Гегемон Греции! (ЛП) - "Chen Rui" - Страница 228

В этот момент Тимасион приободрился, а Клеанор, видя, что успех налицо, немного беспокоился о своих выигрышах и потерях: «Надеюсь, Агасиас и остальные смогут убедить Давоса».

«Если Кротон действительно пришлет подкрепление, то завтра мы сможем притвориться солдатами Теонии и попытаться задержать их на некоторое время!». — Тимасион яростно стиснул зубы.

Однажды они уже обманули Теонию, поэтому он не возражал против того, чтобы сделать это во второй раз.

Затем он указал на хаотическое зрелище перед собой и озабоченно сказал: «Неважно, какое решение примет Теония, и пришлет ли Кротон подкрепление, мы должны сначала заняться своим делом. Нам нужно как можно скорее захватить весь город и заключить Кримисийцев в тюрьму, а затем отправить разведчиков проверить юг, чтобы наши братья были готовы к обороне».

«Помниться Давос говорил «Надо издать приказ о запрете мародерства и убийств, иначе они будут наказаны в соответствии с военным законодательством». — Затем Клеанор добавил с язвительной улыбкой: «Это практически то, что на нашем месте сделал бы Давос, именно так он поступил, когда мы были в Персии. Мы должны копировать его, но во время осады погибло более 200 наших братьев и многие были ранены. Поэтому мы должны позволить им выпустить свой гнев».

«По правде говоря, когда мы были в Персии, мы смеялись над Давосом и говорили, что он глупец и только сегодня я понял, что глупцами были мы. Я должен восхищаться Давосом, потому что он всегда думает на перспективу как только все успокоятся, мы должны исправить военную дисциплину!». — воскликнул Тимасион и принял решение.

Он тут же послал герольдов к каждому офицеру и велел им изо всех сил стараться собрать войска. В то время как он и Клеанор поспешили к акрополю Кримисы со своими солдатами и послали кого-то убедить кримисийцев сдаться.

И их ответ был: «НИКОГДА!».

В связи с этим две стороны противостояли друг другу до второй половины дня.

Видя, что все больше и больше врагов осаждают акрополь и даже начали готовить осадное оборудование, взгляды кримисийцев, оказавшихся в ловушке, становились все более отчаянными. Они поняли, что нападение врага неминуемо, и многие начали причитать. Андролис, с серьезным выражением лица, готов жить и умереть вместе с акрополем.

Но в этот момент в пока еще тихом стане врага произошел переполох.

***

«Армия Кротоне приближается к северным воротам?! Как это возможно?!». — Клинора словно ударило молнией, он был слишком встревожен и не хотел верить, что полученная ими информация реальна.

Торас был одновременно взволнован и озадачен: «Наши разведчики на юге они действительно не видели никаких признаков кротонцев на юге?!».

«Кротонианцы уже формируют свои ряды за городом, и они скоро начнут атаковать!». — тревожно крикнул капитан стражи Тимасион, отвечавший за охрану северной стены.

Тимасион едва сумел сохранить самообладание. Как он мог не поверить своему доверенному подчиненному? Немного подумав, его выражение лица изменилось: «Проклятье! Это наша небрежность. Они могли приплыть на лодке, как и мы!».

«Сколько сколько там солдат?». — нервно спросил Клеанор, надеясь, что капитан стражи скажет небольшое число.

«Боюсь, что их по меньшей мере 5000». — Слова капитана стражи разрушили надежду каждого. Затем они посмотрели на Тимасиона.

И в этой отчаянной ситуации Тимасион спросил: «Братья, отступим ли мы?».

«Я...» Клеанор, глядя на акрополь, который был перед ним, внутренне боролся, с нежеланием, он крикнул: «Мы не такие, как кримисийцы! Мы можем блокировать их с помощью стены! Мы сможем продержаться до завтра! Тимасион, ты сам говорил, что если мы хотим быть правителями Кримисы, то можем только рискнуть! Тогда мы рискнем своей жизнью в этой авантюре! Даже если я умру, я не хочу возвращаться в Союз Теонии, чтобы они смеялись надо мной!»

«Я тоже. Чего бояться смерти? С помощью городской стены мы сможем остановить кротонцев!». — Со свирепостью в своем выражении Торас говорил то, что хотели сказать большинство офицеров и солдат.

«Согласны, мы будем сражаться с Кротоном!». — Все тут же отозвались эхом.

Тимасион больше не колебался, он взглянул на наемников, которые все еще присутствовали, и властным тоном отдал приказ: «Чистор! Торас! Собирайте всех наших братьев, которые разбросаны по городу, и ведите их к городской стене!»

«Понял!».

«Партакс! Веди 200 человек и следи за акрополем! Если Кримисийцы осмелятся выйти, то убейте их всех!».

«Предоставь это мне!».

«Остальные пойдут за мной к северным воротам и заставят кротонцев почувствовать нашу силу! И знайте, они никогда не возьмут наш город!». — Тимасион сжал кулак и закричал.

«А-А-А!!!». — Наемники взревели, и их боевой дух взлетел вверх.

***

Тимасион был отличным командиром, он умел спокойно командовать наемниками и хитроумно заставлять врага перебираться в другое место, чтобы в кратчайшие сроки ворваться в город Кримиса. Однако, будучи воином, он был ослеплен ревностью и нетерпением. Единственное, что он мог видеть, так это то, что силу Кримисы, маленького и нейтрального города-государства в Магна-Грации, можно захватить только своей силой. Ему не хватало качеств политика, чтобы рассмотреть отношения между городами-государствами Магна-Грации, особенно отношение Кротона к своему соседу, Кримисе.

До создания Теонии Кротон не придавал особого значения Кримисе, с одной стороны, из-за их соглашения с Афинами, а с другой стороны, Турии не представляли угрозы для Кротона. Однако после того, как они потерпели поражение от Союза Теонии, ситуация сильно изменилась. Теония захватила Нерулум, Лаос присоединился к союзу Теонии, а Теония открыла сухопутные торговые пути между востоком и западом и так далее. Теония быстро становится сильнее и процветает, что не давало покоя кротонцам, и они начали ощущать угрозу со стороны этой зарождающейся на севере державы. Стратегическое положение Кримисы как буферной зоны стало чрезвычайно важным. Поэтому в последние шесть месяцев Кротон активизировал свои усилия по завоеванию Кримисы.

Вот почему первой мыслью Кримисы, когда они услышали о нападении, было обратиться за помощью к Кротоне. В то же время, когда в Кротоне услышали, что на Кримису напал враг с севера, их первой реакцией было: «Теонцы наконец-то начали атаку!», и поэтому совет Кротоне почти сразу же одобрил предложение послать подкрепление. В то же время, считая, что это могут быть теонийцы, поскольку глашатай Кримисы сказал только: «Врагов всего две тысячи», для осторожности они отправили армию в 10 000 человек.

Причина, по которой Тимасион решил, что все подкрепления Кротона находятся на севере, заключалась в том, что 5 000 человек — это уже довольно много только для подкреплений между городами-государствами. Поэтому он направил почти все свои войска на защиту северной стены, а также на восток и запад, но он никогда не думал, что другой флот войдет в устье реки на юге, ворвется в почти пустой порт и насильно высадит 5000 кротонцев. Затем солдаты сразу же заняли южные ворота и легко разгромили двести человек Партакса. Встретившись с Кримисийцами в акрополе, они продолжили движение на север.

Мало того, что силы обеих сторон сильно различаются, так еще и наемники оказались в опасной ситуации, когда их зажали. Узнав, что «большое количество кротонских солдат ворвалось в город с юга», наемники потеряли боевой дух, а Тимасион и Клеанор в этот момент чувствовали себя беспомощными.

Когда с юга прибыли кротонцы, наемники лишь немного сопротивлялись им, а затем разбежались во все стороны.

Тимасион, находившийся в городе, видел, как бегущих наемников кротонцы гнали и резали, как скот, точно так же, как раньше они поступали с кримисийцами. Гнев богини Возмездия так быстро обрушился на наемников, что он почувствовал себя опустошенным.

«Тимасион, вперед! Идем на север!». — с тревогой воскликнул Клеанор.

Тимасион только покачал головой. Его взгляд устремился на север с облегченной улыбкой: «Давос, в конце концов, я проиграл».