Весь Кир Булычев в одном томе (СИ) - Булычев Кир - Страница 920

Они запили еду слабым, почти безвкусным чаем. Нет, этот обед Алисе определенно не понравился.

Тут прибежала темно-вишневая миссис Помидор и принесла конверт, склеенный из толстой бумаги. На нем было написано: «Доктору Флибустьеру в собственные руки».

— Я пришлю за ответом человека, — сказала хозяйка гостиницы. — Или в крайнем случае сама прибегу.

Глава 17

Миссис Помидор дала Алисе с Жанной провожатого — мрачного вида детину с большой палкой. За всю дорогу он не произнес ни слова.

Сначала они шли по большой улице, им встречались повозки, всадники, телеги и немало пешеходов, но потом они свернули в узкую улочку, где можно было, расставив руки, достать до стен, а сверху даже свет почти не проникал, потому что верхние этажи домов буквально соприкасались. Ты мог бы протянуть из своего окна руку и утащить у соседа напротив с подоконника недоеденный арбуз.

Идти приходилось, глядя под ноги, потому что жильцы нередко выливали прямо на мостовую помои и выбрасывали огрызки и кости.

Затем улица стала пошире, и с одной стороны началась высокая кирпичная стена. Через несколько шагов в стене оказались деревянные ворота, стянутые железными полосами.

Провожатый постучал дубинкой в ворота и, не говоря ни слова, ушел.

В воротах открылось окошко, и кто-то спросил:

— Какой недобрый ветер занес вас в наши края? Сознавайтесь и уходите подобру-поздорову.

— Мы пришли сами, без всякого ветра, — ответила Алиса. — Нам хотелось поговорить с самим доктором Флибустьером.

— О чем же?

— О жизни, — сказала Алиса. — О ядах, о науке, о драконах и о моей подруге, которая пропала без вести.

— Сейчас доложу господину, — откликнулся скрипучий голос.

Прошло больше минуты, а может, и все десять — на этой темной, глухой улице время тянулось еле-еле. Слуга вернулся, и ворота со скрипом раскрылись.

— Заходите, — сказал сутулый старик, опиравшийся на тяжелую палку. — Заходите, только ноги вытирайте. Не могу же я за каждым приходящим-уходящим пол мыть!

— На улице сухо, — ответила Жанна д'Арк, которая вообще не любила, когда ей делали замечания. Старик ничего не сказал и повел их по узкой лестнице на второй этаж.

Там обнаружилась просторная комната с высоким потолком. У камина стоял молодой человек в черном камзоле с книгой в руке. И вид у него был такой, словно он специально взял книжку в руку, чтобы гости видели, какой он образованный. За его спиной стоял шкаф, набитый книгами, и полки с различными чучелами и склянками.

— Рад вашему визиту, — сказал молодой человек и поклонился. — С кем имею честь?

— Я знатная дама, — ответила Жанна, — а это моя юная подруга. Я не могу открыть вам свое имя.

— Жаль, — пожал плечами молодой человек. — А меня называют доктором Флибустьером.

Окна в доме доктора были очень узкие, как и во всех лондонских домах, поэтому в комнате царил полумрак. Но Алиса все же разглядела молодого человека. У него было чистое белое лицо, большие внимательные глаза и полные губы. Если бы не слишком большой нос и длинные черные усы, Алиса бы назвала его красавцем. Алиса вообще неплохо разбирается в людях и уж точно знает, кто красивый, а кто уродливый.

— Я принесла вам письмо от нашей хозяйки, — сказала Жанна.

— У вас есть хозяйка?

— Вы меня неправильно поняли. Я имею в виду хозяйку нашей гостиницы, — улыбнулась Жанна.

— Что ж, давайте, — вздохнул молодой человек. — Я так надеялся, что вы — исключение.

Жанна передала ему конверт от миссис Помидор и спросила:

— А на что вы надеялись?

— Я думал, что вы хотите узнать у меня что-то очень хорошее. Или хотя бы неплохое. А вам, оказывается, нужны только гадости.

Он разорвал конверт, и из него выпала на пол серебряная монета.

Алиса подняла ее, но мистер Флибустьер не заметил монеты. Он читал письмо. Потом с негодованием кинул его на стол и воскликнул:

— Скажите своей миссис, что я не убийца и ядами не торгую!

— Это вам деньги? — Алиса протянула ему монету.

— Отнесите этот шиллинг обратно! Я же повторяю: я не наемный убийца!

— Почему вы так сердитесь? — спросила Жанна.

— А вы разве не знаете, что написала мне ваша хозяйка?

— Ума не приложу, — пожала плечами Жанна.

Флибустьер снова взял письмо и прочел вслух:

— «Уважаемый и дорогой доктор Флибустьер. Посылаю вам серебряный шиллинг и довожу до вашего сведения, что у меня есть сосед, дом которого мешает расширить мой постоялый двор «Новый Константинополь» на благо гостей нашего замечательного города. Этот сосед, Джон Джонс-младший, отличается отвратительным характером, и совершенно непонятно, почему его до сих пор земля носит. Я думаю, что, если бы он умер не спеша и без мучений, все в Лондоне вздохнули бы с облегчением. Пожалуйста, помогите несчастной вдове королевского гвардейца. Бутылочку с ядом для мистера Джона Джонса-младшего передайте через вашу племянницу и маркизу Инкогниду. Преданная вам миссис Джоан Меркъюри».

На этот раз Флибустьер кинул письмо на пол и наступил на него, как на горло какой-то гадине.

— Значит, вы еще и моя племянница? — Он злобно посмотрел на Алису.

— Мы вас искали, — призналась Алиса. — И сказали ей, что вы наш дядя, поэтому мы вас и ищем. Разве это так преступно? А она нам с собой письмо дала. Только не сказала, что в нем написала.

— Ясно, — сказал мистер Флибустьер. — И кого же вам надо отравить?

— Нам? Никого.

— Зачем же пришли?

— Наконец-то, — сказала Жанна. — Не знала я, что в Лондоне живут такие негостеприимные джентльмены.

— А у вас во Франции все лучше воспитаны?

— Как вы догадались, что я француженка? — удивилась Жанна.

— По цвету глаз, — ответил доктор Флибустьер, но Алиса поняла, что доктор шутит. Он угадал национальность Жанны по акценту.

— Значит, вы на самом деле… — Алиса никак не могла подобрать необидного слова. — Значит, вы и в самом деле специалист по отравлениям?

Доктор Флибустьер молчал, и поэтому Алисе ничего не оставалось, как продолжить:

— Нам сказали, что вы умеете делать яды.

— И еще что вам сказали?

Глаза у доктора сделались печальными, и Алиса поняла: ему очень горько слышать, какие страшные вещи о нем рассказывают.

— Но нас совсем не интересуют яды, — сказала Алиса.

— А что же? — Доктор повернулся к Жанне. Наверное, подумал: вот мама девочки, она все и скажет.

Но ведь Жанна ничего не знала, поэтому, как очень честная и искренняя женщина, она ответила:

— Я оказалась здесь совершенно случайно. Мы с Алисой бежали от страшной опасности. Теперь я ее охраняю.

— Охраняете? — усмехнулся доктор.

Он видел перед собой невысокую худенькую молодую женщину, которой на вид и меча не поднять. Где ему было знать, что под этой скромной внешностью, в этом худеньком теле скрывается боевой рыцарь, пронзавший мечом мужчин втрое больше себя.

Алиса видела, как трудно Орлеанской деве сдерживаться.

«Ужасная жизнь! — подумала она. — Какая ужасная жизнь! Всегда скрываться, таиться…»

— Порой я думаю, что лучше умереть, — как бы услышав мысли Алисы, сказала Жанна.

— Почему? — спросил Флибустьер.

— Потому что моя жизнь не удалась.

Доктор Флибустьер снисходительно улыбнулся.

— Миледи, — сказал он, — как мудрый человек и большой ученый, я могу сказать, что знаю вашу тайну и причину вашего расстройства! Но я уверен, что все еще обойдется.

— Ой! — воскликнула Жанна. — Не может быть, чтобы он догадался! Бежим отсюда, Алиса!

— Я не желаю вам зла, прекрасные дамы, — сказал доктор Флибустьер. — У меня самого жизнь не сложилась. Но я креплюсь.

Алиса крепко схватила Орлеанскую деву за руку и спросила доктора:

— А что вы знаете про мою тетю?

— Я знаю, что она была в тюрьме, где ее пытали, как поступают со всеми ведьмами. Потом ее выпустили на волю, наверное, ее выкупил кто-то из родственников или она убежала.