодолеть противоречия и достигнуть стабильности системы. Более того, к традиционным франко–германским разногласиям добавились трения в отношениях между США, Англией и Японией. Значимым дестабилизирующим фактором продолжал оставаться Советский Союз, находившийся, несмотря на дипломатическое признание, в целом вне Версальско–Вашингтонского порядка. Борьба сторонников изоляционизма и так называемых интернационалистов среди политической элиты США также не способствовала его укреплению. Наконец, как хорошо известно, серьезный удар по международному статус–кво нанес глобальный экономический кризис конца 1920‑х — первой половины 1930‑х годов, заставивший державы временно отказаться от принципов свободной торговли в пользу самого жесткого протекционизма. Это открыло шлюзы для торговых и таможенных войн, сопровождавшихся ликвидацией «золотого стандарта» в международных валютных отношениях.

Версальско–Вашингтонская система вступала в полосу кризиса.

По мнению большинства специалистов, начало необратимого процесса распада Версальско–Вашингтонской системы относится к 1931-1932 гг., когда она перестала устраивать не только государства, проигравшие в Первой мировой войне, но и большинство победителей. Пожалуй, одной из немногих крупных стран, еще продолжавших «цепляться» за статьи Версаля, являлась Франция, само сохранение которой на политической карте Европы зависело от соблюдения ранее достигнутых договоренностей.

Первые признаки грядущего разрушения появились уже в 1930 г., когда Германия и Австрия подписали соглашение о таможенном союзе, что было расценено наблюдателями как попытка начать процесс присоединения (аншлюса) Вены к Берлину, а Япония на Лондонской конференции того же года по ограничению морских вооружений высказалась за модификацию статей договора пяти держав, заключенного в Вашингтоне в феврале 1922 г. Несмотря на то что под давлением Великобритании, Франции, Италии и Чехословакии Германия и Австрия вынуждены были дезавуировать соглашение 1930 г., а Япония вместе с Англией и США даже ужесточили режим ограничений по линейным судам, добившись, тем не менее, равенства по подводным лодкам, крейсерам и эсминцам, описанные события свидетельствовали о накоплении «системных сбоев» в функционировании Версальско–Вашингтонского порядка. К их числу можно отнести и «малые войны» в Латинской Америке: на протяжении 1932-1939 гг. между Боливией и Парагваем за контроль над областью Чако с ее нефтяными месторождениями (Чакская война), а также в 1932-1933 гг. между Перу и Колумбией за территорию, обеспечивающую выход к Амазонке (война за «трапецию Летисии»).