Весь Карл Май в одном томе (СИ) - Май Карл Фридрих - Страница 325

— Лучше бы ты меня убил! — выдавил он из себя. — Великий Дух покинул нас, потому что украдены наши «лекарства». Воин, которому суждено быть скальпированным, не может попасть в Страну Вечной Охоты. Почему скво наших отцов не умерли прежде, чем мы родились!

Совсем недавно такой гордый и уверенный в победе человек теперь вдруг стал робким и пал духом. Шатаясь, он побрел к своим, но вдруг приостановился, еще раз обернулся и спросил:

— Вы позволите нам спеть Мелодию Смерти, прежде чем убьете нас?

— Перед тем как ответить, хочу задать тебе, со своей стороны, один вопрос. Идем!

Олд Шеттерхэнд подвел его к апсарока и указал на Раскатистого Грома:

— Ты и сейчас сердишься на этого воина?

— Нет. Великому Духу так было угодно. У нас больше нет «лекарств».

— Вы вернете их, да еще и умножите.

Краснокожие с удивлением уставились на белого охотника.

— Где мы их найдем? — горько усмехнулся предводитель апсарока. — Здесь, где должны умереть? Или в Стране Вечной Охоты, в которую нам так и не суждено попасть, потому что мы потеряем свои скальпы?

— Вам сохранят и скальпы, и жизни. Вы убили бы нас, если бы мы проиграли; но мы лишь для вида пошли на ваши условия, потому что мы не убийцы! Встаньте! Идите сюда, забирайте свое оружие и лошадей! Вы свободны и можете ехать, куда хотите.

Но никто не прореагировал на эти слова.

— Если ты говоришь об этом, как о начале наших мук, — произнес Храбрец, Ищущий Лекарство, не веривший в искренность слов белого, — мы вытерпим их, и вы не услышите из наших уст ни звука!

— Ты ошибаешься. Я говорю серьезно. Между апсарока и воинами шошонов отныне зарыт томагавк войны!

— Но вы ведь знаете, что мы хотели убить вас!

— Вам это не удалось, а мы не жаждали и не жаждем вашей крови. Мы не станем мстить никому. Канте-пета, знаменитый шаман апсарока, наш друг. Он может спокойно вернуться к родным вигвамам вместе со своими людьми.

— Уфф! Ты знаешь меня? — удивился шаман.

— У тебя нет уха, а на плече я заметил шрам. По этим признакам я тебя и узнал.

— Откуда тебе известно о них?

— От твоего брата Шунка-шечи, Большой Собаки, который рассказывал мне о тебе.

— Ты его тоже знаешь?

— Да. Однажды мы с ним встречались.

— Когда? Где?

— Много зим назад, а у скалы Черепахи мы расстались.

Шаман, сидевший на земле, вдруг быстро вскочил на ноги. Его лицо приняло совершенно иное выражение, а в глазах вспыхнул огонек.

— Верить ли мне твоим словам или моим ушам? — выкрикнул он. — Если ты говоришь правду, то ты — Нон-пай-клама, которого белые люди зовут Олд Шеттерхэндом!

— Да, это я и есть.

При звуке этого имени остальные апсарока также резко вскочили с земли. В один миг они словно превратились в других людей.

— Если ты в самом деле тот знаменитый охотник, — прогремел голос их предводителя, — Великий Дух все же не покинул нас. Да, только его кулак мог оглушить меня, а значит, ты — это он! Быть побежденным тобой — не позор! И теперь я могу жить, не опасаясь презрения.

— Храбрый воин по имени Раскатистый Гром имеет те же права, ибо тот, против кого он боролся, — Виннету, вождь апачей.

Глаза апсарока заметались по толпе, выискивая фигуру Виннету. Лицо его выражало величайшее почтение. Виннету сам подошел, протянул Раскатистому Грому руку и сказал:

— Мой красный брат выкурил со мной калюме клятвы, а теперь пусть он раскурит и калюме мира, поскольку воины апсарока наши друзья. Хуг!

Гром стиснул поданную руку и ответил:

— Проклятье Великого Духа спало с нас! Олд Шеттерхэнд и Виннету — друзья красных людей. Они не станут требовать наших скальпов.

— Да, вы свободны, — произнес Олд Шеттерхэнд. — Мы не станем ничего отнимать у вас, а скорее даже дадим. Нам известны люди, которые украли ваши «лекарства». Если вы поедете с нами, мы приведем вас к ним.

— Уфф! Кто эти воры?

— Шайка сиу-огаллала, чья цель — горы реки Желтого Камня.

Эта новость крепко взволновала потерпевших. Их предводитель громовым голосом прокричал:

— Псы-огаллала сделали это! Хонг-пе-те-ке, Тяжелый Мокасин, их вождь, ранил меня и отнял ухо, и я до сих пор не смог отомстить ему! Я просил Великого Духа навести меня на их след, но мое желание ни разу не исполнилось!

В этот момент слово взял Вокаде; он стоял поблизости и все слышал.

— Ты выйдешь на след Хонг-пе-те-ке, — обратился он к шаману апсарока, — ибо он — вождь огаллала, которых мы преследуем.

— Значит, Великий Дух, наконец, передал его в мои руки! Но кто этот юный красный воин, который хотел сразиться с Раскатистым Громом, а теперь принес такую радостную весть о сиу-огаллала?

— Это Вокаде, славный сын манданов, — ответил Олд Шеттерхэнд. — Огаллала вынудили его быть с ними, и он присутствовал при похищении ваших «лекарств», но помочь ничем не мог. Потом он ушел от них и уже успел помочь нам.

— А что нужно сиу в горах реки Желтого Камня?

— Мы расскажем об этом, когда разожжем лагерный костер. Тогда вы сможете посовещаться и решите, ехать ли с нами.

— Если вы идете по следу огаллала, чтобы бороться с ними, то мы поедем вместе. Ведь они украли у нас наши «лекарства»! Пусть Вокаде расскажет нам, как это произошло. Канте-пета — знаменитый шаман апсарока. То, что он позволил украсть свое «великое лекарство», навлекло на него стыд и позор, и он не успокоится, пока не отомстит! Пусть мои братья зажгут костер Совета прямо сейчас, потому что нам нельзя терять времени. Мои воины понимают, какая великая честь им выпала — оказаться заодно с такими известными людьми!

Так еще раз враги были превращены в друзей, а значит, возросла надежда, что отчаянное предприятие, казавшееся поначалу едва выполнимым, вполне вероятно, завершится удачно.

Глава 10

«Сенат и палата представителей Соединенных Штатов постановляют, что местность на территории Монтаны и Вайоминга, расположенная близ истоков Йеллоустоун-ривер, согласно закону Соединенных Штатов, исключает на своей территории любое заселение, захват или продажу земли, объявляется общественным парком во благо и удовольствие всего народа. Любой, кто поселится на означенной местности вразрез с постановлением или захватит какую-либо часть земли в частное пользование, становится нарушителем Закона. Парк будет находиться под исключительным контролем Секретариата внутренних дел, задачей которого станет издание таких положений и распоряжений, которые он сочтет необходимыми для поддержания порядка и присмотра за указанной территорией».

Так гласит принятый Конгрессом США 1 марта 1872 года закон, вследствие которого гражданам Соединенных Штатов и жителям всех других государств был сделан подарок, о значении которого тогда еще никто и понятия не имел.

О большом участке земли, называемом сегодня Национальным парком, в восточных штатах до указанного времени ходила довольно странная молва. Известная только индейцам и лишь отчасти исследованная одинокими трапперами, но очень слабо, эта местность была окутана ореолом глубочайшей тайны. То, что рассказывал кто-нибудь из этих капканщиков, воспринималось, как правило, с недоверием, оно и понятно; эти рассказы переходили из уст в уста, обрастая фантастическими подробностями. Пылающие прерии и раскаленные горы, кипящие ключи и извергающие жидкий металл вулканы; озера и реки, состоящие из нефти, а не воды, девственные леса, полные диких зверей и таких же диких индейцев, — все эти чудеса, как утверждали рассказчики каждый на свой лад, были собраны в долине реки Желтого Камня.

Лишь профессор Хайден[157], предпринявший экспедицию в этот регион, добыл объективные данные о нем и первым сообщил о существовании там явлений, не поддающихся пока объяснению. Только благодаря ему этот закон и был принят.

Национальный парк охватывает территорию более чем в восемь тысяч девятьсот пятьдесят три квадратных километра. Там берут свое начало реки Йеллоустоун, Мадисон, Джеллатайн и Снейк. Величественные горные цепи пересекают эту заповедную местность. В горах воздух чист и свеж, а вода сотен холодных и горячих источников различного химического состава обладает большой целебной силой. Гейзеры[158], с которыми едва ли сравнимы исландские, бьют фонтанами вверх на многие сотни футов в высоту, а скалы переливаются и сияют в солнечных лучах кристаллами черного хрусталя. Зловещие ущелья, не сравнимые ни с какими другими, кажутся вырезанными будто специально для того, чтобы дать возможность любопытному лицезреть все внутренности Земли. Земная кора там вся волдырится от надувающихся пузырей, которые то появляются, то исчезают; часто она оказывается здесь толщиной лишь с дюйм, и всаднику едва-едва удается провести по ней своего обезумевшего от ужаса коня. Временами в коре открываются гигантские дыры, тотчас наполняющиеся кипящим грязным илом, который то поднимается, то медленно уходит вниз. Не пройти здесь и четверти часа, чтобы не натолкнуться на какое-нибудь удивительное чудо природы. На территории парка более тысячи гейзеров и горячих источников. Нередко по земле разливается кипящая вода, но где-то рядом бьет и искрится холодный, чистый ключ. Впечатление такое, будто добрые и злые духи, словно ангел и дьявол, схватились на поверхности этих источников. Диву даешься возвышенному, а всего лишь через пару шагов отступаешь перед ужасным и гадким. Любуясь гигантским фонтаном, возносящимся над рекой на тысячу футов, не заметишь, как наткнешься на месторождения карнеола, мохового агата, халцедона, опала[159] или других полудрагоценных камней.