Гегемон Греции! (ЛП) - "Chen Rui" - Страница 346

По словам Митробата, они греки, и большинство из них были вынуждены бежать в горы, чтобы избежать катастрофы после разрушения Сибариса. У них есть гордость грека, так как же они могут быть объединены варварами и жить варварской жизнью?

После нескольких безуспешных попыток посланников из города Консентия в Бруттии убедить племя сиро, больше не было никакого движения, поэтому люди племени сиро думали, что дело закончено. Однако через несколько месяцев, после того как Консентия завершила свою власть над большинством племен Брутии и стала фактически управлять ими, они отправили в Сиро еще одного посланника.

Но на этот раз посланник потребовал, чтобы племя Сиро немедленно подчинилось правлению союза племен, иначе они пошлют большую армию, чтобы уничтожить их.

Тогда племена сиро запаниковали и поспешно отправили Митробата к Терине за помощью.

Терина признала, что у них нет возможности вмешаться в это дело. К счастью, они уже заранее позволили Сипрусу связаться с архонтом Теонии Давосом, поэтому Митробат отправился в Теонию просить о помощи.

В этот день председателем сената по очереди был Корнелий. Он посмотрел на посланника, который утверждал, что он грек, но выглядел совсем не так, как он, и был озадачен.

Видя сомнения ставленника, Митробат объяснил: «Я унаследовал лицо моей матери-бруттии, и именно потому, что я не похож на грека, вождь Сиро выбрал меня, поскольку только так я не вызову подозрений у окружающих бруттиев».

Перед тем как отправиться на битву, Давос однажды поднял вопрос о бруттиях, но его прервали из-за просьбы Таранто о помощи, прежде чем они успели провести подробное обсуждение.

В этот момент Поллукс встал и сказал: «Что может сделать Теония? Протестовать перед бруттийцами, чтобы они прекратили аннексию этого маленького племени? Боюсь, никто из вас не поверит, что одно наше слово заставит бруттийцев прекратить то, что они так долго готовили. Что мы будем делать, если бруттийцы откажутся? Если мы сдадимся, мы только потеряем престиж Давоса, как самого могущественного союза Теонии! Но если мы хотим предпринять дальнейшие действия, я не могу придумать других мер, кроме войны».

«Однако гражданам Теонии достаточно войны в этом году! Сейчас наш архонт все еще ведет наших граждан сражаться с могущественными мессапийцами и певкетами в Таранто!». — Затем Поллукс указал на Митробата, посмотрел на него с жалостью и сказал: «А посмотрите на этого посланника Сиро, только потому, что он сказал, что они греки, лучше сражаться, чем пинать их, но кто знает, правда ли это! Неужели мы готовы снова отправить наших граждан на незнакомое и страшное поле боя, чтобы сражаться со свирепыми бруттиями за расу, которая совсем не похожа на греческую?».

***

Глава 289

В словах Поллукса прозвучала большая часть опасений государственных деятелей Сената. Государственные деятели, родившиеся в Турии и Амендоларе, включая Куногелата, пережили катастрофу, когда их город был разрушен, поэтому они испытывают глубокий страх перед войной. А государственные деятели Кримисы, такие как Андролис, Эврип и Плейтинас, поддержали их решение, потому что они были новичками и были ближе к Корнелию и Куногелате.

Государственные деятели главной военной фракции были либо отправлены Давосом в другие города-государства на важные посты, такие как Хиелос, Сеста, Багул и так далее, либо последовали за ним в Таранто, как Капус, Дракос, Антониос, Алексий и так далее. Остались только военный начальник — Филесий и главный коммерсант — Мариги, они решительно заявили, что должны поддержать племя Сиро и остановить аннексию Консенции и не позволить племенному союзу бруттийцев стать более могущественным.

Даже Мерсис, другой доверенный подчиненный Давоса, колебался, потому что беспокоился о том, что начало войны потребует много денег и товаров.

В то время как Веспа и Гемон, родившиеся в Лукании, выразили свою поддержку племени сиро, основываясь на аналогичном опыте.

В целом, лишь несколько человек поддерживают племя Сиро, так как большинство государственных деятелей против вмешательства во внутренние дела Бруттиев, чтобы избежать новой войны.

Поллукс был доволен собой: его мнение получило поддержку большинства в Сенате и вот-вот будет принято впервые.

Но в этот момент встал Плесинас: «Уважаемые государственные деятели, я помню, как архорт Давос вскользь упомянул о бруттийцах перед своим отъездом, и он с тревогой сказал: «Бруттии могут стать большой опасностью для нашей Теонии!» Поэтому я считаю, что любое решение, касающееся бруттийцев, должно быть доведено до сведения архонта Давоса, и пусть он примет окончательное решение, особенно если мы не сможем достичь соглашения».

Плесинас — не обычный государственный деятель, как главный жрец, отвечающий за храм Аида; он посвятил большую часть своей энергии делам храма, обучению молодых жрецов и жриц, совершенствованию различных систем храма, а также надзору за строительством храмов в других городах… видно, что Давос, который был верховным жрецом, очень ценил его, что даже позволяло ему делать все, что тот захочет, а Плесинас еще и отплатил за доверие Давоса своей отличной работой, что за такой короткий срок вера Аида была принята жителями других городов Теонии, что было неотделимо от его усилий. Поэтому он не только пользуется определенной репутацией среди теонийцев, но и имеет вес в Сенате.

Как только он заговорил, остальным пришлось бы пересмотреть истинное намерение его слов. В конце концов, за ним стоял Давос.

Филесий и Мерсис также входили в ближний круг Давоса, но эти два человека, один из которых сосредоточен на военных делах, а другой одержим деньгами, не были чувствительны в политике. Хотя Мариги не чужд к политике, он, к сожалению, гражданин персидского происхождения. В отсутствие Давоса в Сенате большинство государственных деятелей Турии и Амендолары склонны игнорировать его мнение, намеренно или ненамеренно.

Поллукс подумал, что Плесинас намеренно саботирует его, и на мгновение не удержался, чтобы не встать и гневно сказать: «Сенат не может ничего решить или сделать без Давоса!».

Тогда Плесинас сказал, притворяясь удивленным: «Поллукс, в ваших глазах, мы что-нибудь сделали? Куногелата и Корнелиус каждый день изнуряли себя ради процветания и стабильности Турии и Амендолары! Владыка Беркс объехал все города и деревни Теонии, чтобы проследить за тем, как люди занимаются сельским хозяйством! Владыка Веспа и Владыка Гемон внимательно следили за положением племен в Луканском регионе и даже отправлялись туда для разрешения конфликта! Владыка Стромболи создал для нашей Теонии серебряную монету, которая могла бы сравниться с «совой»! Владыка Анситанос строит новые академии для других городов Теонии! Владыка Герпус призвал города-государства Магна-Греции провести первый медицинский симпозиум во всей Греции! Владыка Протесилай то и дело предлагал новые законопроекты для улучшения законов Теонии! Комитет по управлению государственной службой союза, возглавляемый владыкой Тритодемосом, каждый день заботится о назначении и работе всех государственных чиновников в каждом городе! Энанилус следит за строительством военных кораблей и прилагает все усилия для обучения нашего флота!».

Плесинас почтительно приветствовал государственного деятеля, которому только что рассказал о своих делах в работе, и тот, чье имя было упомянуто, улыбнулся в ответ. Он продолжил говорить без колебаний, почти пройдя через большинство государственных деятелей: «Причина, по которой у нас так много вещей, над которыми мы можем работать и наслаждаться, заключается в великом руководстве архонта Давоса, которое привело к могущественной Теонии, которую мы имеем сегодня, и которое позволило нам управлять все более огромной территорией союза, не беспокоясь о вторжении других городов-государств! Кто из нас обладает лучшим военным талантом, чем архонт Давос? Кто лучший лидер, чем он? Кто обладает более сильной способностью оценивать ситуацию?».