Весь Кир Булычев в одном томе (СИ) - Булычев Кир - Страница 900

В то же мгновение она ощутила горячее дыхание зверя!

Все!

Голыми руками с ним не справиться!

И в этот момент Алису оглушил дикий свист.

Сверху, похоже с вершины дуба, свалилось страшное, темное и мохнатое существо, похожее и на медведя, и на человека.

Чудовище завопило:

— Ййеех!

И принялось быстро-быстро кружиться, выбрасывая ноги и руки, как четырехрукий боксер.

Волки завизжали, словно побитые собаки, и кинулись врассыпную. А Алиса так и осталась стоять, прижавшись спиной к дереву.

— Ну как? — спросило чудовище. — Не повредилась?

Алиса подумала: раз ее спрашивают, да еще спокойным голосом, значит, пожирать не намерены.

— Со мной все в порядке, — сказала Алиса. — Сейчас пойду дальше.

— И куда же ты, прости за любопытство, пойдешь? — спросило мохнатое чудовище.

— В Москву! — ответила Алиса. — Мне говорили, что тут недалеко.

— Далеко-недалеко, но верст двадцать будет. Ты туда как раз к рассвету дойдешь, только сомневаюсь я.

— Почему же?

— А потому что в лесу еще волки есть. И медведи, все захотят на тебя поохотиться.

— А куда же мне деваться? — огорчилась Алиса.

— Эх, не хотелось мне этого делать, и товарищи мои будут сердиться, но, видно, ничего не поделаешь — пошли к нам.

— Куда же это — к вам?

— Вот придешь, там и увидишь.

Алиса поняла, что надо слушаться. У нее не было другого выхода.

Чудовище поспешило в глубь леса, а Алиса семенила за ним, стараясь не спотыкаться о торчащие из земли корни.

— Нам долго идти? — спросила Алиса.

— Пока не дойдем, — откликнулось чудовище.

— Хорошо бы поскорее, — сказала Алиса, — а то я что-то устала.

— Еще бы, — согласилось чудовище. — С волками наперегонки бегать — это не каждый сможет!

Алиса решила не обижаться и спросила:

— А вы в лесу живете?

— Как будто не знаешь, — ответило чудовище.

Стало совсем темно. Свет луны с трудом пробивался сквозь ветви деревьев. Алиса видела перед собой только мохнатую спину чудовища. Оно шло странно — переваливалось, как медведь или, может, как горилла.

А что, если это первобытный человек? Последний неандерталец?

— Вы, очевидно, троглодит? — спросила Алиса.

— Чего-чего?

Чудовище сразу остановилось, и Алиса уткнулась в его теплую мохнатую спину.

— Ты откуда слово такое знаешь? — спросило чудовище.

Оно обернулось, но Алиса в темноте не смогла его разглядеть.

— Обычное слово, — сказала Алиса. — Жилец пещер, первобытный человек, может быть, даже неандерталец.

— Ну ты даешь! — восхитилось чудовище. — Как тебя зовут?

— Алисой. А вас?

— Чаще всего меня называют лешим, — сказало чудовище, — но порой зовут хозяином леса, дядюшкой, словом, кто как…

— Никогда в жизни не видела лешего. То есть в эпохе легенд видела, а вот в обычном измерении, в реальности — нет, не видела, — призналась Алиса.

— Ну и дела! — пробормотал леший. — «Обычное измерение»… Откуда только такое в твою головку попало? Это надо будет тщательно проверить.

Последние слова лешего прозвучали как-то зловеще. Нехорошо прозвучали.

И тут они вышли на поляну.

Небольшая поляна в лесу была бы обыкновенной, если бы не избушка, которая возвышалась точно посредине.

Это была обычная древняя изба, но стояла она не на земле, как положено, а на гигантской, с Алису ростом, куриной ноге.

Вот это уже никуда не годилось.

И я объясню вам почему.

Конечно, все знают, что существовала эпоха легенд. Как раз между третьим и четвертым ледниковыми периодами. И в ту отдаленную эпоху на Земле жили волшебники, ведьмы, лешие, драконы — кого только не было. Обитатели всех сказок, оказывается, когда-то жили на самом деле, и первобытные люди, которые их застали, запомнили их, а потом рассказали о них своим детям, а те поведали своим внукам и так далее. И чем больше проходило лет, тем сказочней казались эти истории.

А потом, когда в теплых странах наступили холода и навалились ледники, сказочные существа вымерли — они же огонь развести не могли, дома строить не умели. А если такой волшебник и возведет дворец, то с восходом солнца чудесные дворцы, как правило, рассыпаются в порошок. Они же построены не из кирпичей, а из заклинаний. А заклинания не греют.

Только люди, построив печки и посеяв пшеницу, смогли пережить холода.

Теперь понимаете, почему Алиса удивилась?

Она же знала, что попала не в эпоху сказок и легенд, а в нормальный пятнадцатый век, в обычное время. Тут не должно быть избушки на куриной ноге и не может быть никаких леших!

— Это неправильно! — сказала Алиса.

— Правильно, правильно, — ответил леший и громким противным голосом произнес: — Избушка-избушка, повернись к лесу задом, а ко мне передом!

«Говорит, что надо, — подумала Алиса. — Но все равно это розыгрыш!»

Избушка медленно, со скрипом начала поворачиваться.

Вот показалась низкая дверь.

В двери стояла Баба-яга.

Алиса догадалась, что это Баба-яга, не только по согнутому силуэту, но и по отвратительному ведьминому голосу.

— Кого ночью по лесу носит? — спросила Баба-яга. — Кому не спится? Кто честных людей осмелился будить? Растерзаю!

— Да погоди, бабка, — ответил леший. — Я же леший, неужто не узнаешь?

— Может, и узнаю. А с тобой кто?

— А вот ты пусти нас в избу, тогда и поговорим.

— Вижу плохо, — откликнулась ведьма. — Вроде бы человеческий детеныш, человечьим духом пахнет! Зачем сюда привел? Хочешь нашу тайну людям передать?

— Кончай ты свои речи! — рассердился леший. — Опускай лесенку, комары заедают!

И тут Алиса поняла, что леший прав. Она так волновалась, что не заметила, как злобно нападают на нее комары.

— Ну ладно, только проверь, нет ли у нее с собой пистолета! — сказала Баба-яга и через секунду опустила лесенку, по которой Алиса с лешим поднялись наверх.

В избе было тесно, в углах пыль и паутина, черный ворон сидел на перекладине под потолком, черный кот сразу начал ластиться к Алисе, словно узнал в ней хозяйку.

Баба-яга оказалась и в самом деле древней и весьма неприятной особой. Лет ей было на вид сто пятьдесят, к тому же она не вставила себе искусственные зубы, а настоящих у нее осталось всего два — один сверху и один снизу.

— Ну что, будем ужинать? — спросила старуха. — Спасибо, что ты, старый греховодник, мне сегодня ужин на дом привел. А то лови, хватай детишек. Устала я в моем возрасте по лесам бегать, за углами подстерегать. Я уж думаю порой: а не перейти ли мне на растительную пищу? Ты как считаешь, леший?

— Главное — ребенка не пугай. Ее уж волки так напугали, что ей теперь никакая Баба-яга не страшна.

— В самом деле я тебе не страшна? — спросила Баба-яга и захохотала.

Алисе этот хохот не понравился. Кто их знает, этих ведьм? Ведь недаром же они в сказках малышей в котлах варят.

Алиса огляделась.

Избу освещали лишь две свечи на столе. Но они давали достаточно света, чтобы понять: печка в избе есть, а вот большого котла, чтобы сварить в нем человека, нет.

Но хитрая Баба-яга догадалась, куда смотрит Алиса, и быстро ответила на вопрос, которого Алиса и задать-то не успела:

— А мне большого котла и не надо! Я сначала вашего брата на куски режу, а уж потом в кастрюлю закладываю, да с лучком и перчиком!

— С перчиком? — удивилась Алиса. — А ведь еще Индию не открыли!

— Вот именно, — вмешался леший. — Я неоднократно предостерегал от анахронизмов!

— Чего-чего? — воскликнула ведьма.

— Да так, случайное слово, — смутился леший.

«Странный этот леший», — подумала Алиса. И от волков ее спас… А зачем лешему человека от волков спасать, если леший — хозяин леса и волки ему как младшие братья? Любую сказку прочти, там об этом сказано. Привел ее сюда и вроде бы сам не очень верит в злодейство своей подруги.

— Простите, — спросила Алиса у Бабы-яги, — а вы на самом деле едите детей?

— Разумеется, — ответила ведьма.