Весь Кир Булычев в одном томе (СИ) - Булычев Кир - Страница 1057

— Мне приятно, что ты мне по крайней мере не врешь. Мне все врут. Одни из корысти, другие от страха. Он тебе кажется другим?

— Вот именно. Он совсем другой. Как будто моего Артема подменили… Ваш Артур даже не знает простых вещей, которые знал Артем. Как это можно объяснить?

Ко была сама доверчивость. Но князь не был готов ответить взаимностью.

— Так нельзя говорить о законном муже, — ответил он и с сожалением отставил банку. Он кашлянул, и тут же из глубины подвала возникла знакомая Ко официантка, которая несла большую дымящуюся кружку черного кофе. Запах был сказочно приятен. На Детском острове кофе был жидким, без кофеина, так как госпожа Аалтонен полагала, что дети слишком возбуждаются от настоящего кофе. Ко захотелось, чтобы ее тоже угостили этим приятным напитком, но никому это не пришло в голову. Тем более что официантка смотрела на нее взглядом гюрзы, которая еще точно не знает, как лучше вонзить свои ядовитые зубы в пробегающего мимо тушканчика.

— Законный муж подарен тебе богом, то есть мною, — сказал Вольфганг, отхлебывая кофе. — Он как судьба. Единственное, чем я могу тебе помочь, — придержать его на расстоянии от тебя, пока ты не воссоединишься с папашей.

— Спасибо, — сказала Ко. — Я даже не ожидала от вас такой заботы.

Князь задумчиво почесал тугой, обтянутый лиловым халатом живот.

— Я буду с тобой откровенен, — ответил он. — С детьми и девушками откровенность часто окупается. Ты мне понравилась. Как ты смотришь на то, чтобы стать моей самой сладкой девочкой?

— Что это значит? — Ко догадалась, что это значит, но предпочла показать себя непонятливой.

— Когда станешь, узнаешь, — засмеялся князь. — Не разочаруешься. Многие через это прошли, все потом меня благодарили.

— А мой папа? Мой папа будет недоволен. — О муже она не стала говорить: ясно было, что он пешка в руках князя.

— Ты взрослая, замужняя женщина, — сказал князь. — Твой папа, как разумный человек, согласится с твоей личной жизнью. Иначе мы… иначе мы подадим на него в суд! — Такое решение позабавило князя. — Профессор дю Куврие, ихтиолог и филателист, судится с князем Вольфгангом дю Вольфом по поводу морального уровня его дочери, мадам дю Гросси! Представляешь?

— Мой папа — профессор?

— Профессор, профессор… и отличается слабым здоровьем. Так что его надо беречь. И чем позже он узнает, что его дочка уже замужем, тем лучше для его здоровья!

— Я не понимаю, почему я должна врать.

— По той причине, — пояснил князь, — что твой отец подозрительная недоверчивая сволочь. Он один раз чуть было не получил от меня дочку, теперь на воду дует. Он полагает, что я, князь древнего рода, могу быть мошенником и обманщиком! Какая подлость!

Князь расстроился и принялся ходить по комнате, заложив за спину тугие розовые руки.

— А что случилось? — спросила Ко, которая, к сожалению, догадывалась о том, какой ответ получит.

— Мы ошиблись, — воскликнул князь. — Ну, каждый может ошибиться! Мы нашли девочку, ее звали Кларенс. Мы искренне, повторяю — искренне хотели сделать лучше, хотели подарить этому мерзавцу потерянную дочь!

Слово «искренне» вылетало из уст князя, как отравленная пуля. Его толстые губы отказывались произнести это слово. И любому младенцу стало бы ясно, что во всей Вселенной не найдешь человека, столь далекого от искренности. Князь лгал всегда, когда нужно и когда не нужно… Конечно, Ко не могла знать о том, что в детстве, когда князя звали просто Карлушей, он был славен своей лживостью. Его собственная мама рассказывала, что когда подошло время его родить и она приготовилась к этому, то по истечении всех положенных сроков она услышала тонкий младенческий голосок: «Я уже родился, мамочка!» Мамочка поверила невинному младенцу и встала с ложа. И что же оказалось? Он ее обманул! Он еще не родился и лишний месяц пробыл в утробе матери, где было тепло и уютно, сытно и можно было спать в свое удовольствие. С тех пор Карлуша, а потом и князь Вольфганг делал все только ради собственного наслаждения. Ради этого он лгал, убивал и мучил других. Зато ему самому такая жизнь нравилась.

— И что же случилось? — Ко сразу представилось чучело девушки с аквамариновыми зрачками.

— Документы оказались не в порядке, какие-то сомнения появились у профессора, и он устроил этой глупой акробатке такой допрос, что она раскололась и призналась, что никакая она не дочка, а просто выполняет мою просьбу. Профессор был в бешенстве! Он хотел обратиться в полицию! Он хотел возбудить против нас с Артуром уголовное дело… — Тут князь замолчал, сделал паузу, прикрыл глаза рукой, всхлипнул и закончил так: — Пришлось девушку ликвидировать… Мы не могли себе позволить разоблачений.

— Улетели бы просто так, — сказала Ко, — зачем убивать?

— Она была виновата. Она меня подвела, — отрезал князь. — Виноватые должны быть наказаны. Надеюсь, ты это усвоила.

— Если мой папа такой плохой, почему же вы снова стали искать ему дочку?

— Случайность, — отмахнулся князь. — Чистая случайность. Артурчик встретил тебя, влюбился, женился… так бывает в жизни.

— И оказалось, что я — дочка профессора?

— На этот раз без обмана. Все чисто, комар носа не подточит. Мы нашли настоящие документы. Можешь плясать и радоваться! Ты нашла своего папу!

Князь вновь изобразил на лице умиление.

— Как же вы это сделали? — спросила Ко. — Мой отец вам не поверит.

— На этот раз у нас есть твои генетические карты. Мы получили их на Детском острове. У нас там был свой человек.

— Генетические карты?

— Генетику невозможно обмануть. И если сверить твои генетические карты и карты твоих родителей, то можно уверенно сказать, кто чей сын, а кто чья мама. Но все равно тебе придется постараться и быть хорошей девочкой. Нам понадобилось немало усилий, чтобы он согласился на новую встречу с нами. Он еще не признал тебя, и многое зависит от того, как ты будешь себя вести.

— Как мне хотелось бы верить вам, князь! — вырвалось у Ко.

— А ты верь, верь!

— Что вам нужно от профессора Куврие? — спросила Ко, понимая, что этот вопрос задавать не следовало. — Его деньги? Его дом? Или тут скрывается еще более сложный и зловещий заговор?

— Молчать!

— Почему я должна быть игрушкой в ваших руках? Ведь вы выбрасываете игрушки, когда ими наиграетесь!

— Не терплю возражений! — рявкнул Вольфганг и кинул кружку, в которой оставалась половина горячего кофе, под ноги K°. Кружка раскололась, горячий напиток плеснул на туфли и щиколотки девушки. Было горячо, больно и противно, потому что кофе был сладким, как сахарный кисель.

Ко вскочила — но было поздно.

Князь добродушно засмеялся. Потом оборвал смех и сказал:

— Ты будешь меня слушать?

— Нет, — ответила Ко и пошла прочь из комнаты.

Князь не сразу кинулся за ней. Видно, ее поступок был слишком неожиданным для него.

— Как? — крикнул он вслед… — Как ты смеешь? Назад!

Но Ко уже была в коридоре.

Тяжелый топот и рев медведя раздались сзади.

Ко предпочла не ждать, пока ее растерзают. Она побежала к своей каюте. Вряд ли кто-нибудь придет ей на помощь, кроме самой себя, — муха не в счет, ее можно переломить одним ударом кулака.

Ко успела запереться в каюте за секунду до того, как Вольфганг дю Вольф настиг ее. Она закрыла дверь на старомодную, но надежную задвижку, а хозяин корабля принялся молотить в дверь ногами, кулаками и, возможно, головой.

Сквозь дверь были слышны голоса — видно, там собрался весь экипаж и свита князя. Хотя нет, не вся… кто-то продолжал вести корабль на посадку.

— Внимание, — послышался голос по внутренней связи. — Корабль «Сан-Суси» совершает посадку в космопорте Марсвилля. Всех пассажиров корабля просим занять свои места в каютах и пристегнуться к койкам, чтобы не получить травм при резком торможении.

Тут же удары в дверь прекратились, крики стихли — нападающие во главе с князем разбежались по своим каютам. Видно, князь не стал отменять посадку из-за своего столкновения с непослушной девицей.