Весь Дэн Браун в одном томе (СИ) - Браун Дэн - Страница 147

К удивлению Лэнгдона, она подошла прямо к нему и протянула руку для рукопожатия:

— Месье Лэнгдон? Я агент Неве из отдела криптографии управления судебной полиции. — По-английски она говорила с французским акцентом, что придавало речи особое очарование. — Рада с вами познакомиться.

Лэнгдон взял ее нежную руку в свою и почувствовал, что тонет во взгляде удивительных глаз. Глаза у нее были оливковые-зеленые, ясные, а взгляд — цепкий и немного язвительный.

Фаш злобно втянул сквозь зубы воздух, готовясь дать ей взбучку.

— Капитан, — словно почувствовав это, она быстро обернулась к нему, — прошу прощения за вторжение, но…

— Се n'est pas le moment![119] — сердито буркнул Фаш.

— Я пыталась дозвониться, — продолжила Софи по-английски, из любезности к Лэнгдону. — Но ваш мобильный был отключен.

— Я отключил его специально! — прошипел Фаш. — Чтобы не мешали говорить с мистером Лэнгдоном.

— Я расшифровала цифровой код, — просто сказала она.

Сердце у Лэнгдона забилось в радостном предвкушении. Она расшифровала код?

Фаш молчал, не зная, как реагировать на это заявление.

— Чуть позже объясню, — добавила Софи. — У меня срочная информация для мистера Лэнгдона.

На лице Фаша отразились удивление и озабоченность.

— Для мистера Лэнгдона?

Она кивнула и обернулась к Роберту:

— Вас просили срочно связаться с посольством США. Вам поступило какое-то послание из Штатов.

Лэнгдон удивился и одновременно встревожился. Послание из Штатов? Но от кого? Он пытался сообразить, кто бы это мог быть. Лишь немногие его коллеги знали, что он сейчас в Париже.

Фашу, похоже, не понравилось это известие.

— Посольство США? — с подозрением воскликнул он. — Но откуда им знать, что мистер Лэнгдон здесь?

Софи пожала плечами:

— Очевидно, они позвонили мистеру Лэнгдону в гостиницу. Ну и портье сказал им, что его забрал с собой агент судебной полиции.

Фаш явно забеспокоился:

— Так что же получается? Выходит, затем посольство связалось с отделом криптографии нашего управления?

— Нет, сэр, — спокойно и твердо ответила Софи. — Когда, пытаясь связаться с вами, я позвонила на пульт дежурного, там сказали, что у них послание для мистера Лэнгдона. Ну и просили передать, если мне удастся встретиться с вами.

Фаш нахмурился. Открыл рот, собираясь что-то сказать, но Софи уже обернулась к Лэнгдону.

— Мистер Лэнгдон, — сказала она, вынимая из кармана свернутый листок бумаги, — вот телефон посольства. Они просили позвонить безотлагательно. — И она протянула листок, многозначительно глядя прямо ему в глаза. — Позвоните обязательно, пока я буду объяснять код капитану Фашу.

Лэнгдон развернул бумажку. Парижский номер, а перед ним еще несколько цифр.

— Спасибо, — пробормотал он, чувствуя, как им овладевает беспокойство. — А где я найду телефон?

Софи начала было вытаскивать из кармана мобильник, но Фаш сделал ей знак остановиться. Сейчас он напоминал вулкан Везувий, готовый извергнуть лаву и пепел. Не сводя глаз с Софи, он протянул Лэнгдону свой мобильный телефон.

— Эта линия защищена от прослушки, мистер Лэнгдон. Можете звонить.

Лэнгдона удивила столь бурная реакция Фаша и его гнев по отношению этой милой женщины. Он взял у капитана телефон. Фаш тут же отвел Софи в сторонку и начал тихо отчитывать ее. Этот капитан все меньше и меньше нравился Лэнгдону. Сверяясь с написанными на бумажке цифрами, он начал набирать номер.

Раздались гудки.

Один гудок… два… три…

И вот в трубке послышался щелчок.

Лэнгдон ожидал услышать голос оператора из посольства, но включился автоответчик. Странно, но голос, записанный на пленке, показался ему знакомым. Ну конечно! Он принадлежал Софи Неве.

— Bonjour, vous êtes bien chez Sophie Neveu, — прозвучал женский голос. — Je suis absente pour le moment, mais…[120]

Лэнгдон растерянно обернулся к Софи:

— Извините, мисс Неве, но, кажется, вы дали мне…

— Нет, номер правильный, — торопливо перебила его Софи. — Просто в посольстве установлена автоматизированная система приема сообщений. Вам следует набрать еще код доступа, чтобы получить предназначенную вам информацию.

— Но… — удивленно начал Лэнгдон.

— Там, на листке, что я вам дала, есть еще три цифры.

Лэнгдон открыл было рот, собираясь сказать, что она, должно быть, ошиблась, но Софи метнула в его сторону грозный предостерегающий взгляд. Зеленые ее глаза, казалось, говорили: Не задавай никаких вопросов. Делай, что тебе говорят!

Вконец растерявшийся Лэнгдон набрал указанные на бумажке три цифры: 454.

Автоответчик сразу же отключился, затем Лэнгдон услышал еще один электронный голос, вещающий по-французски:

— Для вас есть одно новое сообщение. — Очевидно, цифры 454 являлись кодом доступа для приема сообщений, когда Софи находилась вне дома.

Я должен принять сообщение, предназначенное этой женщине?

Лэнгдон услышал шорох перематывающейся пленки. Наконец он прекратился, и подключилась машина. Лэнгдон внимательно слушал. И снова раздался голос Софи.

— Мистер Лэнгдон, — говорила она нервным шепотом. — Не реагируйте на это послание. Просто слушайте, и все. Вы в опасности. Прошу вас выполнять все мои указания.

Глава 10

Сайлас сидел за рулем черной «ауди», специально приготовленной для него машины, и всматривался в величественные очертания церкви Сен-Сюльпис. Над продолговатым зданием вздымались к небу, точно часовые, две башни-колокольни, освещенные снизу уличными фонарями. Верхнюю и нижнюю части здания украшали изящные опоры, напоминавшие в полумраке ребра хищного и прекрасного зверя.

Эти варвары использовали дом самого Господа Бога, чтобы спрятать там краеугольный камень. В очередной раз братство подтвердило свою отвратительную репутацию обманщиков и безбожников. Сайласу не терпелось найти камень и отдать его Учителю, чтобы наконец узнать, что эти язычники похитили у истинно верующих много лет назад.

И каким могущественным сделает «Опус Деи» эта находка.

Припарковав «ауди» на пустынной площади перед церковью, Сайлас глубоко втянул ртом воздух, чтобы успокоиться и сосредоточиться перед выполнением столь важного задания. Широкая спина все еще болела после ритуала умерщвления плоти, который он совершил раньше тем же днем. Но что такое боль в сравнении с благодатью, готовой снизойти на спасенную душу?..

И тем не менее душу его терзали воспоминания.

Избавься от ненависти, сказал себе Сайлас. Прости тех, кто пошел против тебя.

Глядя на каменные башни церкви Сен-Сюльпис, Сайлас пытался побороть приступ ненависти, охватывавшей его всякий раз, когда он вдруг возвращался мыслями в прошлое. И видел себя запертым в тюрьме, которая заменила весь мир для него, совсем еще молодого человека. Воспоминания об этом всегда обостряли чувства, казалось, сейчас, наяву, он чувствует отвратительную вонь гнилой капусты, запах смерти, человеческой мочи и фекалий. Казалось, он слышит беспомощные крики отчаяния, что пробиваются сквозь завывание ветра над Пиренеями, слышит тихие рыдания брошенных, никому не нужных людей.

Андорра, подумал он. И почувствовал, как напряглись все мышцы.

Это могло показаться невероятным, но именно там, в крошечной, затерянной между Испанией и Францией стране, в этом каменном мешке, где он дрожал от холода и хотел только одного — умереть, именно там и пришло к Сайласу спасение. Тогда, конечно, он этого не понимал.

Грянул гром, и пришел свет.

И звали его тогда не Сайлас, нет, пусть даже теперь он и не мог вспомнить имя, которое дали ему родители. Он ушел из дома, когда ему было всего семь. Отец, закоренелый пьяница, пришел в ярость, увидев, что у него родился сын-альбинос. И систематически избивал мать, обвиняя ее в измене. Когда мальчик пытался защитить ее, ему тоже крепко доставалось.