Не оглядывайся! (СИ) - Лазарева Элеонора - Страница 26

- У вас новая пьеса? – услышала она знакомый голос и резко обернулась.

- Ваше величество? – вскочила она с сидения, - Вы здесь? Каким образом?

- Обычным, - засмеялся он и, подойдя к девушке, привлек ее к себе за плечи, - Рад вновь слышать мою милую музыкантшу. С приездом. Как устроилась?

- Спасибо, ваше величество, все замечательно.

- Я слышал, что ты вновь ходила в тайную канцелярию узнавать о своем благодетеле. Куда же он и сейчас подевался от тебя? – улыбнулся он, заглядывая в лицо Лары, смущенной такой близостью короля.

- Он опять уехал по своим делам, но уже в приграничье, - заторопилась рассказать девушка, - И я ждала его. Но вестей не случилось. Вот поэтому и хотела знать, что с ним. Теперь он мне, как отец.

- Как же, - хмыкнул король, выпуская девушку из рук и оглядываясь в поиске сидений, - мне доложили и об этом. Я рад такому поступку моего подданного.

Найдя подходящее, притянул поближе к роялю.

- Теперь ты стала баронессой. Я утвердил его просьбу и ты получаешь право на титул. Надеюсь, что останешься моим любимым исполнителем и будешь также услаждать слух своей игрой.

- Как прикажите, ваше величество. Всегда к вашим услугам. Вы мой повелитель, - пыталась встать девушка, но мужчина остановил ее.

- Не вскакивай при каждом ответе, - рассмеялся король, - и прошу называть меня Виттор. Когда мы будем наедине. Хорошо? – склонился он к ее лицу.

Лара вспыхнула. Это было как и тогда, в свою первую встречу с ним. Только сейчас его глаза были веселыми и добрыми. Она тихонько вздохнула и кивнула.

- Как скажите, ваше…простите… Виттор, - проговорила она, опуская голову.

- Ну, не смущайтесь, повторите еще раз, глядя мне в глаза. Ну? – и он приподнял ее за подбородок.

- Виттор…- вновь прошептала она, - Еще раз, прикажите?

Он молчал и просто смотрел на нее. Потом его лицо как-то насторожилось, и глаза впились в Лару.

- Где же я видел вас? – прошептал он, поворачивая ее за подбородок, - Ваш взгляд…но не это лицо.

Он еще раз посмотрел и опустил руку.

- Простите, - произнес он, вставая, - О своем названном отце можете узнать завтра у моего адъютанта. Там же в приемной будут лежать разрешение на проживание вне дворца и договор на работу в оркестре. Вы же не против?

- Нет, ваше величество, - вновь вскочила она, - И спасибо за приглашение. Обязуюсь всегда, по первому вашему зову радовать вас своим исполнением.

- Опять без имени, - грустно усмехнулся король, - Ладно, путь будет так. Прощайте.

Он повернулся и ушел в темноту. Вскоре Лара услышала, как хлопнула дверь, и стихли его шаги по лестнице. Она присела на сидение, обхватив себя за плечи. Сердце гулко стучало.

- Он был так близко, так удивительно рядом, что могла дотронуться до него рукой. А еще его пальцы на своем лице и взгляд. Да, еще и тот, внимательный, - она повела плечами, как от озноба. Ей было сейчас и радостно и тревожно.

- А вдруг он почувствовал ее иллюзию? Или понял, что это не ее лицо? Что тогда?

И Лара вспомнила слова Модруса, о том, что еще рано, для откровения, еще король не готов к ее появлению в таком виде. Она чувствовала и стремилась к этому.

- Посмотрим, что скажут по поводу отца, - подумала она, - И тогда решу, как быть. А пока иду в свою комнату. Надеюсь уже завтрашнюю ночь провести в своем доме.

- Прощай, рояль или как здесь говорят – рояльти. Ты открыл мне новую страницу моей жизни. А может это не ты, а прежняя королева?

Она погладила по крышке инструмент и вышла из помещения.

Глава 21

Лара устроилась на новом месте со всеми удобствами. Экономка и слуги были вежливы и предупредительны, кухарка старалась обрадовать хозяйку вкусными блюдами, а сама она занималась обустройством жилища, приведя его в порядок по своему вкусу. Кроме того она ездила уже в своем экипаже во дворец на репетиции и привыкала к образу состоятельной женщины. Не могла только привыкнуть к своему отталкивающему облику. Наняв модистку, она шила одежду соотносясь с собственным уродством, а лицо прятала под вуалью. И все-таки чуть не плакала, заглядывая в зеркало. Но держала себя в руках и старалась отвлекаться делами: восстановлением и украшением дома, репетициями, встречами с коллегами, и еще наметила посещение музшколы. Узнав, что директора Фелиса также отпустили, и он возглавляет это учебное заведение, Лара страшилась встречи с ним, но все же решилась, так как дала обещание старому музыканту и те, вероятно, очень надеялись на нее.

Приказав запрягать экипаж, Лара оделась соответствующе и села в коляску, направив ее в музшколу. Она нервничала и боялась встречи, хотя понимала, что в таком обличии тот не узнает ее, как и все остальные бывшие коллеги. Доложив о своем желании видеть начальника, она присела в приемной. Наблюдая за знакомыми преподавателями, что входили и выходили из комнаты, бросая взгляд на Лару, она начала успокаиваться, убеждаясь, что осталась неузнанной. Вскоре в дверях показался Фелис. Приняв его извинения, она прошла в знакомый кабинет. Все было по-прежнему - тот же хаос на столе и на стульях, только сам мужчина выглядел похудевшим и слегка усталым.

- Рад видеть вас, баронеса у себя. Наслышан, вашим искусством. С чем пожаловали ко мне, скромному служителю музыки?

- Я хотела поговорить о мальчике, очень талантливом. Хотела представить его вашему вниманию и, возможно, он станет учеником вашей школы.

- С удовольствием послушаю. Где же он?

- Он сейчас не здесь. Я нашла его в провинции, услышав мелодию, исполняющую старым музыкантом. Расспросив того о сочинителе и узнав, что это его внук, решила помочь. Знаете, провинция богата талантами, надо только знать, где искать.

- Согласен полностью, - кивнул Фелис, - И мы делаем такие вояжи каждый год. Но сейчас напряженная обстановка, сами знаете, и я рад, что вы смогли нам в этом помочь. Пусть и не специально. Приглашайте. Если он того стоит, то будет принят обязательно.

- Думаю, что дней через десять я смогу привести его на прослушивание.

Лара уже собралась уходить, но тут услышала слова Фелиса, от которых у нее похолодели руки.

- Простите, баронесса. На могли бы вы исполнить, что-либо сейчас для нас, скромных слуг музшколы. Хотелось бы и нам насладиться вашим исполнением. Если, конечно, вы удостоите нас такой чести.

Лара растерялась. С одной стороны она сейчас выступала, как проситель и ей не отказали, с другой, она боялась, что эти люди с тонким музыкальным слухом сразу поймут, что здесь что-то не так и что они уже слышали ее исполнение. Помолчав, все же решилась. Почему же она должна все время бояться, что ее узнают? Надо привыкать к тому, что вероятнее всего в этом облике она будет находиться долгое время, если не всегда. Теперь-то, после работы во дворце, представления королю и высшему обществу, а также школе, она обязана смириться и жить нормальной жизнью уродливого человека.

- А как же другие, те, кто на самом деле таким уродились? Каково им жить? – думала она иногда, вздыхая и хмурясь, всякий раз глядя на свое отражение в зеркале, - Ведь как-то живут и даже радуются жизни. И мне придется.

Лара кивнула.

- Согласна. Покажите инструмент.

Фелис от радости хлопнул в ладоши и подставил свой локоть. И этот жест был ей знаком. Она улыбнулась и прошла с ним в зал, где, когда-то, выступала впервые, и где ее услышал король. Взошла на сцену, села на подставленную банкетку, пробежала по клавишам.

- Что исполнить для вас? – обратилась она к уже собравшимся зрителям.

Услышав новость о королевской исполнительнице, многие прибежали послушать ее игру.

- Все что хотите, баронесса, - откликнулся Фелис, усаживаясь удобнее в кресло зрительного зала.

За его спиной устраивались знакомые и незнакомые преподаватели, работники школы. Всем интересна была знаменитая королевская музыкантша, и им хотелось поглазеть на нее. Слухи ползли по столице не только о ее игре, но и об удивительном уродстве.