Гегемон Греции! (ЛП) - "Chen Rui" - Страница 278

Эти средства также могут ослабить моральный дух вражеского города-государства, подобно тому, что сделали теонийские солдаты в Кротоне и что сделали кротонские солдаты на равнинах Сибариса. А вражда между Локри и Кротоном, длившаяся десятилетиями, дала жителям Локри еще одну цель для совершения этих действий — выместить свой гнев. Поэтому они делали это основательно и даже замедлили свой марш.

Услышав, что река Таргинес находится недалеко впереди, воины Локри пожелали немедленно пересечь ее и ворваться в сердцевину Кротоне, чтобы жечь и грабить. Но когда они устремились к западному берегу реки Таргинес, то обнаружили перед собой армию, преградившую им путь.

Феофант, стратег, возглавлявший армию Локри, начал роптать про себя: «Разве флот не сказал, что Кротон отправил всех своих солдат и опустошил город? Неужели это вновь набранные вольноотпущенники?».

Присмотревшись, он увидел, что армия перед ним выстроилась в аккуратную фалангу, и каждый из них был высок и подтянут, в шлеме, нагрудном доспехе, доспехе на голени, круглом щите, копье, что является полным снаряжением гоплита. Весь строй фаланги был безмолвен, как гора, но их подавляющая мощь заставила Локрисов, которые все еще разговаривали и смеялись, замолчать.

«Посмотрите на флаг!». — Кто-то указал на центр фаланги с противоположной стороны, где высоко держался красный флаг, и воскликнул.

Солдаты с хорошими глазами видят, что на вершине флага находится бронзовая статуя с крыльями и мечом.

«Это похоже на бога смерти». — сказал кто-то неуверенно.

Бог смерти?! Феофант вспомнил, что Метофелес, который только несколько дней назад вернулся в Локри, рассказал совету о том, что он видел и слышал в Теонии. Он сразу понял, что эта необычная армия впереди была не из Кротона, а из Теонии, которая не так давно заставила Кротон заключить с ними мир, таинственный город-государство, который даже не существовал год назад, но теперь играет важную роль в союзе городов-государств в Магна-Греции!.

Феофант сразу же занервничал и начал реорганизовывать свои разрозненные ряды.

В это время с противоположной стороны подошла небольшая группа конницы и встала примерно в 50 метрах от строя Локри. И стратег в центре, в шлеме с пурпурным гребнем, громко заговорил, в то время как остальные кавалеристы выполняли роль глашатая: «Я Асистес, старший центурион третьего легиона Союза Теонии! Теония и Кротоне заключили оборонительный союз, и, согласно договору, Теония обязана защищать территорию Кротоне! Локри, Теония не намерена вступать с вами в войну, но если вв будете продолжать оставаться на землях Кротона, то мы будем вынуждены изгнать вас!».

В строю Локри начался переполох.

«Проклятье!». — пробормотал Феофант: «Наконец-то случилось самое тревожное.

Когда несколько дней назад в Локри пришло известие о союзе между Теонией и Кротоном, оно потрясло весь совет, и все стали осуждать Кротон за бесстыдство и трусость.

***

Глава 237

Некоторые локрийцы пошли на попятную и предложили, что Кротоне уже достаточно, чтобы держать Локри в узде, а теперь у них есть гораздо более мощный союзник, с которым Локри не может сравниться. Поэтому они должны немедленно вывести свои войска.

В то же время, многие были против и говорили, что это редкая возможность победить Кротона, и более того, Теония и Кротон находятся в оборонительном союзе, поэтому теонийцам не стоит вмешиваться. Более того, война между ними только что закончилась, поэтому потери Теонии должны быть велики, а их ненависть к Кротонам не должна была исчезнуть сразу, и они определенно не будут делать все возможное, чтобы помочь Кротону. Поэтому они должны воспользоваться этой возможностью и напасть!

Обе стороны продолжали спорить некоторое время, пока Демодекас не принес хорошие новости о том, что Сиракузы согласились помочь им, что превратило беспокойство государственных деятелей совета в радость, и они согласились продолжать войну.

Когда совет Локри послал Феофанта напасть на Кротоне, они лишь в основном учли, что Теония не пришлет свои войска. Поэтому совет даже не определил конкретные меры, что им делать, если Теония пришлет войска.

Теперь, когда перед ними стояли теонийцы, разум Феофанта помутился: «Нападение? Это означает войну с Теонией!».

Как член совета, он знал в глубине души, что причиной принятия желаемого за действительное советом Локри было то, что они были слишком увлечены победой над Кротоном и поэтому игнорировали существование любых переменных, а Теония, несомненно, была самой большой переменной. Теонийцы смогли победить Кротона, которого Локри не смог победить, и, кроме того, сцена триумфального возвращения, описанная Метолефом, заставила Феофанта немного испугаться, что если он нападет, то это приведет к тому, что Теония вступит в войну и расширит ее.

Хотя Сиракузы, союзник Локри, согласились помочь, сейчас они всеми силами сражаются против Карфагена. Поэтому, кроме небольшой морской помощи, сиракузяне не в состоянии оказать большую помощь. И если он потерпит поражение, члены совета, конечно, возложат ответственность на него.

Но если он не будет сражаться… и просто так отступит, это повредит не только его честь, но и престиж Локри, и его обвинят после возвращения…

Пока Феофант все еще колебался, некоторые из солдат начали шуметь.

«Теонийцы! Не думайте, что вы великие! Только потому, что вы просите нас отступить, мы отступим?! Я скажу вам следующее, МЫ НЕ ОТСТУПИМ!».

«Верно! Локри существуют в Магна-Греции уже сотни лет! Что такое Теония? Я до вчерашнего дня о ней не слышал!».

«Если мы не отступим, что вы с нами сделаете?!».

***

Крики солдат встревожили и разозлили Феофанта. В его руках было не более тысячи человек, и половина из них — моряки. По дороге многие из солдат стали водить овец и скот и награбили много добычи. Ослепленные своей жадностью, они перестали быть похожими на солдат и теперь даже набрались смелости сражаться с теонийцами?

Феофант уже собирался отступить, но еще не отдал приказа, когда с другой стороны зазвучали барабаны и неподвижная фаланга начала движение, затем раздался относительно аккуратный звук шагов. Словно толстая железная стена маршировала прямо на них, и локрийские солдаты, которые кричали, тут же умолкли.

Феофант вздохнул и сказал: «Отступаем!».

Как только был отдан приказ, и не успел еще раздаться сальпинкс, как локрийские солдаты уже развернулись и побежали, и весь строй полностью распался.

Феофант не мог остановить беспорядок и бешеное отступление солдат, словно за ними гналась смерть. А желая быстрее убежать, они даже побросали награбленные трофеи.

Асистес не ожидал, что ему удастся так легко оттеснить локрийцев. Поэтому, отправив небольшое количество солдат очистить поле боя, он повел остальных за локрийцами. Только когда он увидел, что локрийцы пытаются сесть на корабль и покинуть побережье, он повел солдат назад, одновременно возвращая все трофеи, которые они собрали, кротонцам, которые пришли выразить свою благодарность со смешанными чувствами, что заставило кротонцев быть одновременно благодарными и пристыженными.

Феофант, естественно, не хотел возвращаться в Локри просто так, поэтому после того, как флот некоторое время плыл на юг, он повел свою команду высадиться на побережье Сциллиума, который еще не был союзником Теонии.

***

В Спарте есть здание, занимающее очень большую площадь, и простые каменные столбы поддерживают крышу, чтобы укрыть людей от ветра и дождя. С трех сторон есть вентиляция, с одной — кухня, а обширный зал заполнен длинными деревянными столами и стульями. Это столовая спартанских граждан.

Во время приема пищи спартанцы собираются сюда со всех сторон, выстраиваются по порядку и получают свою порцию «сисситии*», а затем едят в столовой, где одновременно могут разместиться 500 человек. В солнечный день обеденные столы были даже расставлены на траве на улице, и тысячи спартанцев собрались, чтобы поесть вместе, независимо от возраста и званий. Еда у всех примерно одинаковая, что не только отражает равенство спартанских граждан, но и подчеркивает их единство. Спартанцы, которые подчеркивали дисциплину и послушание, всегда поддерживали порядок на этой грандиозной обеденной сцене. Такова была система общественного питания, которой славилась Спарта в Греции.