Невеста для босса. Куплю тебе новую жизнь (СИ) - Довлатова Полина - Страница 64

— Нам можно, Лизок, не волнуйся. Эта база принадлежит моей матери.

— Кому??? Анне Михайловне?!

— Ага. Подарок отца на жемчужную свадьбу. Поэтому и называется Лесная Жемчужина.

— А жемчужная это сколько лет?

— Тридцать. Но они через три года уже рубиновую будут праздновать.

— А рубиновая это…

— Сорок.

— Обалдеть… Неужели так бывает. Чтобы люди столько лет вместе… А как они познакомились? Наверно это была любовь с первого взгляда?

— Это было проклятье с первого взгляда.

— В смысле? — вздёргиваю брови.

— В смысле отец ехал на работу, когда прямо посреди дороги под колёса ему бросилась какая-то сумасшедшая девчонка, которую он чуть не сбил. Он вышел, чтобы на неё наорать, но не успел даже рта раскрыть, потому что она начала метелить его сумкой. А потом сказала, что порчу на него нашлёт, и его сегодня весь день поносить будет. А через пару часов эта же самая сумасшедшая пришла к нему на работу, устраиваться секретаршей. Думаю, говорить, как её звали не нужно?

— Я догадалась, — усмехаюсь. — И что, он её взял?

— Взял. Но самое смешное не это.

— А что?

— А то, что у отца в тот день реально живот прихватило. Да так, что его даже на скорой пришлось увезти. Сказали острое пищевое отравление.

— Всё он выдумывает, Лиза, детка, не верь ему, — слышу у себя за спиной голос мамы Кирилла. — Никакой сумкой я Серёжу не била. Это был маленький рюкзачок. Он вообще ничего не весил. И в порче я тоже не виновата. Просто его отец в тот же день потащил меня с собой в ресторан на деловые переговоры. И я между прочим предупреждала тебя тогда, Серёжа, что те устрицы не свежие. От них тухлятиной воняло, — поворачивается к мужу.

— Только вот Селиванова что-то в больницу после этих устриц не забрали, — бурчит себе под нос Сергей Александрович.

— Просто у него желудок даже гвозди переварит! При чём здесь я? — сердито смотрит на мужа, после чего переводит взгляд на Машку и тут же смягчается. — А что это у нас за красавица приехала. Здравствуй, детка. А у нас для тебя есть подарок, — протягивает Машке какой-то чемоданчик. — Кирилл сказал, что ты хорошо рисуешь.

— Ого, Лиз, это же набор художника! Помнишь, я тебе о нём говорила! — Машка тут же широко растягивает рот. Открывает коробку и рассматривает разложенные в ней краски, мелки, карандаши, фломастеры и прочую рисовальную атрибутику. — Спасибо большое!

— Не за что, малыш. Пойдём я тебе покажу комнату, в которую это всё можно сложить, — перехватывает у Горского ручки коляски. — Кирилл, я Машу рядом со мной и Серёжей поселила. А ваша с Лизой спальня будет на втором этаже. Я подумала, что вы захотите, ну в общем, побыть в уединении, — улыбается, едва заметно мне подмигивая.

— Н…наша спальня? — выдавливаю.

Нервно кошусь на Горского, пытаясь поправить сползшую лямку от платья.

Чёрт… Почему-то я даже не подумала о том, что нам с боссом придётся спать в одном номере…

Идиотка. Это же логично, учитывая, что мы типо жених и невеста.

— Да, я для вас подготовила люкс для молодожёнов, — воодушевлённо заявляет Анна Михайловна.

Ещё лучше… Почему-то первое, что рисует моя богатая фантазия — это огромная кровать и зеркальный потолок…

— Лиза, детка, да ты не расстраивайся так. Кроме вас на этаже никого не будет.

— В смысле… никого?

— Ну я в начале хотела расселить нас всех по коттеджам, но потом подумала, что это будет не очень удобно. Всё же мы семья и приехали, чтобы время вместе провести. Поэтому коттеджи оставила для гостей комплекса, а для нас освободила главный корпус. Так что не волнуйся. Второй этаж полностью для вас с Кирюшей. Мы с Серёжей и Машенька будем на первом. Богдан с семьёй тоже. Они приедут с детьми, так что им отдельный этаж без надобности, да и Маше будет повеселее, я её с внуками познакомлю. А вот вам в самый раз. У вас сейчас такой период… ну в общем, что говорить, и так всё понятно. Я хоть и старая уже, но память у меня, слава богу, в порядке. Наши с Серёжей молодые годы ещё помню. В общем, идите вселяйтесь, располагайтесь, а мы пока Машу обустроим.

— А может… может, мы Машу к себе заберём? Ей с нами спокойнее будет, да Кирилл? — в надежде кошусь на Горского. — Она же тут никого не знает, и…

— Лиз, а ничего, что у вас номер на втором этаже? — Машка хмурится опуская взгляд на свою коляску. — Мне как бы с моим транспортом там не очень удобно передвигаться.

— Ну… тогда давай мы к тебе поселимся. Или лучше даже я одна. А Кирилл в номере для молодожёнов может остаться. Так даже лучше, чтоб нам всем не тесниться.

Да! Точно! Гениальная идея! Какая я всё-таки молодец. И для родственников Горского отмазка адекватная, почему мы вместе не ночуем.

— Ну нет, Лиз, ты не обижайся, но я с тобой не хочу. Я вообще-то взрослая уже, не надо меня как маленькую опекать.

— Лиза, да ты не переживай так, всё будет хорошо, — Анна Михайловна, кладёт ладонь мне на плечо, мягко его поглаживая. — Мы с Серёжей за Машенькой присмотрим. У нас будет соседний номер прямо за стенкой. Отдыхайте с Кирюшей спокойно и ни о чём не беспокойтесь.

В том-то и дело, что с Кирюшей спокойно не получится…

— Маш… — умоляюще смотрю на сестру.

— Лиз, ну правда. Чего ты так разволновалась? Я же как-то обхожусь без твоей помощи в клинике. А там я тоже одна живу в палате, и ничего.

— Это другое… — бормочу себе под нос.

— Да чего другое-то. Тоже самое. Тут я даже больше под присмотром. Ты-то совсем рядышком будешь. В любой момент можешь ко мне спуститься. А в клинику тебе час на автобусе до меня нужно добираться. В общем всё, мы поехали вселяться, да Анна Михайловна?

— Да, Машенька. Кирюша, вы тоже идите. И Лизу заодно успокоишь, — вкладывает Горскому в руки ключи. — Давайте так. Мы сейчас все заселяемся, приходим в себя, отдыхаем с дороги, а через пару часов встречаемся на терассе. Будем обедать. И Богдан с Верочкой как раз к этому времени должны будут подъехать.

— Мам, вы пока идите заселяйтесь, а нам с Лизой отъехать нужно. К ужину мы как раз вернёмся.

— Куда отъехать? — обернувшись, непонимающе смотрю на Горского.

— Ну, тебе же нужна одежда. Или ты планируешь в этом платье все выходные проходить?

— Нужна…

— Ну тогда поехали. Здесь рядом элитный посёлок и торговый комплекс есть. Заскочим, купим шмотки и обратно. Можно было, конечно, и в Питере это сделать, но так быстрее.

— А… как же Маша. Может, она с нами тогда?

— Не, Лиз, я с вами не хочу. Я лучше порисую. Хочу опробовать мелки из моего нового набора.

— Но…

— Без «но», Лизок. Поехали уже. Маш, если что, позвонишь мне.

Хватает меня за руку и тащит обратно к машине.

— Откуда у Машки твой номер? — спрашиваю, усаживаясь на пассажирское сидение.

— Мы обменялись телефонами сегодня утром, — садится за руль и захлопнув за собой дверь, поворачивается ко мне. — Ты мне лучше другое скажи. С каких это пор, Елизавета Алексеевна, ты вдруг боишься оставаться со мной наедине?

— Я? С чего ты взял вообще, — фыркаю. — Да, блин! Чёрт бы побрал эту проклятую лямку!

Снова пытаюсь поправить дурацкую бретельку, которая бесконечно спадает.

— Да иди ты уже сюда, — хватает меня за плечи и разворачивает к себе лицом.

— Не надо, я сама.

— Руки, — хлопает мне по ладонями, когда я пытаюсь отобрать у него лямку от платья. — Не умеешь, Лизочек, не берись. Ко мне поближе наклонись лучше.

— Что? Зачем?

— Затем, что мне иначе не видно, — прижимает к себе так быстро, что я даже пикнуть не успеваю. Убирает мои волосы на другое плечо и аккуратно подтягивает сзади вверх застёжку бретельки.

— Ну вот и всё, — произносит хрипло. Только руки от меня не убирает. Вместо этого спускается к лопаткам и начинает едва ощутимо поглаживать их подушечками пальцев.

И я почему-то не отстраняюсь тоже. Так и продолжаю щекой прижиматься к грудной клетке и слушать размеренные удары его сердца.