"Фантастика 2023-93". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Артемьев Юрий - Страница 191

Своими силами экипаж постарался ликвидировать последствия на ходу, локализовав повреждения, и, в результате, выбывшие из строя после бомбовых разрывов дополнительные котлы и перебитые трубопроводы повлияли лишь на то, что максимальная скорость хода линейного крейсера снизилась. А во всем остальном корабль оставался вполне боеспособным, если не считать пары дыр от попадания бомб на палубе по левому борту, которые, впрочем, тоже кое-как залатали. Несмотря на все усилия англичан, линейному крейсеру все-таки удалось добраться до точки рандеву, назначенной Главнокомандующим кригсмарине, не потеряв ни одного корабля из своего эскорта.

Лишь эсминец «Карл Гальстер» получил на переходе повреждения от близких разрывов бомб, но и он ушел в Германию на ремонт своим ходом. А остальные четыре эсминца, пришедшие вместе с «Шарнхорстом» на Балтику, теперь составили авангард эскадры, разведывательный отряд, призванный найти и обезвредить, или хотя бы разогнать с пути основных сил германской эскадры советские подводные лодки. Погодная обстановка радовала, видимость была отличной. Все это, разумеется, придавало Курту Хоффманну бодрый боевой настрой. Следом за эсминцами эскадра главных сил кригсмарине уверенно шла в сторону Ханко для атаки этой большевистской базы на территории Финляндии. Получив приказ от Редера, Хоффманн объявил по внутрикорабельной связи, что цель предстоящей операции состоит в уничтожении береговой артиллерии русских и их кораблей, патрулирующих акваторию возле полуострова.

Глава 17

Днем 6-го июля, получив информацию о том, что подлодка «Щ-323» засекла немецкую эскадру, которая движется со стороны Аландских островов к Ханко, контр-адмирал Дрозд объявил боевую тревогу и приказал своей эскадре легких сил построиться в боевой порядок двумя кильватерными колоннами для перехвата противника. Выстроившись в два отряда, корабли увеличили ход. В левом отряде шли пять эсминцев: «Гордый», «Сторожевой», «Сердитый», «Стойкий» и «Сметливый». В правом находились крейсер, лидеры «Минск» и «Ленинград», а также эсминец «Стерегущий». На траверзе маяка острова Моргонландет радиолокатор, установленный перед самой войной на крейсере, обнаружил цели в двадцати пяти милях западнее. То были корабли и два самолета. Сразу по радио с крейсера проинформировали штаб базы. Была объявлена воздушная тревога, и с аэродрома на полуострове взлетели два звена «ишачков». Вскоре произошло и столкновение с противником в воздухе. Немецкий гидросамолет, прилетевший на разведку первым, истребители авиации КБФ сразу сбили. Второй, летящий севернее, попробовал повернуть назад, но, «сталинские соколы» его догнали над островом Вяне и тоже уничтожили.

Когда в 15:05 советская эскадра вышла на траверз острова Куггскар, находясь в четырех милях южнее, наблюдатель с марса фок-мачты «Максима Горького» заметил противника в бинокль. Четыре немецких эсминца приближались с запада строем клина на скорости около тридцати узлов. За ними на удалении в шесть миль следовал ордер главных сил: два линкора и четыре корабля сопровождения. Их опознали как линкор «Тирпиц», линейный крейсер «Шарнхорст», легкие крейсера «Эмден», «Нюрнберг» и «Кельн». Лишь один корабль точно опознать сразу не смогли, но было похоже, что это один из новых немецких эсминцев. В 15:20 контр-адмирал Дрозд приказал эскадре увеличить скорость и охватить четыре вражеских эсминца с флангов. Обе кильватерные колонны разошлись на дистанцию в 40 кабельтовых, перестроившись уступами и продолжая двигаться параллельно.

В 15:30 с дистанции 54 кабельтова крейсер открыл огонь по головному эсминцу с бортовым номером «Z-7». Эсминец «Герман Шеман», носящий этот бортовой номер, под огнем отвернул влево, пытаясь отвечать не только из носовых, но и из кормовых орудий. Но, через полминуты залп дали и все другие советские корабли. И немецкие моряки на эсминце попали под перекрестный огонь. Столбы воды поднялись вокруг вражеского корабля, но он продолжал стрелять. Только третий залп накрыл его точно, после чего немецкий эсминец задымился. От попаданий на нем возник значительный пожар, а рули, похоже, перестали слушаться, отчего «Герман Шеман» рыскнул вправо и начал описывать циркуляцию, потеряв скорость и сделавшись легкой целью. Строй у немцев нарушился, остальные немецкие эсминцы, отстреливаясь, попытались отворачивать к северу, разворачиваться и уходить. Но и второй из них, с бортовым номером «Z-10», получив попадания, полностью потерял ход, превратившись в неподвижную мишень. В то же время, ответным огнем немцам удалось поразить советский эсминец «Сердитый», который загорелся.

В 15:35 огонь по советской эскадре открыли немецкие легкие крейсера, которые, увеличив скорость, опередили свой линкор и выдвинулись к месту боя, развернувшись сначала фронтом, а затем перестроившись в клин. По приказу контр-адмирала, крейсер «Максим Горький», оба лидера и эсминец «Стерегущий» перенесли огонь по головному немецкому крейсеру «Нюрнберг». В то же время, все три немецких крейсера сосредоточили огонь на единственном советском крейсере. Первые залпы легли неточно, но уже через пару минут начались попадания. «Максим Горький» получил три шестидюймовых снаряда в полубак по левому борту возле передней орудийной башни. Крайний левый ствол оказался поврежден, но, башня продолжала стрелять двумя орудиями. Еще один немецкий снаряд разорвался возле второй трубы, сильно повредив ее и вызвав возгорание.

Вражеский крейсер «Нюрнберг», за которым шли два других легких крейсера, также получил попадания семидюймовыми снарядами советского крейсера в район передней надстройки и дымовой трубы, отчего возле мостика и ходовой рубки возник пожар. Между тем, оба немецких эсминца, оставшихся целыми, выполнив циркуляцию, развернулись в обратном направлении. Сменив курс на противоположный, они пытались удирать от отряда советских эсминцев, ставя дымовую завесу. Основная часть немецкой эскадры, при этом, повернула южнее.

Легкие крейсера по-прежнему шли клином, стреляя по противнику. Причем, пожар на «Нюрнберге» лишь разгорался. Перестрелка началась в положении нос к носу на сближении, что несколько нивелировало преимущество немецких крейсеров в количестве стволов главного калибра. «Максим Горький» стрелял шестью 180-мм носовыми орудиями из двух башен, расположенных на носу, а «Нюрнберг» и «Кельн» первые залпы сделали каждый только из единственной носовой башни, оснащенной тремя 150-мм орудиями. Неудачное для атаки расположение башен заставляло немецкие крейсера подворачивать бортом, что делало их хорошими мишенями, в то время, как советский крейсер старался пока держаться носом к немецким крейсерам, чтобы не подставлять борт вражеским снарядам. Толщина брони «Максима Горького» на носовом траверзе составляла 70 мм, такой же была и максимальная толщина броневого пояса по бортам корабельной цитадели, защищающей все самые важные механизмы и снарядные погреба, а палубу прикрывала броня в 50 мм, в то время, как «Нюрнберг» имел всего 20-мм носовой и палубной брони, а по бортам бронирование не превышало 50 мм.

«Эмден», построенный по проекту еще времен Первой Мировой, имел бронирование не лучше, чем на «Нюрнберге», он вел огонь в носовом секторе своими четырьмя одиночными щитовыми орудиями, два из которых располагались на носу и еще два — по бортам в передней части корабля, но попаданий пока не добивался. Лидеры «Минск» и «Ленинград», а также эсминец «Стерегущий», помогали своему флагману вести перестрелку с неприятельскими кораблями из своих 130-мм орудий, попадания из которых тоже наносили немалый ущерб недостаточно бронированным легким крейсерам. А весь второй отряд советской эскадры в тот момент преследовал немецкие эсминцы, пытаясь хотя бы добить два из них, уже достаточно поврежденные в бою. Между тем, пожар на «Сердитом» не прекращался. Этому эсминцу было приказано немедленно выходить из боя и идти на Ханко.

Сражение легких сил шло, практически, на равных, пока в бой не вступили линкор и линейный крейсер. Поняв, что кригсмарине несет потери, гросс-адмирал Редер приказал начать пристрелку по советскому крейсеру главным калибром. «Тирпиц» и «Шарнхорст» поддерживали скорость чуть больше двадцати узлов из-за проблем с двигательной установкой «Шарнхорста». Поэтому оба тяжелых корабля шли позади остальных, а командиру «Тирпица» приходилось поддерживать такую скорость, чтобы «Шарнхарст» совсем не отстал. В 15:55 немецкий линкор открыл издалека огонь по советскому флагману, а следом за ним залп дал и линейный крейсер. Именно его одиннадцатидюймовые снаряды с третьего залпа попали в «Максим Горький», бронирование которого рассчитывалось максимально на попадания восьмидюймовых снарядов тяжелых крейсеров, но, конечно, ни главных калибров линкоров.