Гегемон Греции! (ЛП) - "Chen Rui" - Страница 398

«Приготовить баллисту!». — Офицеры отдали приказ.

Ось вращается, тетива натягивается, каменный шар заряжается в ползун, угол, дальность стрельбы устанавливаются.

«Огонь!».

Затем пять каменных шаров вылетели и обстреляли наиболее поврежденный участок стены, открыв прелюдию к осаде.

Вскоре после этого второй и третий раунд непрерывной бомбардировки увеличил трещины на городской стене.

Городская стена, получившая лишь ночной ремонт, была перегружена, кусок за куском каменная стена рушилась… наконец, с громким грохотом рухнул участок стены, подняв облако пыли.

Теонийские солдаты ликовали, в то время как воины Клампета побледнели.

«В атаку!». — Иелос быстро отдал приказ, когда боевой дух солдат взлетел до небес.

Через мгновение прозвучал сальпинкс, и взвился боевой флаг. Зазвучали барабаны, и солдаты одновременно взревели. Под руководством офицеров солдаты несли лестницы и шли вперед небольшими группами в свободном строю. Огромная осадная башня с грохотом двинулась по ровной дороге к городской стене, толкаемая десятками рабочих.

***

Глава 330

Выражение лица Пангама стало мрачным, когда он наблюдал за приливами и отливами врага, и страх на лицах окружавших его воинов беспокоил его. Он яростно выхватил меч и закричал: «Воины Клампетии, вы успешно сдерживали могущественного врага почти месяц, и теперь настало наше величайшее испытание. Подумайте о своих родителях, женах и детях, которые стоят прямо за нами и нуждаются в нашей защите. Наберитесь мужества, и под защитой Брута мы отобьем этих робких врагов! Мы, воины Бруттии, никогда не будем рабами!».

«Вождь прав! Мы не можем проиграть. Мы точно не можем быть рабами!».

«Сражаться с греками до смерти!».

Боевой дух клампетских воинов поднялся от слов Пангама, они начали натягивать тетиву против врага, приближающегося к траншее.

***

Диаолидас, член Совета сотен Кротона, прибыл в Терину с тоннами зерна и десятками овец, чтобы поддержать четвертый легион Теонии во имя Южно-Итальянского союза. Однако в основном он прибыл сюда, чтобы наблюдать за ходом войны Теонии против Бруттии, и так получилось, что он стал свидетелем осады своими глазами.

Позже, вернувшись в Кротоне, он рассказал Совету о том, что произошло в тот день: «Теонийцы изобрели ужасающее осадное орудие. Они назвали его баллистой. Она похожа на лук, который может стрелять каменными шарами весом более десятков килограммов, и они могут лететь на сотни метров и точно попадать в городскую стену. И после нескольких дней непрерывной бомбардировки этим новым осадным оборудованием в каменной стене Клампетии появилась большая брешь».

«Теонийцы также создали нечто, называемое осадной башней. Она похожа на подвижную деревянную башню, более высокую, чем стены Клампетии. Когда Теонийцы подталкивали ее к Клампетии, лучники на вершине башни стреляли во врагов на стене. А как только они приближались к городской стене, на осадную башню тут же опускался тяжелый разводной мост и перекрывал брешь между башней и городской стеной. Затем по разводному мосту Теонийские солдаты устремлялись на вершину городской стены».

«Теонийцы использовали не только баллисты и осадные башни, но и множество лестниц, чтобы взобраться на городские стены, как это делаем мы. Я наблюдал, как каждый из их солдат бросается в атаку, и даже если их товарищи падали со стены, они редко отступали. Их мужество было не меньше, чем у наших горожан. Хотя клампетские воины не были столь яростны, как раньше, когда сталкивались с нами, это может быть связано с тем, что их число слишком мало, или с тем, что они боятся ужасающей осадной техники Теонии… так или иначе, битва продолжалась только до полудня, когда четвертый легион Теонии ворвался в город и убил великого вождя Клампетии Пангама».

Совет замолчал, когда Диаолидас закончил доклад.

Не так давно они получили сообщение о том, что Теония завоевала Бесидисе, а теперь они снова завоевали Клампетию.

«Когда это Бруттийцы, которые были головной болью для Кротоне, стали такими слабыми?! Или просто армия Теонии стала сильнее Кротона?!». — Кротонцы в растерянности. Изначально, когда они увидели, что началась война, они надеялись, что Теонии будет трудно противостоять Бруттийцам, и Кротон сможет воспользоваться этим, но теперь, похоже, что это всего лишь красивая мечта Кротона, и сила, которую продемонстрировала Теония, заставила их почувствовать страх.

«Это хорошо!». — Затем стратег Систикос встал: «Кошмар, который мучил Кротон и другие города-государства сотни лет, наконец-то закончился! Кротонцы возрадуются, когда услышат это!».

Слова Систикоса заставили тех, у кого были другие мысли, понять, что даже если они хотят снести Теонию, экклесия может не принять их предложение.

В это время встал полемарх Лисий: «Как член союза, мы должны радоваться победе Теонии! Хотя Теонийцы не приглашали Кротону участвовать в войне, Кротоне, как член Южно-Итальянского союза, должен объединить усилия с другими союзниками, чтобы представить достаточное количество припасов Теонии в знак нашей поддержки!».

***

В день массированной осады четвертого легиона армия во главе с Давосом все еще оставалась в лагере на берегу реки Финита.

Солдаты были заняты отправкой больных и раненых обратно в Бесидисе, а лагерь логистов доставлял военные припасы из Турии в Бесидисе.

Давос в это время смотрел на карту Бруттийских гор в главной палатке, размышляя о том, что делать дальше.

В это время вошел Толмидес: «Снаружи лагеря много Бруттийцев, их вождь, человек по имени Гегаситус, просит аудиенции».

Давос тут же сказал: «Впусти его».

Именно Гегаситус был зачинщиком предыдущего бунта в Консенции, но после возвращения армии Пиана, поняв, что им нет равных, эти мятежные племена поспешно бежали из Консенцию. В то время у Пиана не было сил подавить их, так как он был занят разборками с Теонийской армией, и эти племена со своими семьями и скудной едой могли только бежать в горы и сильно пострадали. Через два дня еда у них почти закончилась, из-за чего эти племена стали жаловаться Гегаситусу и смотреть на него все более холодными взглядами.

В этот момент люди, отправившиеся проверить ситуацию, принесли удивительные новости. На берегах реки Финита разразилась война между Союзом Бруттия и Теонией, в результате которой Бруттий потерпел большое поражение, а огромная армия, которую Пиан возглавил, отправляясь из Консенции, сильно поредела после бегства.

Отношение этих племен к Гегаситису сразу же изменилось после того, как они узнали о случившемся.

С другой стороны, Гегаситус заставил эти племена искать убежища в армии Теонийцевю

Давоса не волновало внезапное увеличение более чем на две тысячи ртов, потребляющих военный паек, поскольку его больше интересовал Гегаситус, который превзошел все его ожидания.

Он посмотрел на человека с греческой внешностью, но с ростом и телосложением, отличными от греческих, и с длинными беспорядочными волосами. Затем он с любопытством спросил: «Как ты убедил их?».

«Архонт». — Гегаситиус понял, что его шанс настал, поэтому он подробно объяснил: «До создания Союза племен Бруттии, племя Консенцианов во главе с Пианом постоянно силой присоединяло к себе окружающие слабые племена. После создания Бруттийского союза, чтобы не вызывать недовольство великих вождей, таких как Верги и Бесидисе, Пиан предложил создать в союзе «Ассоциацию вождей», в которую вошли бы все вожди племен, добровольно или принудительно сдавшиеся, заявив, что они должны объединиться для управления и решения дел союза. Но на самом деле эти вожди племен вообще не имели никакой власти, так как дела союза решал совет старейшин, состоящий из нескольких великих вождей и первосвященника (совет семи старейшин). И люди этих племен были полностью разделены и вынуждены были образовать новое племя, которым союз управлял напрямую, и, конечно, они должны были каждый год платить налоги непосредственно союзу».