Весь Карл Май в одном томе (СИ) - Май Карл Фридрих - Страница 228

— Спасибо, сэр. Сразу видно щедрого господина.

— Да, мы люди не скупые и готовы платить вдвое, если с нами говорят без утайки. У вас есть возможность воспользоваться нашей щедростью, — подбросил я ему приманку.

— Спрашивайте, сэр, я выложу вам все, что знаю.

В его маленьких, бегающих глазках читалась подлость. Такие люди редко говорят правду, и чтобы вызвать его на откровенность, я решил сыграть роль такого же негодяя, каким был он сам.

— Не лучше ли будет, если мы прогуляемся вместе и по дороге поговорим?

— С удовольствием, сэр, — согласился он, вылезая из ручья. — О, какое у вас прекрасное оружие!

— Оружие для врагов и деньги для друзей. К вам приходили позавчера три человека? Двое белых и мулат?

— Да. А почему вы спрашиваете?

— Белые были сын и отец?

— Похоже на то, но я с ними раньше не встречался.

— Зато я их хорошо знаю. А у мулата ножевой шрам на щеке?

— Так вы знакомы с кап… с мистером Шеллеем?

— Да, у нас раньше были общие дела, поэтому я хотел бы знать, где его можно найти.

— Не могу вам сказать, сэр.

Было видно, что негодяй не врал.

— Что они хотели от вас? — продолжал я спрашивать.

— Сэр, кажется, десять минут уже истекли!

— Погодите. Я сам скажу вам, о чем вас спрашивали эти люди. Их интересовал ваш бывший хозяин мистер Маршалл. Стойте, вы получите еще пять долларов, если продолжите разговор с нами.

Увидев, что Бернард действительно достает из кармана деньги, Фред Баллер остановился. Его лицо растянулось в угодливой улыбке.

— Спасибо, сэр. Вы щедрые господа, не то что эти скряги Морганы и Шеллей. Поэтому я скажу вам больше, чем им. Если вы вели дела с Шеллеем, то должны знать, что он скорее удавится, чем раскошелится на пару монет. У него как-то был компаньон по Сид…

Он внезапно осекся, словно испугался невзначай вырвавшегося слова.

— По Сидней-Ковс? — догадался я. — Эту историю я знаю не хуже вас.

Конечно, никакой истории я не знал, но она меня сейчас и не интересовала, так как речь прежде всего шла о жизни и смерти Аллена Маршалла.

— Надеюсь, вы оцените по достоинству мои услуги, — продолжал набивать себе цену Баллер. — Я не знаю в точности, куда подались эти трое, но они долго рыскали там, где стояла палатка мистера Маршалла, и в конце концов нашли какую-то бумагу. Поговори мистер Шеллей со мной по-другому, он получил бы от меня и другие бумаги.

— А как мне поговорить с вами, чтобы получить эти бумаги?

Он хитро прищурился и ответил:

— Так же, как и до сих пор.

— Что это за бумаги?

— Письма.

— От кого и кому?

— Сэр, я боюсь, что мы не сговоримся.

— Назовите цену!

— Сто долларов.

— Не слишком ли много, любезный? Вы воруете письма хозяина, пытаетесь их продать капитану разбойников, но не сходитесь в цене. А теперь вы думаете, что я дам сто долларов за то, от чего отказался капитан? Пятьдесят, и ни цента больше!

Я снова угадал. Речь действительно шла о письмах Аллена Маршалла, и Баллер тотчас же согласился с моей ценой.

— Теперь я вижу, сэр, что у вас и вправду были общие дела с капитаном. С таким джентльменом, как вы, я не могу спорить. Согласен на пятьдесят.

Похоже, негодяй и в самом деле поверил, что мы с ним одного поля ягода.

— Где бумаги?

— Пойдемте в нашу палатку.

Мы вернулись к ручью и увидели «палатку», то есть шалаш, прикрытый старой войлочной попоной. Разрыв землю в углу шалаша, Баллер извлек на свет рваный цветной платок, развернул его и протянул мне два письма. Я хотел взять их, но он ловко отдернул руку.

— Извините, сэр, но деньги вперед.

— Дайте мне хотя бы сначала прочесть адрес, чтобы убедиться, что это именно то, что мне надо.

— Согласен. Я покажу вам конверты, но вы не прикасайтесь к ним руками.

Он держал письма перед нашими лицами, пока мы читали. Письма были адресованы отцу, так как Аллен еще не мог знать о его смерти.

— Хорошо, — сказал я, — Бернард, отсчитай ему деньги.

Тот повиновался, хотя и не мог понять, почему он должен выкладывать пятьдесят долларов за украденные письма. Довольный Баллер принялся заворачивать банкноты в тот же платок, как вдруг что-то блестящее вывалилось через прореху и упало на землю; Бернард проворно наклонился и, опередив Баллера, мертвой хваткой вцепился в находку. Это были массивные золотые часы.

— Зачем вам понадобились мои часы? — вознегодовал Баллер. — Верните мне их немедленно!

— Погодите, — ответил Бернард. — Я хочу узнать, который час.

— Они стоят! — Баллер пытался силой вырвать часы из рук Бернарда. — Они сломаны!

— Вот и хорошо! — остановил его я, с силой сжимая ему плечо. — Тогда мы узнаем, в котором часу они сломались.

— Это часы Аллена! — вскрикнул от волнения Бернард.

— Вот как? Как они к вам попали? Отвечайте и не вздумайте юлить! — строго прикрикнул я на Баллера.

— Не ваше дело! — грубо отрезал тот.

— Вы ошибаетесь, это как раз наше дело. Позвольте вам представить Бернарда Маршалла, брата мистера Аллена Маршалла и сына того джентльмена, которому адресованы письма, украденные вами.

— Часы мне подарили, — выдавил из себя Баллер, оказавшись в незавидном положении.

— Ложь! — воскликнул Бернард. — Золотые часы с рубинами ценой в триста долларов не дарят первому встречному.

— Ты прав, Бернард. Я придержу джентльмена, чтобы он не наделал глупостей, а ты хорошенько обыщи палатку.

— Кто вы такие и что вы себе позволяете? — кричал Баллер, пытаясь вырваться из моих рук. — Я позову товарищей, и вас линчуют!

— Не шутите так, любезный, а то, не ровен час, судья Линч доберется и до вас. И не вздумайте звать на помощь. Чем громче вы будете кричать, тем сильнее я буду сжимать вам горло, — с этими словами я так стиснул пальцами его шею, что негодяй обмяк.

— Больше ничего нет, — разочарованно произнес Бернард, обшарив все углы шалаша.

— Отпустите меня и верните часы, — потребовал снова расхрабрившийся Баллер.

— Не торопитесь, нам с вами спешить некуда. Позвольте, я придержу вас еще на несколько минут, пока мы не решим, что с вами делать. Что ты думаешь по этому поводу, Бернард? — Он украл часы и должен их вернуть.

— Но не только. Он вернет нам и часы и письма даром.

— Даром? Как так?

— Очень просто. Кроме часов и писем, он вернет нам еще пятьдесят восемь долларов. Мы не звери и ограничимся этим легким наказанием. Выверни ему карманы. Смелее, я его держу!

Как Баллер ни сопротивлялся, мы отняли у него деньги, которые он выманил у нас же, после чего я отпустил мошенника. Почувствовав себя свободным, он опрометью выскочил из шалаша и помчался к трактиру.

Мы пошли за ним и еще издали услышали крики и брань. Пришлось ускорить шаг. Наши лошади стояли у коновязи, но Боба нигде не было видно.

Переступив порог, мы оказались в гуще сражения. В углу стоял Виннету, одной рукой он сжимал горло Баллеру, а другой, в которой поблескивало серебром его знаменитое ружье, удерживал на почтительном расстоянии наседавших на него старателей. Рядом с ним сражался Сан-Иэр. Хуже всех приходилось Бобу: в схватке он выронил ружье и теперь яростно размахивал кулаками.

— Не стреляй, Бернард! Бей прикладом! — приказал я и бросился в самую гущу.

Спустя минуту негр снова держал в руках свое ружье и, как выпущенный из клети тигр, бросился на врагов.

— Чарли! — воскликнул Сан-Иэр. — Теперь мы им покажем, где раки зимуют! Бей их томагавком, но только плашмя!

Я послушался совета опытного вестмена. В воздухе сверкнули наши страшные боевые топоры, несколько противников медленно осели на пол, остальные выбежали за дверь.

— Что у вас случилось? — спросил я, переводя дух.

— Представьте себе, мы сидим, мирно беседуем, и вдруг к нам врывается этот мерзавец, — Сэм указал на Баллера, все еще трепыхавшегося в стальных тисках Виннету, — и кричит, что ты украл у него часы. А я, вот ведь незадача, терпеть не могу, когда хотят линчевать моих друзей. Скажи мне, это правда, что ты его ограбил?