Весь Кир Булычев в одном томе (СИ) - Булычев Кир - Страница 998

— Кстати, — заметил один из дедов Морозов, — ваше заклинание совершенно не похоже на заклинание. Это глупый стишок.

— Откуда, дядя, тебе знать, какие заклинания настоящие, а какие нет? — спросила Лизавета.

В комнату вошел профессор Колба, без рогов, веселый и довольный, потому что все ученые выглядят довольными, если сделают великое открытие.

— Я всех вас поздравляю с хорошим концом нашей истории, — сказал он. — Но я не вижу среди вас главного негодяя колдуна Парфюмерия. Где он?

Все стали крутить головами, но колдуна не было видно.

И тут граф Другонрав показал шпагой на стул, который стоял у стены.

И все увидели, как этот стул чуть приподнял одну из ножек и сделал шажок. А как известно, стулья сами не шагают.

Все смотрели, как стул медленно идет к двери.

— Это вовсе не стул! — воскликнула снегурочка Лизавета.

— И я думаю, что не стул, — сказал дед Мороз. — Но если он стул, пускай признается, что он стул, и перестанет ходить по комнате.

Стул тут же замер и сделал вид, что он — самый обыкновенный.

— Значит, заклинание подействовало, — сказала Алиса. — И я превратила в стул колдуна-недоучку. А вы, уважаемый дедушка Мороз, думали, что это ненастоящее заклинание. Теперь у графа Дружка и снегурочки Лизаветы будет стул-колдун.

Все засмеялись, а снегурочка вдруг сказала:

— Ни в коем случае! Неужели вы думаете, что я могу сесть на живого человека? А вдруг он меня ущипнет?

Граф Другонрав согласился со своей невестой.

— Мне бы тоже этого не хотелось, — сказал он. — Особенно если он примется ходить из комнаты в комнату.

— Тогда выкиньте его в окно, — заявил профессор Сидор Гаврилович. — В снег!

— Как можно! — воскликнула добрая Лизавета. — Во-первых, он ушибется. Во-вторых, он обязательно простудится.

— Ни в коем случае! — возразил профессор. — Во-первых, стулья не ушибаются. К тому же под окном растут кусты. А во-вторых, стулья не умеют простужаться. Им же чихать нечем! Пускай полежит с недельку.

— Почему с недельку? — спросила Алиса.

— Потому что здешнее колдовство непрочное. Через несколько дней стул снова станет колдуном. Но не советую пускать его в замок.

— Вы правы, — согласился Другонрав. — Прощай, неуч и предатель!

И, размахнувшись, он выбросил стул в окно. Алиса могла бы поклясться, что стул на лету попискивал. Хотя, как известно, стулья не пищат.

— Вот и все, — сказал граф Другонрав. — Я хотел сказать большое спасибо моим новым друзьям. Без вашей помощи мне бы не вернуть мою любимую Лизавету и мой замок.

— И мы бы сгинули по чужим планетам, — хором сказали деды Морозы.

— Жалко, — сказал профессор. — Мне очень жалко, что ты, Дружок, оказался не собакой, а графом. Я к тебе привык… как к собаке.

— Мы подарим вам щеночка, — сказала снегурочка Лизавета.

— А чего бы ты хотела, Алиса? — спросил граф.

— Вы же знаете, — сказала Алиса. — Вы же помните, о чем меня просила наша учительница Полина?

— Конечно! — воскликнул молодой граф. — Как же я мог забыть?

Он обернулся к отцу Лизаветы и сказал:

— Алису очень просили пригласить в Москву на Новый год настоящего живого деда Мороза и настоящую снегурочку. Можно ли мне вас попросить сходить на Землю. Это недалеко — у меня в замке есть шкаф, через который можно попасть на Землю.

— И не думай просить! — сказал дед Мороз.

И Алиса испугалась, что он сейчас откажется.

— И не думай меня просить, — повторил дед Мороз. — Ведь дед Мороз — это благородная обязанность. Все деды Морозы с удовольствием выступают перед детьми и приносят им подарки. Мы все собираемся в путь. И будем счастливы начать со школы, в которой учится наш друг Алиса.

Дед Мороз взял Алису за руку.

Снегурочка Лизавета взяла Алису за другую руку.

Профессор Колба, обнимая микроскоп, пристроился сзади.

Граф Другонрав раскрыл дверь волшебного шкафа, и они по очереди вошли в него.

Граф закрыл дверцы. И крикнул вслед:

— Лизавета, возвращайся поскорее! Я скучаю без тебя.

— Жди, вернемся! — ответила Лизавета.

Алиса на планете загадок

Алиса Селезнева с папой возвращались на корабле «Пегас» из космической экспедиции за редкими животными для Московского Космозо.

Может быть, вы еще не знаете, что Космозо — это космический зоопарк, который откроют в Москве через сто лет. Космозо — одно из самых удивительных мест в Галактике. Сюда прилетают туристы и ученые со всего Млечного Пути.

Для того чтобы поддержать славу Космозо, каждый год его директор профессор Селезнев улетает в экспедицию на дальние планеты. Иногда он берет с собой дочку Алису.

Вот и на этот раз экспедиция была удачной. Настолько удачной, что даже механик Зеленый, страшный пессимист, от которого радостного слова не услышишь и который вместо «Как поживаете?» всегда говорит: «Что у нас плохого?», на этот раз заявил, что бывал в экспедициях и похуже. А это в его устах — похвала высшего разряда!

В клетках, аквариумах, на мягких подушках и на искусственных облаках в Космозо летели шестьдесят шесть животных. Обо всех и не расскажешь. Но о некоторых стоит хоть два слова сказать.

Например, вы когда-нибудь слышали о Пузике Гигантском? Я тоже раньше о нем не слышал. Он лежит на полке в трюме «Пегаса». Похож он больше всего на синюю горошину с глазками. Но стоит ему увидеть страшный сон, Пузик глубоко вздыхает и надувается воздухом. Он становится шаром размером с медведя. В такие грустные моменты к нему ни в коем случае нельзя подходить. Ведь у него такая тонкая шкурка, что дотронешься пальчиком — лопнет редкое животное!

В том же трюме в уголке спряталась Чихалка с Валипуки Двойной. На Валипуке, как всем известно, — страшные сквозняки. От этого чихалки всегда простужены. И чихают они так сильно, что выворачиваются наизнанку. А чтобы не погибнуть, они вырастили себе ноги, глаза, уши и даже короткую шерсть внутри тела. Так что теперь им нестрашно: чихнул, вывернулся наизнанку и дальше побежал. Снова простудился, снова чихнул, снова вывернулся наизнанку…

В отдельной каюте на двух подстилках лежат половинки собак с планеты Пенелопа. Именно так! На той планете живут собаки, которых целиком никогда не увидишь. Передняя половинка собаки живет сегодня, а задняя — вчера. Они и сами себя никогда еще целиком не видали.

О ком еще рассказать? Есть на «Пегасе» клетка с редчайшим животным — Бумбаисиком непрозрачным. На клетке написано: «К сожалению, Бумбаисик непрозрачный вымер. Последнего убили охотники тридцать лет назад». Сами понимаете — никого в той клетке нет.

А вот в клетке Стрелка желтоголового висит пробочная мишень. Стрелок похож на дикобраза. У себя на родине он охотится так: увидит мышь — поворачивается к ней боком, стреляет длинной иголкой. И убил! Стрелок желтоголовый может попасть иглой в мышь на расстоянии в сто шагов. А так как на корабле ему скучно, он тренируется, стреляет иголками в мишень.

Всего животных на корабле было шестьдесят шесть. И всех надо было купать, кормить, чистить, развлекать, так что члены экипажа «Пегаса» — профессор Селезнев, его дочь Алиса, механик Зеленый и капитан Полосков — были заняты с утра до вечера.

А когда подлетали к Солнечной системе и уже вздохнули с облегчением, надеясь как следует выспаться дома, приемник космической связи включился и на его экране появилось чудовище, подобного которому даже в Космозо нет.

— Кто живой на «Пегасе»? — громовым голосом спросило чудовище. — Почему никто не радуется, что я вам позвонил?

— Еще как радуемся, Громозека! — закричала Алиса. — Где ты, что делаешь, когда прилетишь в гости?

Большой друг Селезневых космический археолог Громозека расхохотался от радости. Он обожает Алису.

Громозека немного похож на лилового слона, только вместо передних ног у него несколько пар толстых щупальцев, у него восемь круглых глаз, каждый с яблоко, а в его пасти мог бы уместиться мотоцикл, если бы Громозека питался мотоциклами.