Весь Кир Булычев в одном томе (СИ) - Булычев Кир - Страница 1224

Два пьяных сатира, видно, сильно замерзли за ночь, выбежали из леса и стали зазывать в гости. Хирон строго спросил у этих бездельников, когда проезжал здесь отряд чужих людей.

— С ними ехал благородный Тесей, — сказал один из сатиров. — Он был печален.

— И рядом с ним ехала красивая женщина, такая нежная, что я не посмел бы обнять ее, — сказал второй сатир. Они глупо смеялись и топали козлиными ногами. Скоро они скрылись за деревьями.

Молодой кентавр хорошо читал следы и потому ехал первым.

— Вот тут они останавливались, спорили, совещались, как ехать дальше. Вот следы царя Тесея — подкова его коня несет на себе изображения змей. Царь спорил… но они его уговорили.

— Скоро ли? — спросила Кора.

— Теперь надо молчать, — сказал Фол. — Звуки здесь разносятся далеко.

Кентавры осторожно ступали по мерзлой земле. Они шли рысью рядом с дорогой, не спуская глаз со следов.

Внезапно молодой кентавр поднял руку.

В этом месте следы их противников отделились от основной дороги и по узкой тропинке углубились в лес. Тропинка шла все выше. И становилась круче.

Кора хотела сказать, что слезет с Хирона. Почему-то ей показалось, что так будет лучше. И в этот момент из скопления черных, голых, кое-где с бурыми листьями кустов вылетела стрела. Она пролетела над плечом молодого кентавра, который с удивлением и слишком поздно повернул голову, следя за ее полетом, скользнула по бедру Коры и вонзилась в ствол дерева.

И совершенно беззвучно. Как во сне.

Тогда Феак сам спрыгнул с кентавра и покатился по земле. Кора инстинктивно последовала его примеру, кентавры, освобожденные от своей ноши, кинулись в сторону, и в ту же долю секунды стая стрел промчалась над прогалиной, где вилась тропинка, и стрелы застучали наконечниками по деревьям или беззвучно падали на снег.

Если бы кто-то из магнетов, сидевших в засадах, охраняя своих господ, не поспешил выстрелить, то она наверняка бы уже была мертвой. И все они…

Но Кора выхватила небольшой меч, что забрала перед отъездом из дома Дедала, обнажили свое оружие и ее друзья.

В сущности, магнетов было не так много, чуть больше дюжины, столько Пирифой смог привести в Афины. Они были убеждены, что ловко подстерегли врагов и убьют их, но когда их залп сорвался, то оказалось, что они, стараясь стрелять наверняка, подпустили кентавров слишком близко, и оттого у них не было времени заложить новые стрелы и натянуть луки. И не было времени, а может, сообразительности кинуть луки и схватиться за кривые кинжалы. Ревущая лавина кентавров — а почему бы трем кентаврам и двум взбешенным людям не оказаться лавиной? — обрушилась на длинноволосых дикарей, опрокинула, разметала их — несколько тел остались на земле, и Кора не заметила и не знала, ударила ли кого-нибудь из них мечом, хоть и хотела этого. Оставшиеся в живых разбежались, но, как ни странно, лес, сдавленный холмами, сожрал звуки этого короткого жестокого сражения, и тишина возвратилась немедленно, как только угас топот последнего из магнетов.

…Они стояли в пустом лесу, перед ними была тропинка, которая вела вверх.

Светило зимнее солнце, высоко в небе парил орел, ветер был свежим и бодрым.

«Я понимаю, что за чувство движет мною, — подумала Кора, — это чувство шахматиста, который увидел верный выигрыш в партии, и, хотя соперник еще сопротивляется, убежденный в возможности выкрутиться, ты знаешь игру на несколько верных шагов вперед».

— Пошли? — спросила Кора. Один из магнетов застонал. Он держался рукой за живот, и вокруг него было много крови.

— Добить его? — спросил молодой кентавр.

— Они вернутся за ним и добьют, если нельзя донести до дома, — сказал Хирон.

Они начали подниматься, и вскоре деревья расступились и перед ними образовался покатый подъем к вершине скалы, которая с той, дальней, стороны обрывалась вниз.

Они остановились. Впереди, на краю обрыва, стоял Тесей. Остальные были там же — все, включая Медею. Они окружили Тесея полукругом, так что Пирифой стоял сзади, Ариадна и Медея по краям, а незнакомец в шлеме-маске разговаривал с Тесеем, сообщая ему что-то неслышное на таком расстоянии. Как они заманили его сюда?

Тесей не согласился с чем-то и опустил руку на рукоять меча, но не успел — Медея выхватила меч раньше и отбежала, смеясь. Тесей шагнул к ней, но был настороже. Он, видно, понял, что попал в ловушку.

…Не сговариваясь, Кора и кентавры шли вперед молча, чтобы не спугнуть врагов.

Но все же человек в шлеме-маске что-то услышал, быстро обернулся — глаза его сверкнули сквозь разрезы бронзы — и крикнул что-то Пирифою. Кентавры и Кора с Феаком ринулись вперед, но Пирифой успел толкнуть его. Тесей не удержал равновесия — слишком силен и неожиданен был толчок. Он поднял руки в тщетной попытке удержаться на краю, и тогда человек в маске толкнул его еще раз, хоть и не сильно…

Тесей с криком исчез с обрыва.

— В стороны! — закричала Ариадна.

Четверо убийц побежали в разные стороны, и лишь Кора поняла причину паники, прозвучавшей в голосе герцогини: если они последуют за Тесеем, то погибнут так же наверняка и навсегда, как Тесей.

Они разбегались как зайцы по вершине скалы, вламываясь в кусты, что росли там с боковин скалы, но Кора и ее друзья не стали их преследовать.

Потому что бежали прямо к обрыву.

Они замерли на самом краю.

Внизу, страшно далеко, они разглядели золотистый отсвет бронзовых игл.

Но не увидели тела Тесея, пронзенного насквозь этими иглами.

Тесея не было.

— Хирон, — взмолилась Кора, — у тебя же глаза как у орла…

— Его нет там, — сказал кентавр. — Что-то случилось.

— Может, там куст, незаметный отсюда и он зацепился за него? — спросил Феак.

И тут большая, но легкая тень пронеслась над площадкой.

Громадная белая птица, из последних сил взмахивая крыльями, пролетела над площадкой и уронила свою тяжелую ношу на снег.

Тесей лежал на площадке.

Дедал, не сложив крыльев, опустился рядом с ним и сказал:

— Вот уж не думал, что смогу его поднять.

— Как? Почему? — закричала Кора.

— Я успел подлететь и увидел, как они его скинули. У меня новые крылья. Стоило же их испытать.

Они подошли к Тесею. Он открыл глаза, нашел Кору, обрадовался ей.

— Все-таки ты жива, хвала богам, — сказал он.

— Мой друг Дедал, что на самом деле подвигло тебя на столь рискованный и героический поступок? — спросил Хирон. — Это настолько не в твоем характере…

— Уважаемая госпожа Кора, — Дедал перевел дух и проверил ремни, которыми крылья были прикреплены к его телу, — смотрите, как я все рассчитал. Я не повторяю ошибок дважды.

— Дедал! — Хирон вышел из себя. — Говори, почему ты здесь?

Изобретатель обернулся к Коре. Он не просил, а объяснял — воспитанный человек среди друзей.

— Уважаемая госпожа Кора обещала показать мне, каким образом можно улучшить зрение, когда я смотрю на малые предметы. Если она не солгала, то такой дар с ее стороны стоил небольшого полета к скале Партены.

— Ты, как всегда, расчетлив, — сказал Фол.

— Разумеется, мой друг. Потому я велик и буду великим в памяти человечества, а тебя скоро забудут.

— Не все, — сказала Кора.

Тесей сел и потряс головой, как бы приводя в порядок ее содержимое. Феак помог ему подняться на ноги. Молодой кентавр подобрал его меч и принес царю.

— Спасибо, Тесей, — сказала Кора.

— Мы квиты, — улыбнулся молодой царь. Но молодой ли? Кора увидела лицо человека, умудренного суровой жизнью. Сколько тебе лет, Тесей?

Дедал тронул ее за локоть. Глаза его были такие же, как у голодного кота.

— Для этого, — сказала Кора, — надо взять кусок стекла. Допустим, шар. — Дедал внимательно слушал ее. — И затем надо будет шлифовать его до тех пор, пока не получится линза. Линза — это вот что. — Кора нарисовала линзу пальцем на снегу. — Мы смотрим как бы сбоку на плод твоей шлифовки. И от того, насколько линза плоская, она будет по-разному увеличивать…