Графство Дюбуа - Которова Ольга - Страница 6

Вскоре сон все же победил, и девушка провалилась в долгожданную темноту. ните писать текст новой главы

Глава 4

«Спаси! Спаси меня, пожалуйста! Спаси нас! Спаси-и-и-и!..» – раздался в голове умоляющий шепот, и Оля не сразу поняла, что это не сон.

Почувствовав холод, распахнула глаза и села на кровати. Взгляд зацепился на колыхающиеся на приоткрытом окне занавески. Но Оля не спешила его закрывать. Сердце стучало громко-громко, казалось, еще мгновение – и оно просто выпрыгнет из груди.

Комнату освещала полная луна, давая разглядеть каждый предмет, а главное – тень, падающую на стену возле кровати. Стало до одури страшно, и тело сработало быстрее мозга.

Вскочив, девушка рванула к выключателю и стукнула по нему ладонью. Спальню затопил яркий свет. Обернувшись туда, где совсем недавно видела тень, Оля замерла. Ничего. Комната оставалась по-прежнему пустой, и только колыхающаяся от порыва ветра занавеска разрушала иллюзию безопасности.

– Кто здесь? – дрожащим голосом спросила девушка. Ответом была тишина.

Тяжело сглотнув, Оля медленно подошла к окну, отодвинула штору и осмотрела раму и засов. Еще в первый день она обратила внимание на замки, запирающие створки. Их невозможно открыть порывом ветра. Да что там, сама недавно хотела впустить немного свежего воздуха в спальню, но так и не смогла открыть окно. А теперь стояла, смотрела на распахнутые створки, и с каждой секундой становилось только страшнее и страшнее.

Быстро захлопнув окно и закрыв замки, отошла на несколько шагов и снова оглядела спальню. Обратила внимание на дверь в ванную, тоже почему-то приоткрытую. Причем Оля отчетливо помнила, что закрывала ее перед тем как лечь в кровать. И сердце снова начало биться с удвоенной скоростью. Она медленно сделала один шаг, второй, третий, страшась даже подумать, кто может скрываться там.

Подойдя совсем близко к приоткрытой двери, прислушалась. Стояла идеальная тишина. Собравшись с мыслями, девушка потянулась к ручке, и в этот момент с грохотом распахнулось недавно закрытое окно.

От неожиданности Оля подпрыгнула и отскочила от двери. Каким только чудом не закричала – неизвестно. Порыв сильного ветра ударил в лицо, и девушка сделала еще несколько шагов назад. Кроме грохота сердца, она больше ничего не слышала. От страха горло пересохло.

Так, в немом шоке, парализовавшим тело, Оля простояла с минуту, глядя с ужасом на окно. А потом бросилась к нему и с силой захлопнула створку, снова закрывая на засов.

– Что же здесь происходит? – простонала чуть слышно. Босые ступни замерзли. Она даже не додумалась надеть тапки, но сейчас и не до них.

Закрыв окно и убедившись, что оно заперто и точно не откроется, снова вернула внимание ванной комнате. Кажется, сильнее уже пугаться некуда. Взяв себя в руки, уверенно направилась к двери в ванную. Возле двери немного стушевалась, но все же толкнула. А потом нашарила на стене выключатель. Свет сразу же затопил маленькое пространство ванной. И чудовищ там не нашлось.

– Кажется, я схожу с ума.

Оля потерла ладонью бледное лицо и нажала на выключатель. Свет потух, снова погружая ванную во мрак.

Вернувшись в спальню и забравшись под одеяло, девушка не стала выключать ночник. Ей было страшно, очень страшно. Хотя, скорее всего, это порыв сильного ветра распахнул окно, такое сегодня уже происходило. А силуэт на стене – просто иллюзия, тень от деревьев. Правда, деревьев поблизости не росло. Только в лесу, а до лесополосы километр, не меньше.

Оля сглотнула. Пить хотелось ужасно, но подняться и куда-то пойти сил не было. Она в особняке лишь вторые сутки, а уже не по себе. И незнакомое место ни при чем. Дело в самом доме. С ним что-то не так.

Закрыла глаза и попыталась заснуть. В голове опять зазвучал женский голос, просящий о помощи. Оля распахнула веки и глухо застонала. Натянула одеяло на голову и свернулась под ним в позе эмбриона. После произошедшего несколько минут назад сон словно рукой сняло.

Остаток ночи поспать так и не удалось.

– Оля, все нормально? – раздался голос графини, но девушка не среагировала. У нее раскалывалась голова, и очень хотелось спать.

За утро она уже выпила две кружки кофе, но помогло буквально минут на пятнадцать, а потом состояние вернулась в прежнее русло. Точнее, даже ухудшилось. Теперь Оле постоянно казалось, что за ней кто-то наблюдает. От этого чувства по коже проходил мороз.

Отлично началась работа, ничего не скажешь. Если и дальше так продолжится, она точно сойдет с ума. Благо, хоть вещие сны перестали терзать.

– Оля? – снова позвала Августа, и девушка наконец-то обернулась. Они сидели в Розовой гостиной, Оля смотрела в окно на лес, усыпанный снегом, а графиня читала. – Ты сегодня какая-то странная.

Старушка закрыла книгу и положила себе на колени. Поведение новой сиделки ее настораживало. Вчера все было хорошо, а сегодня та стала задумчивой и рассеянной.

– Все прекрасно. Просто встала рано, а теперь немного в сон клонит. Интересная книга?

– А, – махнула рукой женщина, бросив взгляд на закрытую книгу. – Вообще-то, думала, будет интересно, но нет. С каждым разом, открывая новую книгу, все больше разочаровываюсь. Как-то одинаково, что ли. Нет искры. Хотя частенько написано довольно грамотно.

– Августа Александровна, скажите, а кто раньше жил в этом особняке? – спросила Оля. Хотелось узнать о людях, которые здесь обитали, и об увиденной вчера в окне девушке.

Идея о призраке уже не казалось такой нереальной, и Оля намеревалась выяснить, что же за чертовщина творится в старом особняке.

– Насколько раньше? – уточнила графиня.

– До вас. Я же правильно поняла, дом вам достался по наследству?

– Да, от отца, а тому – от его отца. Я прожила в поместье всю жизнь. Родители умерли незадолго до моего замужества, а потом, когда вышла замуж, то и супруг ко мне перебрался. Здесь родились наши дети, а теперь я живу в одиночестве, – рассказывая, старушка смотрела в одну точку над камином и, кажется, вспоминала прошедшую жизнь словно на быстрой перемотке.

– У вас были родные дети? – удивилась Оля. Она знала только о приемном сыне, погибшем вместе с женой.

– Да. Сын и дочка.

– Они?.. – девушка замолчала, уже пожалев о разговоре, прекрасно понимая – дети графини мертвы, и той тяжело о них говорить.

Наверное, очень страшно хоронить своего ребенка. Оле в этом плане намного легче: ей не суждено иметь детей, соответственно, и их смерть увидеть не доведется.

– Погибли в один год с мужем. Сначала заболела дочь. У нее несколько дней была лихорадка, доктор из города не помог. А потом заболел сын, следом – муж. Они умерли с разницей в один день.

Оля в ужасе прикрыла рот ладошкой, по-настоящему сочувствуя этой женщине. С виду хрупкая, но такая сильная внутри… Сколько же нужно иметь сил, чтобы похоронить трех самых близких людей одного за другим? Даже представить страшно чувства Августы в тот момент.

– Мне жаль, – едва слышно проговорила Оля.

– Да, мне тоже. Но былого уже не вернуть. Так что и вспоминать об этом глупо, – графиня улыбнулась, но ее глаза блестели от слез.

– Может, хотите чаю? – предложила девушка, чтобы поменять наконец-то неприятную тему разговора, который сама же и затеяла.

– Да, я очень хочу чай, – ответила графиня, улыбаясь.

Оля ловко спрыгнула с широкого подоконника и, выйдя из гостиной, направилась на кухню. Она хотела дать Августе время побыть одной и привести чувства в порядок.

Когда девушка вернулась с чаем и тарелкой печенья, старушка уже беззаботно улыбалась. От горьких воспоминаний не осталось даже тени, и Оля облегченно вздохнула.

Прошло два дня с тех пор как в окне мелькнул призрак. Но каждый раз, возвращаясь в спальню и ложась в кровать, она сначала прислушивалась к идеальной тишине, витающей в поместье, и только потом закрывала глаза. А засыпала всегда с мыслями о блуждающем в доме приведении. И голос, молящий женский голос никак не шел из головы.