Гегемон Греции! (ЛП) - "Chen Rui" - Страница 481

«Теонийцы были пугливы, как кролики, и убежали». — Лесгук тяжело вздохнул и с сожалением погрузил копье в землю.

«Отец, большинство Теонийцев — тяжелая пехота, поэтому они не должны были уйти далеко. Мы должны воспользоваться этой возможностью, чтобы догнать и победить их!». — Мстительный Гарни с нетерпением обратился к великому вождю Гирпини.

Естественно, Берани не хотел приходить сюда напрасно. Поэтому он немедленно приказал своим войскам продолжать преследование.

Однако Самниты продвигались необдуманно и вскоре попали в засаду, устроенную бригадой легкой пехоты третьего легиона. Даже понеся сотни потерь, они все равно не смогли догнать Луканских легких пехотинцев, которые были более легковооружены и лучше лазали по горам. Таким образом, даже будучи в гневе, Берани все равно должен был проявлять осторожность.

В конце концов, третий легион смог избавиться от преследующих Самнитов и вечером вошел на военную базу на стыке Грументума и Потенции.

Алексий и солдаты третьего легиона были немного подавлены. Ведь они только вчера вышли из Грументума и только показались в Потенции, а сегодня были вынуждены вернуться в Грументум.

***

Посейдония, прибрежный город недалеко от севера Элеи*. Это колониальный город, построенный Сибарисом, и когда-то он был греческим городом-государством в Италии, известным своими розами и тремя храмами богинь (два храма Геры и один храм Афины). Но когда Луканцы мигрировали на юг сто лет назад, это привело к тому, что греческий город-государство пал под многолетними непрерывными нападениями Луканцев в конце концов стал городом племен Потенциев. (Это не Посейдония в Эгейском море).

В течение десятилетий Посейдония не подвергалась никакой агрессии, поскольку Элея на юге даже не могла защитить себя, так откуда же у нее могут взяться силы для нападения на других? С другой стороны, Самниты на севере предпочитают горы и вторжение в более мощный и хорошо защищенный город Потенцию, а не прогулки по морю. Поэтому, когда Луканцы из Посейдонии узнали, что Самниты нападают на Потенцию, они не проявили особого беспокойства о безопасности своего города и приняли лишь некоторые меры предосторожности, поскольку больше сосредоточились на обсуждении вопроса «сколько воинов им следует послать на подкрепление Потенции».

Однако сегодня стражники на смотровой башне забили тревогу.

Когда вожди и воины один за другим поднялись на городскую стену, они были ошеломлены, увидев за пределами города столько Самнитов, что не могли даже толком разглядеть его конец, не зная, сколько там людей.

***

Толек, великий вождь племени Пентры, стоял перед строем и смотрел на маленький город впереди. Он мог видеть и слышать панические крики Луканцев на городской стене, но его это мало волновало. Вместо этого он повернулся, чтобы посмотреть на своих подчиненных, и спросил: «Как называется то, что послали Сиракуы?».

«Великий вождь, она называется баллиста». — Ответил вождь рядом с ним.

«Понятно. Тебе нет нужды говорить больше». —Толек пристально посмотрел на него и продолжил: «Вынесите баллисту. Посмотрим, насколько мощная эта штука!».

Шесть баллист были поставлены перед строем. Однако управляли ими Сиракузы.

После этого шар размером с ударил в стены Посейдонии, отчего некоторые части стен разрушились, заставив Луканцев запаниковать еще больше.

Глава 398

Среди радостных возгласов Самнитских воинов Толек был полон воодушевления, поскольку знал, что эта ужасная вещь теперь исправила недостаток слабой осадной способности Самнитов. Теперь он полностью уверен в захвате Посейдонии. А захватив город, они не только получат лучший порт для Сиракузов, чтобы переправлять им больше продовольствия, но в то же время его бедные соплеменники смогут бесконтрольно грабить и получать больше выгоды.

***

Вечером в резиденции архонта в Турии состоялся семейный ужин. Кроме двух жен Давоса, его приемной дочери Синтии, приемного сына Адориса и сына Кротокатакса, присутствовали Азуна — главная служанка, отвечающая за двор, Рибасо, управляющий рабами на переднем дворе, и Аристиас, глава разведгруппы Давоса.

Главная трапеза сегодня — шабушабу. Поэтому перед каждым стояли деревянные столы, бронзовые горшки и железная печь. Хейристойя была не в восторге от того, что Кротокатакс ест шабушабу в одиночестве, но ведь она сама беременна и с трудом передвигается, так откуда у нее еще силы, чтобы заботиться о нем. С другой стороны, другая мать маленького Кро, Агнес, была на втором месяце беременности и имела самую тяжелую реакцию на беременность. Она не могла даже смотреть на шабушабу и была вынуждена перейти на фрукты, грибы, морские овощи и другие вегетарианские блюда. Таким образом, маленькому Кро пришлось сидеть с Азуной.

В это время Давос, сидевший на главном месте, посмотрел на толпу и серьезно сказал: «Завтра я во главе легиона отправлюсь из Турии в Потенцию. Таким образом, я не смогу заниматься хозяйством. Поскольку и Хейристойя, и Агнесса беременны, семья будет нуждаться в вашей внимательной заботе; Азуне, Рибасо и Аристиас, вы трое! Поэтому я хотел бы заранее поблагодарить вас!». — Сказал он и поднял вино.

Пока он говорил, Хейристойя и Агнесса с беспокойством смотрели на своего мужа.

Азуна и Рибасо поспешно встали.

Тогда Давос быстро махнул рукой и сказал: «Садитесь! Садитесь! Все вы уже граждане Теонии, и все мы — одна семья. Не считайте себя чужаками! Посмотрите на Аристиаса!».

Аристиас смог только выдавить улыбку на своем холодном лице. Он не встал только потому, что когда-то был гражданином Катании, поэтому не привык к такой скромности, как Азуна и остальные. Он также поднял свой бокал с вином и серьезно ответил: «Господин, вам не о чем беспокоиться, я попрошу своих людей внимательно следить за всей Турией. Как только мы обнаружим какие-либо отклонения от нормы, я немедленно отправлю Капусу и Куногелату, чтобы, согласно вашим словам, устранить скрытую опасность!».

«Хорошо! Безопасность этого дома зависит от тебя!». — Давос поднял свой кубок, выпил вино и снова наполнил его.

Азуна тут же сказала: «Господин, я буду управлять женщинами-рабынями во дворе и хорошо заботиться о двух госпожах! Кроме того, я буду регулярно приглашать владыку Герпуса на осмотр, и с благословения Аида и Геры…». — Азуна посмотрела на Хейристойю и Агнес и сказала с улыбкой: «Когда вы вернетесь, обе госпожи и дети будут здоровы!».

«Хорошо! Азуне, если все будут в безопасности, я вознагражу тебя, когда вернусь! Может, я подыщу тебе подходящего мужа?». — С улыбкой пошутил Давос.

Азуна тут же запротестовала: «Господин, не нужно!».

«Ты слишком занят своими повседневными делами, поэтому не знаешь, что Азуне уже нашла того, кто ей интересен». — Прошептала Хейристойя.

«Неужели?». — Давос заинтересовался и спросил, «Кто это? Ты можешь сказать мне?».

Азуна покраснела, затем посмотрела на Аристиаса рядом с ней и склонила голову.

Заметив это, Давос больше не спрашивал: «Давай, Азуна, выпьем этот кубок в благодарность за то, что ты позаботилась о двух госпожах и детях!».

Азуна выпила вино.

Давос посмотрел на Аристиаса, который, казалось, ничего не понимал, и продолжил говорить ей: «Я дам тебе совет. Ты должна часто спрашивать совета у Агнессы; с благословением Геры тебе не придется бояться, что твое желание не исполнится!».

Услышав это, Азуне очень обрадовалась.

Однако Агнес резко напомнила: «Афродита, богиня любви, отвечает за любовь между двумя людьми. Гера отвечает только за брак и семью».

«Любовь без брака — это просто обман». — Сказал Давос, наполовину поддразнивая, наполовину серьезно: «В Теонии Гера также отвечает за добрачную любовь».

«Я буду отвечать за Азуну, так что тебе не придется беспокоиться о ней». — Хейристоя улыбнулась. Освободив Азуну от смущения, она серьезно обратилась к Рибасо: «Рибасо, я оставлю дела внешнего двора на тебя. Пусть эти пустяки не беспокоят меня в это время».