Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ) - Балдачи Дейвид - Страница 337

Планы изменились, вот почему. Меня хотели убить, а теперь я нужен им живым. Но зачем?

— Не знаю никого из этого списка. — Он опять солгал Вэнс. — Есть что-то новое по Рику Уинду?

— Причина смерти — удушение. Ему отрезали язык и засунули в глотку, — ответила она. — Послушайте, Роби, если убийство Джейн Уинд и ее мужа связано со взрывом автобуса, у них должен быть какой-то общий знаменатель.

— Единственное, что их связывает, — это пистолет. Но тот, кто был в квартире Уинд, мог просто выбросить его там. Вполне возможно, пистолет не имеет отношения ко взрыву в автобусе.

— Но возможно, что имеет.

— Не упирайтесь в эту версию. Если эти два дела не связаны, то притягивать их друг к другу неразумно. Вы делаете предположения и на основе предположений принимаете решения, которых иначе не приняли бы.

— А как поступили бы вы?

— Работал бы над обоими делами параллельно. Не объединяя их, пока не будет весомых доказательств того, что они связаны.

— Что ж, пожалуй, это разумно.

Роби посмотрел на часы:

— Я хочу поспать хоть несколько часов.

— Вам есть где спать? Если нет, добро пожаловать ко мне.

— Есть. А если уже нет, то попрошусь к вам. Спасибо.

Он пошел к своей машине. Пора наведаться к Джули.

Роби открыл дверь и отключил сигнализацию.

— Джули?

С пистолетом в руке он двинулся по коридору.

— Джули?

Осмотрев три комнаты, он добрался до ее спальни. Открыл дверь. Она спала. Роби закрыл дверь и прошел по коридору в свою комнату.

Зазвонил его мобильный. Это Синий.

— Лео Брум — федеральный служащий. Работает в отделе по связям с общественностью министерства сельского хозяйства.

— Сельского хозяйства? Вы шутите! — воскликнул Роби.

— Нет, не шучу. Я сейчас отправляю вам имейл с его досье. Почитайте. Может быть, найдете что-нибудь.

— Что-нибудь там должно быть, — сказал Роби.

— Так найдите. — Синий закончил разговор.

Раздалось характерное жужжание, и в почтовый ящик Роби пришло описание профессиональной жизни Лео Брума. Он стал внимательно читать документ.

— Ну и что? — сказал он, не глядя на нее. Джули, в пижаме, заспанная, вошла в комнату.

— Вы что-нибудь выяснили?

— Кажется, бомбу заложили, чтобы убить меня, а не тебя.

— Это утешает.

— Лео Брум работал в министерстве сельского хозяйства. А также служил в армии. Война в Персидском заливе.

— И что?

— Помнишь, убили женщину с ребенком? Ее бывшего мужа тоже убили, а он был военным. Возможно, они с Брумом были знакомы.

— Если и были, что такого они знали, что их убили? И как это связано с убийством моих родителей?

— Не знаю. Я пока отрабатываю разные версии.

— А тот, кто взорвал автобус, почему хотел вас убить?

— Я не могу говорить об этом.

Она сказала:

— Могло так быть, что этот мистер Уинд рассказал что-то Брумам, а те — моим родителям?

— Могло. Это моя самая перспективная версия.

— Я тоже хочу ее отрабатывать.

— Ты это делаешь. Ты очень помогла мне.

Она еще постояла, помолчала, потом спросила:

— Как вы думаете, что они сделали с телами моих родителей?

— Вероятно, спрятали так, чтобы никто не нашел, — сказал Роби. — Вспоминай их такими, какими знала. Не думай, где они сейчас, ладно? Не додумаешься ни до чего хорошего.

— Легко сказать.

— Да, конечно, но, по-моему, все же нужно это сказать.

Роби ждал, что она сейчас заплачет. Дети в таких случаях плачут, так, по крайней мере, считается. Сам он, когда был ребенком, не плакал. Но его детство нормальным не назовешь.

Но Джули не заплакала. Даже не всхлипнула. Она холодно и спокойно смотрела на него.

— Я убью того, кто это сделал.

— Убить не так просто, как кажется.

— Поможете мне? Я знаю, вы можете.

Он, помолчав, негромко сказал:

— Джули, это не игра. Ты хочешь их убить. Ладно, я это понимаю. Но ты не сможешь, когда дойдет до дела. И не забывай одну вещь.

— Какую? — спросила она сдавленным голосом.

— Они тоже хотят тебя убить. И как только им представится такая возможность, они не будут колебаться ни секунды.

В два часа ночи, проспав ровно один час, Роби открыл глаза. На цыпочках пройдя в гостиную, приник к телескопу. В глазке появилась Энни Ламберт. Она вышла из своей спальни, прошла на кухню — в черных колготках и в голубой футболке.

Она раскрыла книгу, поставила перед собой баночку йогурта и села читать. Не только у него бессонница.

Он нашел ее визитную карточку и набрал номер мобильного.

— Это Уилл. — В телескоп он увидел, как она выпрямилась. — Не спится что-то. Надеюсь, я вас не разбудил.

— Я не спала. Сижу ем йогурт.

— Вы знаете, с крыши нашего дома открывается отличный вид. Вы там бывали?

— Я думала, туда нельзя. Разве там не закрыто?

— С замками нет проблем, если к ним есть ключи. Как насчет того, чтобы встретиться на лестнице через десять минут?

— Как? Вы серьезно?

— Я не звоню в два часа ночи, чтобы просто пошутить.

— Договорились.

Она нажала отбой, и Роби улыбнулся, глядя, как она вскочила и побежала по коридору — видимо, переодеваться.

Через девять минут он стоял у двери на лестницу. Она надела юбку до колен и блузку. Он повел ее вверх. Когда они подошли к запертой двери на крышу, он достал свои отмычки, и дверь открылась.

— Это ведь не ключ, — сказала она, восхищаясь его ловкостью. — Это ведь отмычка.

— Отмычка — тот же ключ, но под другим названием.

Она вслед за ним поднялась на последние несколько ступенек. Плоская крыша излучала слабое тепло.

Роби извлек из-под пиджака бутылку вина.

— Надеюсь, вы любите красное. — И вынул из кармана два пластиковых стаканчика.

Они стояли на краю крыши, поставив бокалы на стену, которая доходила им примерно до груди. Свежий ветерок мягко овевал их, они пили вино и разговаривали. Совершенно безобидная болтовня; однако Роби немного полегчало.

— Я никогда не делала ничего подобного, — сказала Ламберт.

— А я и раньше сюда приходил, но только один.

— Я польщена.

Роби посмотрел на часы:

— Что ж, будем считать, эту ночь мы отпраздновали.

Он проводил ее до двери квартиры. На прощание она легонько поцеловала его в губы, положив руки ему на грудь.

— Спокойной ночи.

Когда она закрыла за собой дверь, Роби немного постоял, пытаясь разобраться в своих чувствах. Очень, очень давно он не чувствовал ничего подобного.

Через несколько минут Роби был уже в соседнем здании. Проверил, как там Джули: спит. Принял душ, оделся и вышел.

Он ехал по пустынным улицам. Первая остановка — дом Джули.

Оставив машину за квартал, он вошел в дом и, включив крошечный фонарик, дошел до пятна на стене. Стал его изучать. Кровь, никаких сомнений, но полиция может просто не заметить его. А вот Роби это пятнышко много о чем говорило.

Брызги крови — их убрали, убрали все, кроме этого пятнышка на самом виду.

Роби выпрямился. Это пятнышко — послание. Но кому?

Может быть, кому-то из друзей Гетти? Кто захочет обратиться в полицию, но не станет этого делать, узнав, что их убили? Явная натяжка, одернул себя Роби. Предполагаемый друг не увидит этого пятнышка или не поймет, что́ это. А я и увижу, и пойму.

Он обыскал дом, закончив комнатой Джули. В углу валялся плюшевый мишка. Роби взял его, взял фотографию Джули с родителями и положил в свой рюкзак.

Завибрировал мобильный. Это Синий.

— Мы нашли вашего руководителя. Приезжайте посмотреть.

Роби посмотрел на груду черных костей, потом перевел взгляд на Синего. Его белоснежная рубашка была туго накрахмалена, галстук спускался строго вертикально, он благоухал одеколоном. Раннее утро, на часах несколько минут шестого, а он выглядел так, словно готов проводить презентацию перед руководителями пятисот крупнейших мировых компаний по версии журнала «Форчун».