Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ) - Балдачи Дейвид - Страница 1336

— Я ничего об этом не знаю.

— Вы не станете возражать, если мы заглянем в его кабинет?

— Я не могу вас туда впустить.

— Почему?

— У меня нет возможности войти в кабинет мужа.

— Вы хотите сказать, что сканер системы распознавания сетчатки настроен только на Майрона? — спросила Пайн, а Ларедо быстро посмотрел на нее.

— Да. Я хочу сказать, что у меня никогда не было причин заходить в его кабинет. Я не слишком хорошо разбираюсь в современных технологиях. Мне и телевизор заставить работать непросто.

— А что относительно его малого кабинета? Однажды он меня туда пригласил. И там нет системы безопасности.

— Почему вы хотите туда попасть? — спросила Бритта, и на ее лице появилась подозрительность.

— Я люблю делать все тщательно.

— Ну, я не знаю, Ли. Это пространство Майрона. И я не думаю, что у меня есть право…

— Это важно. В противном случае я бы не стала просить. Не исключено, что с Майроном что-то случилось.

Бритта побледнела и приложила руку к горлу.

— Что? У Майрона неприятности?

— Я не знаю наверняка. Но в кабинете могут оказаться вещи, которые позволят нам его отыскать. Не исключено, что он нуждается в помощи.

После недолгих колебаний Бритта кивнула:

— Ладно.

И они направились в дом.

Глава 66

Бритта отвела их в кабинет мужа и оставила там одних.

Они постояли на середине комнаты, осматривая помещение.

— Что именно ты рассчитываешь найти? — спросил Ларедо.

— Я узнаю, как только увижу. Очень на это надеюсь.

Она обошла комнату, пока Ларедо изучал стоявший на письменном столе компьютер.

— Значит, этот парень настоящий технический гений? — спросил Ларедо, усаживаясь на стул и нажимая на некоторые клавиши.

— Судя по всему, да.

— И каким может быть пароль?

— Понятия не…

Пайн замолчала, подошла к столу и встала за спиной у Ларедо.

— Есть идеи? — спросил он.

— Попробуй… один, три, пять, семь, девять, девять, семь, пять, три, один, — предложила она.

— Откуда ты это взяла?

— Иногда гении думают, что они слишком умны, чтобы совершать ошибки, — ответила Пайн.

Он набрал последовательность указанных цифр.

— Не работает, гений. У тебя есть еще идеи?

После коротких размышлений, Пайн сказала:

— Вместо единицы поставь ноль.

Ларедо так и сделал, и монитор ожил.

— Ого! Как тебе удалось? — воскликнул Ларедо.

— Помогло то, что Майрон мне сам сказал, — ответила она. — Он любит нечетные цифры, «но до определенного предела». Ты понял?

— До предела, который представляет собой ноль?

— Совершенно верно.

Ларедо нажал еще на несколько клавиш и принялся листать страницы.

— Я просматриваю историю запросов, — пояснил он. — Изучаю сайты, которые его интересовали.

На экране появились заголовки с неприличными снимками.

— Порнография, — сказала Пайн.

— Что тебе больше нравится в качестве первой ниточки: «Компания здоровяков», «Послушная и озабоченная» или «Влажные сны училки»?

— Значит, Майрон помешан на порнографии.

— Многие парни такое любят. — Когда она недоуменно на него посмотрела, Ларедо поспешно добавил: — Присутствующие в эту компанию не входят.

Пайн посмотрела на встроенный в стену шкаф, подошла к нему и попыталась открыть.

— Закрыто на ключ.

— Ну, хозяйка дома нам разрешила, поэтому…

Пайн вытащила швейцарский нож, открыла лезвие и сдвинула в сторону язычок замка.

— Давай посмотрим, что здесь есть, — предложила она и отступила в сторону, чтобы Ларедо смог увидеть полки, забитые дисками.

Пайн начала вытаскивать их случайным образом.

— Порно, порно, порно. — Она посмотрела на заднюю часть коробок. — Подожди секунду.

— Что? — спросил Ларедо.

Пайн принялась доставать другие коробки с дисками.

— Это все от компании «Звездная пыль».

— И что?

— «Звездная пыль» — программа, которую запатентовал Майрон. Он дал ей такое название, потому что играл в одноименном казино в Вегасе. И, кстати, об азартных играх: сколько ты готов поставить на то, что именно «Звездная пыль» финансировала фильмы, где снимались Ребане, Клеммонс и Гиллеспи.

— Но я не помню, чтобы такое название всплывало, когда мы изучали этот вопрос.

— Там была фиктивная компания, и нам не удалось узнать, кто за ней скрывается. И почему мне кажется, что сейчас мы это сделали?

— Значит, ты считаешь, что именно Майрон Прингл финансирует съемки порнографических фильмов?

— Да, я так думаю.

— Проклятье.

— Возможно, это даже более выгодный бизнес, чем мы думали.

— С чего ты взяла?

— У парня в гараже стоит «Пагани».

Ларедо выглядел ошеломленным.

— Ты хочешь сказать, что в порно крутятся такие деньги?

— Ханне Ребане и Бет Клеммонс платили солидные гонорары. Их босс наверняка получал на несколько порядков больше. А они были всего лишь работавшими на него актрисами. Вероятно, их десятки.

— Подожди, и какова твоя теория? Ты думаешь, он сам убивал своих актеров?

— Проклятье, Фрэнки Гомес не был актером.

— Верно, но Ребане, Клеммонс и Гиллеспи были.

— И ты полагаешь, что Клеммонс убили не из-за того, что она играла в порнофильмах, она могла что-то рассказать нам о связи между Ребане и Гиллеспи. Но зачем их убивать?

— Ну, самый очевидный ответ состоит в том, что у Ребане и Гиллеспи имелся компромат, и они шантажировали Майрона.

— Иными словами, он убил их и переодел по какой-то причине? А потом схватил Фрэнки и поступил с ним так же? Быть может, чтобы сбить нас с толку. И у него имеется какая-то связь с агентством, продающим «Мерседесы». Там он мог познакомиться с Фрэнки или просто его увидеть.

— Брось, ты все слишком усложняешь.

— Майрон настоящий гений. Он думает не так, как остальные. И если причина не в этом, то и правда должна быть столь же ошеломляющей.

— Ну, тут сомнений быть не может.

— Сейчас главный вопрос: где Майрон? Возможно, он уехал, чтобы убить еще кого-то? Или он в Южной Флориде инспектирует свою порноимперию?

— Как ты думаешь, его жена знает о порнографии?

— Она не производит впечатления женщины, способной в этом участвовать. Не исключено, что Майрона шантажировали, угрожая рассказать все Бритте. Заплати нам, или жена узнает про твои делишки.

— Нам необходимо найти Майрона как можно скорее.

Пайн рассеянно смотрела в потолок.

— Что? — спросил Ларедо.

— Кто-то стрелял в Джека Лайнберри, — сказала она.

— Только не говори мне, что Лайнберри также занимается порнографией. Я уже говорил, что проверял его. Ему нет нужды продавать порнофильмы. Он достаточно зарабатывает при помощи своего инвестиционного фонда.

— Нет, я думаю о другом.

— И о чем же?

— Что, если вчера должна была умереть я, а не Лайнберри?

— Ты?

— Тот, кто в нас стрелял, знал наш маршрут и планы. Мы возвращались из Атланты. Тайлер Страуб, второй охранник Джека, рассказал мне, что у Джерри Дэнверса на телефоне есть приложение, отслеживающее перемещения босса.

— То есть он знал, где вы находитесь.

— И стрелок не следовал за нами. Он нас ждал. Я услышала, как заработал двигатель после того, как он в нас выстрелил.

— Но зачем Дэнверсу тебя убивать?

— Во-первых, я этому придурку не нравлюсь. Во-вторых, он испытывает странные чувства к своему боссу. Всякий, кто приближается к Лайнберри слишком близко, вызывает у него лютую злобу. Он служил в президентском подразделении Секретной службы, но не сумел стать агентом.

— Значит, ты считаешь, что он мог затаить обиду на весь мир?

— Может быть. Но нельзя исключать, что он заодно с Майроном, и они хотели от меня избавиться, потому что я задаю слишком много вопросов.

— В твоих рассуждениях множество лакун и противоречий.

— Я знаю, Эдди. Я просто рассуждаю вслух.

Они спустились вниз и обнаружили на кухне Бритту.