Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ) - Балдачи Дейвид - Страница 1874

Наиболее ясно выразилась «Нью-Йорк пост». «Что, черт побери, происходит?!» — кричал заголовок на первой полосе.

На улицах Америки, так же как и по всему миру, все чаще и чаще происходили стычки. Насилие расползалось по планете, и всем было ясно, что вот-вот должно случиться нечто очень серьезное.

Тем же утром Белый дом ждало еще одно ошеломляющее известие. Все ведущие телевизионные сети Соединенных Штатов получили от агентства Аль-Джазира уведомление о том, что в самое ближайшее время в эфир будут переданы условия похитителей. Представители агентства утверждали, что сообщение произведет умопомрачительный эффект и что ни один человек, включая действующего президента, не будет поставлен заранее в известность о характере требований. Похитители, видимо, хотели, чтобы правительство США узнало обо всем одновременно с согражданами.

Действующий президент Гамильтон распорядился подготовить средства глушения на тот случай, если в эфире прозвучат оскорбительные или нецензурные выражения, и дал соответствующие указания на этот счет Федеральной комиссии связи. А что еще ему оставалось делать? Затем он собрал всех министров, советников и военное руководство, дабы коллективно прослушать объявление.

— Но откуда нам знать, что именно эти люди удерживают Бреннана? Все это может быть всего лишь большим мешком дерьма, — предупредил советник президента по национальной безопасности.

— Именно, — поддержал коллегу министр обороны Джо Деккер.

Деккер был весьма уважаемым членом кабинета; он тщательно продумывал все свои ходы и всегда разыгрывал политическую колоду до конца. Кроме того, он слыл человеком, который не побоится нажать на спуск, и Гамильтон в ходе развернувшегося кризиса во многом полагался на него.

Гамильтон извлек из кармана небольшой листок бумаги и сказал:

— Это было направлено в Белый дом ведущими сетями несколько минут назад. Сопровождение требованиям террористов.

— Что же это такое, сэр? — поинтересовался Деккер.

— Здесь сказано, что при Бреннане находился ядерный код, и нам следует подтвердить, насколько он точен. Как вы понимаете, этот код уже недействителен.

Через пару минут, после краткой консультации и подтверждающего звонка, министр обороны, мрачно оглядев присутствующих, сказал:

— Президент действительно у них.

Все собравшиеся в помещении словно по команде уставились в пол, избегая встречаться взглядами. Их обуревала одна и та же мысль: требования террористов почти наверняка окажутся неприемлемыми для Соединенных Штатов и в судьбе Джеймса Бреннана будет поставлена точка.

На прикрепленном к стене плазменном экране возник седовласый ведущий, а действующий президент Гамильтон обнародовал одолевающие всех мысли:

— Клянусь Богом, если эти выродки продемонстрируют нам, как рубят голову Джиму Бреннану, в их логове не останется ни одного целого дома.

Умудренный опытом телеведущий выглядел немного подавленным, но быстро взял себя в руки и приступил к чтению:

По мере того, как оглашался список требований, лица собравшихся в Белом доме вождей нации становились все более и более мрачными.

— Все та же старая чушь! — подал голос генерал. — Никакого творческого подхода. Должен признаться, я даже разочарован.

— Мы не можем поддаваться шантажу, — сказал Гамильтон и, ожидая поддержки, обвел взглядом собравшихся.

— Ни в коем случае, — согласился с действующим президентом советник по вопросам национальной безопасности.

— Конечно, не можем, — с нажимом произнес министр обороны Деккер.

Сидящие за столом принялись делать заметки, а генералы и адмиралы, собравшись в кучку, обсуждать разные сценарии военного ответа на наглые требования террористов.

Слово взяла государственный секретарь США Андреа Мейс.

— Подождите, коллеги. Давайте не будем окончательно списывать со счетов Джима Бреннана. — Мейс была близким другом похищенного президента.

Представители Пентагона посмотрели на нее так, словно не верили своим ушам.

— Неужели вы считаете, что они готовы нам его вернуть?! — вырвалось у кого-то.

За столом поднялся всеобщий гомон, но уже через секунду чей-то громкий голос заставил всех умолкнуть. Этот голос принадлежал сидевшему в торце стола Картеру Грею.

— Может быть, нам все же стоит дослушать до конца? — спросил он, показывая на экран телевизора.

В помещении наступила тишина.

— Перехожу к другому разделу, — сказал ведущий и, прокашлявшись, приступил к чтению:

Седовласый ведущий выдержал короткую паузу, а затем произнес:

— Теперь я перехожу к наиболее странной части послания, хотя, если быть до конца честным, за всю свою тридцатитрехлетнюю карьеру журналиста я не видел ничего более удивительного и непонятного, чем недавняя цепь событий. — Он снова умолк, словно давая аудитории возможность прочувствовать значительность события.

— Чтоб ты сдох! — взревел Деккер. — Да телись ты, ради всего святого!

Телеведущий приступил к чтению:

— «Salaam» по-арабски «мир», — поспешно пояснил ведущий.

Потрясенные вожди нации в немом изумлении смотрели на экран.

— Что, дьявол его побери, он сказал? — спросил Гамильтон.

— Он сказал, — ясным голосом ответил Грей, — что даже в том случае, если их требования мы не примем, президент Бреннан будет отпущен целым и невредимым.

— Дерьмо! — взревел Деккер. — Они держат нас всех за идиотов!

«Нет, я не считаю, что они считают вас всех идиотами», — подумал Грей.