Гегемон Греции! (ЛП) - "Chen Rui" - Страница 219

Кроме того, их почитаемый архонт, лорд Давос, даже разрешил своей жене появляться на публике и даже позволил открыть ей банки и рестораны на рынке, что, естественно, способствовало изменению их практики. Поэтому сейчас часто можно увидеть жен граждан Теонии на рынке.

«Ответчик, то, что сказал истец, — правда?». — спросил Протесилай. Видя, что торговец хочет немедленно открыть рот, он напомнил ему: «Если ты только дискриминируешь ее, то заплатишь только штраф и телесное наказание, но если ты еще солжешь после клятвы перед богами, то это станет преступлением богохульства, и тебя накажут вырыванием языка. Поэтому ты должен хорошо подумать, прежде чем говорить».

Услышав это, торговец надолго замолчал, с его лба капал пот, и наконец он сказал низким голосом: «То, что она сказала. почти все правда, но… Но я не знал, что дискриминация против разных народов противоречит закону!».

«Правда?». — Протесилай серьезно посмотрел на него: «Когда ты арендовал ларек, разве ты не ознакомился с правилами, которые были написаны управлением рынка?»

Торговец хотел было отрицать это, но вдруг вспомнил одно из правил управления рынком Теонии: Если вы не знакомы с этим положением, то вам не разрешается арендовать прилавок. Поэтому он мог только кивнуть и сказать: «Да».

«В таком случае, ты знаешь закон, но все равно нарушили его. Прежде всего, если ты нарушишь закон «В Теонии запрещена дискриминация различных народов», ты должен заплатить штраф в десять драхм и телесное наказание в виде двух ударов палкой, чтобы у тебя улучшилась память и ты больше никогда так не делал. Что касается того, что ты домогался до истца, но не предпринял никаких действий, это... есть ли у нашего профсоюза закон на этот счет?». — Протесилай спросил Праксилея.

Праксилай задумался и покачал головой.

«Похоже, что на следующем заседании сената мне будет чем заняться». — Протесилай пробормотал про себя. Затем он задумался и сказал: «Что касается твоего наказания за домогательства к истцу, я оставлю это на усмотрение истца».

Купец вздрогнул, затем умоляющим взглядом посмотрел на жалобщицу.

Молодая луканская женщина не стала отказываться и просто сказала: «Тогда пусть администратор управления рынка накажет его пятью днями обязательных работ».

«Хм, хорошо!». — Протесилай аплодировал предложению заявительницы: «Ответчик, ты можешь не принимать предложенный заявительницей «пятидневный принудительный труд», но в ответ ты будешь исключен из профсоюза и тебе никогда не будет позволено заниматься здесь бизнесом».

Затем Протесилай спросил более серьезным тоном: «Ты готов принять наказание?».

Для торговца достоинство не имеет значения. Главное, чтобы он мог зарабатывать деньги. Его гончарный бизнес в Турии в эти дни очень процветает, поэтому он, конечно, не хочет быть исключенным из союза за такой пустяк, и поэтому он, естественно, принял наказание.

Следующий спор был противоположным, это был конфликт между зарегистрированным свободным продавцом и иностранным торговцем. Факт ясен и доказательства убедительны, поэтому нет необходимости спорить по этому поводу, и его можно наказать прямо в соответствии с правилами управления рынком за нарушение «Не дискриминировать иностранных торговцев» и «драки и создание беспорядков». Однако во время суда вольноотпущенник отказался признать факт избиения и постоянно намекал Протесилею, что он является последователем Болуса и работал на него. Поэтому он надеялся, что судья сможет поставить точку в этом деле.

Молодой и энергичный Протесилай не мог понять, почему эти люди часто выставляют напоказ свое благородное происхождение, особенно Болус, который свысока смотрел на государственных деятелей не из Турии. Поэтому, воспользовавшись случаем, он не дал ему уйти и громко осудил: «Наглец, как ты смеешь портить репутацию владыки Болуса! Ты отказываешься признать свое преступление и нарушил свою клятву. Поэтому я приговариваю тебя к преступлению богохульства и немедленно привожу его в исполнение!»

Вольноотпущенник был потрясен и тут же попросил пощады, а толпа приветствовала решение Протесилая.

В конце концов, вольноотпущенник не захотел принять «вырывание языка», а предпочел получить наказание, эквивалентное 40 ударам палкой, и вынес его вне суда. В то же время писец записал его преступление, и даже если он выздоровеет, бюро переписи населения изгонит его из Теонии.

Дела на рынке и в порту — это всего лишь мелкие споры и конфликты, поэтому процесс вынесения решения происходит очень быстро, и нет необходимости в громоздких юридических процедурах, адвокатах и присяжных.

Тиос некоторое время наблюдал за судом со стороны и понял, что этот маленький суд призван показать гражданам, рабам и посторонним справедливую позицию Союза Теонии и защитить законные права всех законопослушных людей на территории Теонии, особенно таких купцов, как они, которые путешествовали с места на место, что их и подвигло.

Такие купцы, как Тиос, считаются гражданами со статусом в своем городе-государстве, поэтому, когда они ведут дела в других городах-государствах, местные граждане часто завидуют им и придерживаются мнения, что «эти чужаки хотят забрать деньги города-государства», и часто предпринимают некоторые враждебные действия, а чиновники города-государства часто отдают предпочтение гражданам города (потому что им нужна поддержка граждан на выборах). Среди греческих городов-государств Афины лучше всего относились к чужакам, которые селились и занимались бизнесом в их городе-государстве, потому что из-за их сверхразвитой торговли и ремесел, они нуждались в открытом отношении, чтобы приветствовать технологии, капиталовложения и занятость, принесенные иностранцами, и так далее.

Щедрость Афин, естественно, вознаграждается добротой иностранцев. В обычное время они делали некоторые благотворительные пожертвования, например, ремонтировали храм, устраивали театральные праздники и разрешали гражданам Афин смотреть их бесплатно. Когда Афинам грозит опасность, они, подобно афинским гражданам, пойдут служить солдатами или приобретут оружие и снаряжение, и даже триремы, и передадут их в дар афинскому правительству.

И теперь Теония, вероятно, пошла по стопам Афин, а в некоторых аспектах была даже смелее Афин. На этот раз Тиос приехал потому, что сенат Союза Теонии принял новый закон: Позволяющий иностранным купцам арендовать землю между рекой Сарацено и рекой Сирис в качестве земли для промыслов сроком на 20 лет.

Эта новость сразу же вызвала ажиотаж среди иностранных купцов на рынке Турии и быстро распространилась по Магна-Грации.

Большинство купцов, побывавших в Турии, с оптимизмом смотрят на деловые перспективы Союза Теонии, более того, Теония позволила Лаосу присоединиться к своему союзу, так что любой купец, торгующий в союзе, может попасть в Лаос по выгодной цене и открыть торговлю с Неаполем, Марселем, Галлией, Пиренейским полуостровом и Мавританией. В частности, началось строительство дороги Турий-Лаос.

С учетом качества дороги, построенной Теонией, завершенная дорога, безусловно, сделает перевозки между двумя городами более удобными, и, по их оценкам, самое короткое время для того, чтобы добраться из Турии в Лаос, составляет всего два дня, что не намного отличается от времени, необходимого для перевозки через грузовой корабль, более того, риск путешествия по морю больше, потому что, если человек столкнется с пиратами или штормом, все его усилия могут быть уничтожены. В то же время, при пересечении Мессанского пролива (Мессина) города-государства Мессана и Регий, один южный, другой северный, взимают высокую пошлину, что значительно снижает прибыль, которую они получат.

Земля, по которой путешествовал Тиос, когда он в последний раз останавливался в Амендоларе, хоть и плоская, но твердая (в основном гравий). Поскольку она не может быть использована как сельскохозяйственная земля, поэтому она не была включена в «выделенные земли». Большая часть земли осталась незанятой, за исключением небольшой части земли, где был построен военный лагерь Амендолары для подготовки общественного ополчения. Для Тиоса такая бесплодная земля тоже представляла ценность, он решил приобрести ее, а затем открыть оружейную мастерскую.