Гегемон Греции! (ЛП) - "Chen Rui" - Страница 135

Однако город уже не нуждался в большом количестве иммигрантов и талантов, как при его строительстве, и поэтому мэрия отказалась принять его в граждане города-государства, Гераклиду, оставшемуся без гроша, пришлось более 20 лет жить в порту. Последние 20 лет он вместе со своим сыном строил дома для других и поддерживал городские стены за свои деньги, что принесло ему некоторую известность и позволило скопить немного денег. Однако он по-прежнему оставался свободным человеком, живущим в тесной и сырой лачуге без земли и статуса. И вот он уже стар, а его жена умерла от болезни несколько лет назад. Он не слишком жалует жизнь, но единственное, о чем он сожалеет, — это то, что его сын, Гераклид Младший, был еще молод, он полностью унаследовал его способности и должен был иметь светлое будущее.

В то время как он день и ночь беспокоился о будущем своего ребенка, однажды в его хижину, которую он делил с другими, вошел незнакомец, и он до сих пор ясно помнит их обращение.

«Кто такой Гераклид?».

«Это я. А кто ты?».

Незнакомец проигнорировал его вопрос: «Ты был учеником Гипподама и ты участвовал в строительстве города Турии?».

«Да, это правда».

«Тогда не хочешь ли ты наняться в Амендолару, чтобы руководить строительством некоторых объектов с жалованьем 50 драхм в месяц?».

«Какого рода проекты?».

«Я мало что знаю об этом, но когда ты отправишься в Амендолару, Алексий расскажет тебе об этом, и в то же время он попросил меня передать тебе, если ты хорошо справишься с работой и действительно обладаешь большим архитектурным талантом, то он порекомендует тебя архонту Давосу, чтобы ты стал гражданином Амендолары».

И тут же он услышал завистливые возгласы людей, стоявших позади него.

***

Примечание: Гипподамус — уроженец Милета, друг Перикла. Он самый известный мастер архитектурного планирования в Древней Греции, Пирей и афинская Агора — его рук дело.

Глава 125

Однажды Гераклид отправился в город Амендолара, чтобы помочь построить двор для одной семьи. В последнее время имя Амендолары часто звучало в устах вольноотпущенников в порту Турии: «Все наемники, которые уничтожили луканский союз и завоевали высокий престиж, стали гражданами Амендолары. Их лидер, Давос, даже стал архонтом, и они также превратили своих рабов в свободных людей, и было даже сказано, что в будущем они получат гражданство» В наши дни, с возобновлением торговли с Амендоларой, многие из недавних событий в Амендоларе распространились среди свободных людей Турии, и есть даже некоторые магические вещи, о которых низшие люди Турии никогда не смели и подумать, но они очень жаждут этого! Изначально свободные люди и даже рабы Турии жили обычной и мирной жизнью, но это было подобно камню, брошенному в воду и взбудоражившему рыб.

Это заставило Гераклида, который жил уже долгое время, не в силах остановить свое волнение: «Раз это приглашение Амендолары, то, конечно, их обещание будет выполнено».

Поэтому Гераклид с нетерпением спросил: «Могу ли я взять с собой своего сына? Его талант в архитектуре не хуже моего».

«Можно».

Под завистливые взгляды окружающих он и его сын торопливо собрали свой багаж и последовали за человеком в Амендолару. Когда он увидел Алексия, его первая фраза привела Гераклида в восторг: «Я Алексий, эдил, который отвечает за строительство, содержание и надзор за всеми зданиями города-государства. В других греческих городах-государствах нет такой должности, поэтому ты видишь, какое большое значение в Амендоларе придают архитектуре, и если у тебя есть талант в этой области, то тебя поставят на важную должность».

Почувствовав, что Амендолара придает большое значение архитектуре, старое сердце Гераклида начало разгораться энтузиазмом к строительству, совсем как в молодости.

Первым заданием Гераклида было спроектировать и построить склады и трактиры, что не составило для него труда, и его план вскоре был принят Советом. Затем он и его сын во главе дюжины ремесленников и почти тысячи луканских рабов начали строительство под городом Амендолара.

Хотя Гераклид стал дряхлым и худым стариком, он все еще был очень энергичным и дотошным.

Он каждый день бродит по строительным площадкам, чтобы призвать строителей к скорости строительства и проверить качество проекта. Если он обнаружит, что работа идет медленно, он будет сурово критиковать их и немедленно исправлять, если в работе есть ошибка, и даже лично демонстрировать ее. Если было какое-то отклонение в измерениях, он тут же заставлял их перемерять, пока все не будет точно. Ремесленники и рабы одновременно уважали и боялись этого старика.

Сегодня Алексий пошел искать Гераклида, вручил ему бумажный свиток и сказал: «Это следующее задание по строительству, оно заключается в том, чтобы построить дорогу от реки Сирис до города Амендолара и затем до реки Сарацено, так что начинай готовиться. И архонт попросил, чтобы дорога была построена так, как он нарисовал».

«Твой архонт ничего не знает!». — Гераклид не смог сдержать себя от этих слов. Как ремесленник, много лет занимающийся строительством, он обладал собственным упорством и гордостью, и больше всего ему не нравились невежды, пытающиеся вмешаться в его работу.

«Сначала ты должен посмотреть на чертеж архонта». — напомнил ему Алексий.

Невежественный человек в его устах — единственный пожизненный архонт Амендолары! От этого напрямую зависит, сможет ли он и его сын стать гражданином города-государства! Гераклид вдруг вспомнил об этом, и его прошиб холодный пот. После десятилетий страданий он подумал, что если только замысел архонта не слишком выходит за рамки и он слегка изменит его, то выполнит его просьбу.

В этот момент выживание его и его сына восторжествовало над его высокой гордостью.

Он развернул бумажный свиток и бесстрастно окинул его взглядом. Однако его взгляд словно застрял и не мог вырваться.

Алексий увидел, что он серьезно смотрит, и улыбнулся. Он встал и огляделся: вокруг строительной площадки была россыпь пыли, мастера и рабы трудились вовсю. После двухдневного отсутствия вся стройка сильно изменилась.

Это заставило его почувствовать волнение: «Такими темпами мы сможем закончить все за полгода?».

«Полгода? Четырех месяцев достаточно! Если бы эти луканцы были умнее, то хватило бы и трех месяцев!». — сказал Гераклид, даже не поднимая глаз.

«Похоже, ты не очень доволен этими рабами». — засмеялся Алексий.

«Они ничего не знают о строительстве. Я даже не знаю, сколько слов я потратил, и мой голос даже стал хриплым. Я недоволен ими, не могли бы вы дать мне другую партию?». — пожаловался Гераклид.

«Ты знаешь, что это невозможно».

«Однако луканцы не так страшны, как я думал. Возможно, они больше боятся меня и поэтому так послушны»

— Вздохнул Гераклид: те, кто пережил войну, знают, что важнее всего в смутные времена.

«Эти луканцы не боятся нас, но метод Давоса работает!». — воскликнул Алексий.

Говоря о Давосе, Гераклид снова перевел взгляд на чертеж, затем указал на узоры на бумаге и серьезно сказал: «Чертеж строительства дороги архонта сложнее, чем ваша обычная дорога, но если хорошенько подумать, то он очень разумен. Сначала утрамбовывают земляную дорогу, затем укладывают слой песка, на песок — слой гравия, и, наконец, укладывают более плотно собранную каменную плиту. По обеим сторонам дороги есть канавы, а за пределами канавы построена стена из грунта Я представляю, что если построить такую дорогу, то она не только не будет пропускать воду и песок, сама дорога будет прочной и упругой, и ее нелегко будет повредить груженой повозкой. Я никогда раньше не видел такой дороги. Какая замечательная конструкция! Если твой архонт все нарисовал, значит, он великий мастер дорожной архитектуры!».

На этот раз Гераклид сказал это от чистого сердца.

Алексий уже привык к тому, что Давос неоднократно творил чудеса. Теперь, когда Гераклид одобрил его чертеж, он почувствовал облегчение и сказал: «Значит, ты согласен строить дорогу по чертежу?».