Гадалка для холостяка - Белинская Анна - Страница 8

– Я такого не говорил. В личной жизни у меня полный порядок, – раздражаюсь я и сканирующим взглядом всматриваюсь в лицо шарлатанки, стараясь узнать, насколько она осведомлена моей личной жизнью и что еще у нее на меня есть.

– Дорогая Белладонна, я – человек старый и немощный, – бабушка показательно подергивает нижней губой, – я не знаю, сколько Господь Бог отсыпал мне времени. Но мне очень хотелось бы узнать, появится ли у моего мальчика, – на этом слове Белладонна хмыкает, – та, с которой он будет счастлив, – шмыгнув носом, ба утирает платком уголок глаза, в котором сухо.

– Кхм, я вас поняла, уважаемая…?

– Аглая Рудольфовна, – представляется ба.

– … уважаемая Аглая Рудольфовна. Мне нужно вас посмотреть, – Белладонна воровато стреляет в меня углями, стараясь не пересекаться со мной глазами.

– Пожалуйста, – откидываюсь на спинку стула и расплываюсь в своей самой сексуальной улыбке, от которой девушки сбрасывают трусики и оставляют на них номера своих телефонов. – Что снимать? – хватаюсь за пряжку ремня.

– Кхм, кхм, кхм, – закашливается прохвостка, и я сквозь тонну штукатурки замечаю пунцовые щеки.

Даже так? Белладонна смущается?

А вот интересно, все эти ясновидящие товарищи занимаются сексом? Или они получают удовольствие от высшей энергии?

– Илюша, – тоном училки делает замечание ба.

– Ничего снимать не надо, – тонко лепечет девушка. – Мне нужно обменяться с вами энергий.

– Прямо здесь? На этом диване? – откровенно веселюсь я.

– Илюша! – вспыхивает ба. О да, бабуль, твой внук уже не сопливый пацан с разбитыми коленками.

– Илья Ива… кхм! Дайте, пожалуйста, вашу руку, – протягивает раскрытую ладонь.

– Вообще, – задумчиво скребу подбородок, – она мне самому нужна. Ну так уж и быть, – под тихий смешок Белладонны вкладываю свою лапу.

От прикосновения прохиндейка вздрагивает. У нее прохладная ладошка и очень тонкая, просвечивающая венозный рисунок, кожа.

– Ваша рука тоже понадобится, – просит Рудольфовну, которая успела заскучать, потому что процесс стал происходить без ее участия.

Воодушевившись, ба подбирается и вытягивает свою сухожилистую конечность. Мне бы очень хотелось пошутить на тему коллекционирования человеческих костей, но, когда Белладонна крепко сжимает мою ладонь, меня пробирает, окатывая волной мурашек.

– Давайте возьмёмся за руки и образуем круг Тантры*, – вещает гадалка. – Таким образом, мы воззовём сильную энергию. Закрываем глаза и пробуем расслабиться.

Моя левая рука вложена в ладонь шарлатанки, а правая начинает сыреть от соприкосновения с потливой рукой Рудольфовны. Бабуля радостно закрывает глаза и выпрямляется, давая понять, что происходящий абсурд ей нравится.

Перевожу внимание на Белладонну, которая, в свою очередь, разглядывает меня. Жду, когда она прикроет веки, но, видимо, девушка ждет того же от меня.

Ладно. Улыбнувшись, закрываю.

– А теперь… кхх-кхм, – понижает голос пройдоха, – мы все вместе протягиваем такой звук «Ом-ммммммм». Давайте попробуем. Омммм…

Шта?

Приоткрываю один глаз и подглядываю. Эта девица тоже палит на меня одним глазом и … ржет? Ржет?

Миг, и ее губы вновь принимают вид двух параллельных узких линий, пока Рудольфовна единственная среди нас старательно вытягивает «ооомммммм».

Че за фигня? Мы на сеансе у ясновидящей или на медитации у неумелого подмастерья йога?

– Илья Ива… э-э… Илья, я вас не слышу, давайте – «оммммм», – выгибает бровь и закрывает глаза.

В то время, пока они с ба усердно мычат и призывают сильную энергию, я открываю глаза и вновь шаркаю ими по комнате. Плотная занавеска слегка приходит в движение и я, невзначай, улавливаю какой-то небольшой темный силуэт, прошмыгнувший от окна к дивану. Моргнув, вновь смотрю в то место, но ничего особенного не примечаю.

– Ох, – вскакивает ба, заставляя Белладонну распахнуть глаза, а меня повернуть к себе голову. – Я почувствовала мягкое прикосновение к пояснице. Вот здесь, – ба вырывает руку из моей ладони и показывает на спину.

– Всё правильно, – одобрительно кивает гадалка. – Так происходит пробуждение Кундалини**.

– Кунди… простите, что? – подаюсь корпусом вперед, заставляя Белладонну смущенно приоткрыть рот.

– Кундалини. Это название энергии, которая поднимается по позвоночнику по семи чакрам, – деловито вещает шарлатанка.

– Я почувствовала! Словно лапка котенка коснулась моей спины. Даже как-то легко стало, – ба передёргивает плечами.

– Продолжаем, – кивает Белладонна, вновь схватив наши руки.

Недоверчиво смотрю на нее и на ба. Может они сговорились, и Рудольфовна ей приплатила, чтобы разыграть спектакль и убедить меня в скорой женитьбе? Ухищрениям ба я уже не удивляюсь.

Взявшись за руки, бабуля с Белладонной продолжают мычать, а я закрытыми глазами думаю. Думаю, что нужно заканчивать этот цирк.

– Вижу! – вдруг басом произносит ясновидящая, пугая до чертиков.

Отпускает наши руки, разрывая круг идиотов.

– Что видите? – настороженно интересуется ба.

– Вижу над вами навес безбрачия, – изрекает Белладонна и сужает глаза до черной полоски, направив на меня.

– Ах! – в ужасе вскрикивает ба и прикладывает ладонь к груди.

– Слава Богу, – выдыхаю и довольно откидываюсь на спинку стула.

– Что ты радуешься? – возмущенно поворачивается ко мне Рудольфовна.

– Теперь у меня есть официальная отмазка, чтобы не жениться, – улыбаюсь бабуле.

Слышу приглушенный смешок напротив.

– Ууу, балбес, – ругается ба. – Уважаемая Белладонна, а можно что-то сделать, чтобы этот навес снять?

– Уважаемая, Аглая Рудольфовна, – голос шарлатанки льется из ее рта словно густая патока. Ооо, ну понятно, сейчас начнётся официальная часть по разводу на бабки. – Всё не так просто.

Мой смех разрезает тишину этой богадельни. Запрокинув голову, я смеюсь и разглядываю паука, свисающего с люстры.

– Бабуль, конечно всё не просто. Прежде, чем задавать вопрос касательно моего спасения, нужно было поинтересоваться, сколько это будет стоить. Я прав? – с вызовом смотрю в черные глаза шарлатанки.

– Ох! – подпрыгивает на стуле ба. – Дорогая Белладонна, любые деньги! Для единственного внука ничего не жалко, – утвердительно кивает Рудольфовна.

Что? Поворачиваюсь к бабуле и хмурю брови. Ну точно двинулась, а я пропустил этот момент.

– Я отказываюсь с вами работать, – шарлатанка резко встает, глядя на меня.

– Ох! – Рудольфовна хватается за сердце и откидывается на спинку стула, при этом не переставая затаптывать мою ногу под столом.

– Я приношу людям свет, мир и добро в их семьи, помогаю и направляю нуждающихся в личной жизни и бизнесе от всего сердца, а не в целях личной наживы. Но я никогда не смогу помочь человеку, который сам этого не хочет и ничего позитивного вокруг себя не замечает. Да вы, Илья Иванович, даже на парах ведете себя как сноб. Ой, – она смотрит на меня так, будто сама в шоке от того, что сказала.

Я смотрю на нее так же.

Какого черта?

– Откуда вы знаете, как я веду себя на парах? – тоже встаю, возвышаясь над столом и над ней.

На ее растерянном лице багровеет замешательство. Белладонна закусывает губу, но мой настойчивый взгляд упорно удерживает.

– Об это мне рассказали ваши энерго-информационные потоки, – сообщает.

– Интересно, – складываю руки на груди. – О чем еще они вам рассказали?

– О том, что некоторым студентам вы не даете спокойно учиться. Намеренно принижаете оценки и не допускаете до экзаменов по каким-то своим принципам, – Белладонна зеркалит мои действия и вызывающе смотрит, задрав аккуратный носик.

Жабы в ее ушах покачиваются, а паук на плече угрожающе машет мне мохнатой лапой.

– Даже так? – выгибаю бровь.

– Ты ей рассказала, что я работаю в вузе? – злобно гаркаю и смотрю на ба сверху вниз.

– Вот те святой крест, сынок, – бабуля поспешно крестится. – Ничего не рассказывала.

И ведь хочется верить. Но… слишком всё это странно.